"Как член Комитета по политтехнологиям РАСО, выдвинул в номинации «Довыборы в Госдуму» Политической премии РАСО «Гамбургский счет» кампанию Николая Шульгинова в Хакасии.

У меня интерес меркантильный. Хочу послушать презентацию ребят, которые этой кампанией управляли, так как сам по себе кейс интересный и вопросов много:

1. Как обе партии встраивались в кампанию идеологически? Дурачкам, которые кричат "эти партии одинаковые", и кто ни одну кампанию не проводил, можно не беспокоиться. У обеих партий разная идеология, разнонаправленные стратегии и крайне сложно их между собой сочетать. Но можно.

2. Как разводили электораты обеих партий, что делали с месседжами, как работали агитсети? При этом понятно, что коммунистические агитсети либо совсем не работали, либо просто имитировали. Политически коммунистам никакого резона усиливать кампанию навязанного из федерального центра экс-министра не было. Хорошо, если не мешали. Но для штаба кандидата поженить агитсети (а также активистов и группы поддержки) двух этих партий - это все равно задачка со звездочкой. Судя по результату, они справились.

3. Как штаб Шульгинова работал с/против административного ресурса и проводил разные виды мобилизаций (электоральную, корпоративную, бюджетную и вот это все)? На входе мы имеем полное отсутствие вертикали власти в республике и необходимой системы административной мобилизации. Вопрос, что сделал штаб Шульгинова, чтобы в итоге обеспечить 55% результата? Есть у меня сведения, что коллеги компенсировали дефициты эффективно проведенной кампанией по повышению узнаваемости и рейтинга кандидата. Раскрутить совершенно незнакомого местным политика до 55% поддержки в явно недружественном регионе - это тоже задача со звездочкой, с которой они справились.

4. Повестка "местный против варяга". В Хакасии очень работает. Иначе бы Валентин Коновалов не стал бы два раза главой республики. Судя по социологии на выборах в Госдуму приезжему Шульгинову пришлось тяжко. Рассказывают, что накануне голосования соцопросы показывали 60-70% у Шульгинова, и в районе 10% - у малоизвестного кандидата от СРЗП Владимира Смышляева. А по результатам голосования Смышляев получает почти 30%. Понятно, что сработали два эффекта: люди пришли, увидели человека «при должности» и с местной пропиской, проголосовали. Могло быть хуже, вплоть до поражения. Вопрос, что сделали, чтобы этого избежать?

5. Работа с антикризисом. Это прямо один из самых интересных кейсов этого ЕДГ. В Хакасии прямо в четверг перед началом голосования энергетики решили побороться с нарушителями и начали их массово отключать. Напомню, что на выборах у нас экс-министр энергетики. Все слишком хорошо складывается, чтобы не поверить в саботаж. Впрочем, говорят, простая человеческая глупость, выстрелившая в слабо управляемом политически регионе. Так-то подобная история могла просто убить кампанию Шульгинова. Но не убила. Вопрос, как его штабу удалось выйти из кризиса?

6. Стоимость кампании. Малоинтересный, честно говоря, вопрос. Называются цифры в районе 700 рублей за голос у Шульгинова. Очень стандартный ценник для провластного кандидата на выборах в Госдуму с нулевой узнаваемостью на старте. Сравнивать его с ценой голоса за Смышляева довольно бессмысленно: очевидный протестный кандидат, который получил голоса непосредственно на участке. Будет еще одна история в стиле "как за ноль рублей почти победить". Любопытен вопрос, как при таком уровне протестки, штабу Шульгинова удалось не улететь по расходам в космос, что часто случается.

В целом, мы имеем крайне сложную избирательную кампанию с тяжелыми стартовыми условиями, слабой ресурсной обеспеченностью и кризисом прямо перед днем голосования. То, что в итоге у региона, находящегося в полубанкротном состоянии, появился сильный федеральный лоббист, который скорее всего будет работать в плотной связке с руководством региональной ЕР и Сергеем Соколом, это конечно не чудо, но и совсем не стандартная ситуация, требующая анализа и разбора. Будет полезно всем."

"С каждым информационным поводом все больше убеждаюсь в неграмотном и непродуманном решении о перекрытии центра Красноярска. Поясню свою позицию.

Давайте разберемся. Странно, что договор заключен не с «Моспроект 3», а с некой компанией «Агат». Но о причинах такого решения подробно расскажу чуть позже. Там тоже много любопытного.

Давайте по написанному.
Подрядчик должен вынести все инженерные сети и коммуникации между тремя станциями в центре города: «Вокзальная», «Площадь Революции», «Карла Маркса», провести археологические работы, демонтировать троллейбусную сеть и т.д. Первый этап должны завершить к 9 октября.

Первый этап — это что? Какие работы? Демонтировать троллейбусную сеть можно было и без перекрытия центра. Вполне достаточно было частичного перекрытия. Теперь по поводу археологии. Подрядчик может заключать договора с археологами только после подписания договора, то есть с 4 сентября. На подготовку всех документов уйдет как минимум 20 дней, а то и месяц. Следовательно, археологи при самых благоприятных раскладах только выйдут к концу сентября. На все участки перекрытия они одновременно не выйдут. Следовательно, к участку Карла Маркса и Вейнбаума они приступят не раньше ноября. Добавим погодные условия и залповые дожди, и получим выход на участок Карла Маркса и Вейнбаума к началу декабря.

А перекрыли движение 9 августа. Вопрос: а зачем перекрыли движение, если у вас не было даже договоров с подрядчиками? Неужели нельзя было сначала подготовить все документы, а потом перекрывать проезд?

И еще один риторический вопрос: зачем постоянно обманывать? Неужели нельзя выстроить нормальную информационную политику вокруг такого важного объекта? Почему строительство метротрама напоминает партизанскую войну?
Совершенно непонятно."