Джойета Банерджи уже 24 года преподает английский язык школьникам в Индии. Ее небольшой учебный кабинет находится в одной из немногих школ в сельской местности Банкура, в Восточной Бенгалии. На ее плечи ложится особенная ответственность: многие из детей первые в своей семье, кто получают образование.
В Индии каждая четвертая девушка выходит замуж до своего совершеннолетия. Для девочек без школьного образование числа примерно вдвое больше. Когда ранний брак определяет всю дальнейшую жизнь девушки, слово «выбор» становится чужим. Девушку ненадолго отдают в школу, а потом забирают в чужой дом.
Джойета выиграла американскую стипендию и получила возможность отправиться в США на четыре месяца, чтобы повысить свою квалификацию. Она говорит в интервью, что была на седьмом небе от счастья, но осуждение ее односельчан быстро заземлили ее.
Никто не поздравлял ее с успехами, не интересовался ее проектом, лишь задали прагматичный вопрос: а кто будет следить за твоими детьми и как муж справится без женщины в доме.
В Пенсильвании, в ее новой школе, многое оказалось другим: оборудование, материалы и методы обучения. Но Джойета все так же замечает, как преподавательницы стараются совместить свои профессиональные и материнские обязанности. Джойета говорит, что преподаватель анализирует синтаксис; женщина же живет в рамках синтаксиса социальных ожиданий. Программа стала для нее мостом между двумя сторонами ее личности.
Джойета разработала уникальный метод обучения, чтобы помочь девочкам из своей сельской школы легче изучать английский язык. Она говорит, что английский язык открывает множество возможностей в Индии, а учеба – ключ к этой двери.
После долгого рабочего дня в американской школе Джойета часто думает о своих девочках в Банкуре, склоненными над обрывками бумаг вместо тетрадей и с усердием прописывающих английские слова.
Джойета говорит, что внутри нее живет надежда, что ее ценность, как человека, перестанет определяться тем, как хорошо она заботиться о родных и своем супруге. Она мечтает о дне, когда очередная упорная преподавательница из маленького городка выиграет стипендию, ее соседи просто спросят ее, а что ты хочешь открыть для себя?
Подготовила: Фарида Алиева
#НеМолчиУз
В Индии каждая четвертая девушка выходит замуж до своего совершеннолетия. Для девочек без школьного образование числа примерно вдвое больше. Когда ранний брак определяет всю дальнейшую жизнь девушки, слово «выбор» становится чужим. Девушку ненадолго отдают в школу, а потом забирают в чужой дом.
Джойета выиграла американскую стипендию и получила возможность отправиться в США на четыре месяца, чтобы повысить свою квалификацию. Она говорит в интервью, что была на седьмом небе от счастья, но осуждение ее односельчан быстро заземлили ее.
Никто не поздравлял ее с успехами, не интересовался ее проектом, лишь задали прагматичный вопрос: а кто будет следить за твоими детьми и как муж справится без женщины в доме.
В Пенсильвании, в ее новой школе, многое оказалось другим: оборудование, материалы и методы обучения. Но Джойета все так же замечает, как преподавательницы стараются совместить свои профессиональные и материнские обязанности. Джойета говорит, что преподаватель анализирует синтаксис; женщина же живет в рамках синтаксиса социальных ожиданий. Программа стала для нее мостом между двумя сторонами ее личности.
Джойета разработала уникальный метод обучения, чтобы помочь девочкам из своей сельской школы легче изучать английский язык. Она говорит, что английский язык открывает множество возможностей в Индии, а учеба – ключ к этой двери.
После долгого рабочего дня в американской школе Джойета часто думает о своих девочках в Банкуре, склоненными над обрывками бумаг вместо тетрадей и с усердием прописывающих английские слова.
Джойета говорит, что внутри нее живет надежда, что ее ценность, как человека, перестанет определяться тем, как хорошо она заботиться о родных и своем супруге. Она мечтает о дне, когда очередная упорная преподавательница из маленького городка выиграет стипендию, ее соседи просто спросят ее, а что ты хочешь открыть для себя?
Подготовила: Фарида Алиева
#НеМолчиУз
❤38
В Лондоне несколько недель назад впервые собрались отцы — не на футбол и не на барбекю, а чтобы научиться заплетать косы своим дочерям. Проект называется Pints & Ponytails, и за ним стоит команда Secret Life of Dads: подкаст и сообщество, которое Матью Льюис-Картер и Лоуренс Прайс строят уже два года с одной идеей — отцовство это самая важная роль в жизни мужчины, и она меняется быстрее, чем общество успевает это осмыслить.
