"Средний результат выпускников на ЕГЭ по профильной математике можно описать одним словом — катастрофа. Это полный крах математического образования в стране. Об этом рассказал учитель математики физико-математического лицея №31 г. Челябинска Виктор Фролов, который также является экспертом ЕГЭ и членом жюри регионального этапа всероссийской олимпиады.

В профильном ЕГЭ по математике 19 заданий. Он разбиты на две части. Лживость шкалы в том, что за тестовые 12 несложных вопросиков дается 70 баллов, в то время как за семь настоящих задач, в которых есть действительно сложные, дают лишь 30 баллов. А теперь что получается? Чтобы сдать ЕГЭ, нужно набрать 27 итоговых баллов из 100. А чтобы получить право на поступление в вуз — 39 баллов. Эти два уровня выделены соответственно красным и желтым цветом. Для их достижения нужно ответить соответственно на пять и семь вопросиков тестовой части. Итак, чтобы получить право на поступление в вуз, достаточно ответить на семь простых вопросиков, все остальное можно вообще не делать. Это лишь 20% первичных баллов! Немыслимо, но факт.

Таким образом, средний результат ЕГЭ по профильной математике — это ни одна не решенная задача и даже не все правильно отвеченные вопросики тестовой части. А 35% — это по нормальной пятибалльной шкале что-то среднее между единицей и двойкой. А что же тройка? Для этого надо набрать 60% первичных баллов. В нынешнем ЕГЭ этому соответствует где-то 19 первичных баллов из 32. Но по шкале перевода этому соответствуют только высокобалльники с баллом 80 и выше.

В 2024 году порог 80 баллов преодолели менее 10% выпускников. То есть профильную математику, если считать по-хорошему, просто сдали на положительную оценку менее 10%. Еще меньше из них действительно сильны в математике, то есть могут стать хорошими программистами или инженерами. Зато формально профильную математику сдали почти все. И на инженерные специальности в вузы взяли почти всех, так как конкурса на них почти нигде нет.

И вот поэтому в ближайшие 5-10 лет большого количества инженеров в России не будет, это уже предопределено. Им неоткуда взяться."

«Самое парадоксальное в этой теме, что в России до сих пор не было фазы буржуазной революции в первоначальном смысле этого слова - выход на первый план общественного устройства граждан/горожан (буржуа). Эту фазу в угоду примитиву марксизма обычно трактуют как «власть капитала», однако, телега тут явно впереди лошади: эмансипация горожан и получение ими прав (в тч защищаемых имущественных) позволила им накапливать капитал, а в силу высокой продуктивности городов они быстро обогнали по объему капитала аристократию и церковь.

В России, «купив» марксизм и не имея собственного опыта городских сообществ (после утопленного в крови Новгорода), стадию формирования городского самоуправления пропустили. В итоге красные элиты напрямую воспроизводили аристократическую модель управления, а не буржуазную. Это может показаться странным, но «советы» быстро выродились в декоративные институты, а власть перешла к «комиссарам» - классическим «баронам» эпох раннего установления власти над территориями, разве что без наследных прав (это важно).

Опять же - со времен Ивана Грозного наследные полномочия дворян были сильно поражены, и аристократия стала «служилой». Возникла ассоциация аристократии и бюрократии, и например, обученный из разночинцев чиновник получал не наследуемое дворянство. В этом смысле российская интеллигенция с 19го века и в 20м мыслила себя частью аристократического сословия, а не буржуазного (которого обзывали мещанами и презирали - прекрасный этюд про это тут).

Впоследствие сутью эволюции всей элитной прослойки в России стала гонка за наследованием статуса. Именно она привела к первой идее приватизации - так называемому «концернированию», когда советские отраслевые вотчины - министерства - передали во владение чиновникам (так возникли Газпром, Лукойл и все остальные). Остальная приватизация была уже стихийной свалкой для «менее породистых», в которой финансовые группы (тоже дети/внуки парт элиты) прибрали к рукам оставшееся. И сейчас в российской экономике все напряженно ждут, сработает ли первая в истории передача наследства в новой аристократии.

Это самое важное - российская элита не является буржуазией, она на накопила капитал, она его не произвела, она его получила после экспроприации в управление, а потом приватизировала (по исторической типологии это был типичный захват империи варварами с последующим превращением племенных вождей в нобели). Потому им до сих пор не понятны желания формирующегося городского сообщества, институты его устройства и цели его существования. Мы остаемся аристократическим государством с элитой во втором-третьем поколении, и да это классическая асабийя по Ибн Халдуну, которая влетает в неизбежный кризис через 100-120 лет после возникновения.»