Формат простой: паб Lucky Saint в Мэрилебон, манекены с волосами, профессиональные стилисты из Braid Maidens, пинта пива и два часа практики. Хвостики, косички, французские косы. Первый раз пришли 10 человек. Через три недели — уже 35.
Событие стало вирусным — миллионы просмотров, и журналисты наперебой называют его «трогательным» и «попавшим в седечко».Мужчины приходят сами, без принуждения, чтобы освоить навык, который раньше считался «маминой территорией» — и делают это потому, что хотят быть ближе к своим детям. Организаторы говорят об этом прямо: не просто научиться технике, а создать точку контакта с дочерью, которой раньше не было.
При этом никто не говорит «смотрите, какой необычный папа». Говорят: это нормально, это нужно, давайте учиться. Secret Life of Dads в целом работает в этой логике — подкаст разбирает распределение нагрузки в паре, эмоциональное присутствие, всё то, о чём мужчины обычно не говорят вслух и не имеют пространства обсудить.
Похожие проекты существуют и за пределами Лондона. Dad Braids — онлайн-сообщество, где отцы учатся плести косы дочерям пошагово, с нуля, буквально за кухонным столом. The Modern Fatherhood Club в Великобритании строит сообщество для отцов с воркшопами, курсами и открытыми разговорами об изоляции и ментальном здоровье. The Dad Edge в США работает в формате мастермайнда — еженедельные звонки, личные планы, фокус на присутствии в семье как осознанном выборе.
Все эти проекты объединяет одно: они не объясняют мужчинам, что быть вовлечённым отцом — это их долг. Они создают среду, в которой это становится естественным. И это, пожалуй, единственный способ, которым норма реально меняется — не через упрёк, а через практику и сообщество.
Хочется, чтобы таких проектов было больше. И чтобы они появлялись не только в Лондоне.
Подготовила Minimizary
#НемолчиУз #гендерныестереотипы
Формат простой: паб Lucky Saint в Мэрилебон, манекены с волосами, профессиональные стилисты из Braid Maidens, пинта пива и два часа практики. Хвостики, косички, французские косы. Первый раз пришли 10 человек. Через три недели — уже 35.
Событие стало вирусным — миллионы просмотров, и журналисты наперебой называют его «трогательным» и «попавшим в седечко».Мужчины приходят сами, без принуждения, чтобы освоить навык, который раньше считался «маминой территорией» — и делают это потому, что хотят быть ближе к своим детям. Организаторы говорят об этом прямо: не просто научиться технике, а создать точку контакта с дочерью, которой раньше не было.
При этом никто не говорит «смотрите, какой необычный папа». Говорят: это нормально, это нужно, давайте учиться. Secret Life of Dads в целом работает в этой логике — подкаст разбирает распределение нагрузки в паре, эмоциональное присутствие, всё то, о чём мужчины обычно не говорят вслух и не имеют пространства обсудить.
Похожие проекты существуют и за пределами Лондона. Dad Braids — онлайн-сообщество, где отцы учатся плести косы дочерям пошагово, с нуля, буквально за кухонным столом. The Modern Fatherhood Club в Великобритании строит сообщество для отцов с воркшопами, курсами и открытыми разговорами об изоляции и ментальном здоровье. The Dad Edge в США работает в формате мастермайнда — еженедельные звонки, личные планы, фокус на присутствии в семье как осознанном выборе.
Все эти проекты объединяет одно: они не объясняют мужчинам, что быть вовлечённым отцом — это их долг. Они создают среду, в которой это становится естественным. И это, пожалуй, единственный способ, которым норма реально меняется — не через упрёк, а через практику и сообщество.
Хочется, чтобы таких проектов было больше. И чтобы они появлялись не только в Лондоне.
Подготовила Minimizary
#НемолчиУз #гендерныестереотипы
❤14🔥10
Неподалёку от наших новостроек есть старые частные дома. Чтобы отводить и приводить детей со школы, мне каждый день нужно проходить мимо этих домов по узкому переулку - другой дороги, к сожалению, нет.
⠀
В зимнее время, если после продленки в школе нужно еще зайти по пути в магазин, возвращаться мимо этих страшных домов приходится уже затемно. В одном из домов, проживает семья алкашей. Где-то 5-7 мужчин и пара женщин. Они часто сидят возле дверей своего дома, прямо на безлюдной дороге. Один из них, когда он один, зачастую открыто кидает в мой адрес фразы, типа: "Что, за детьми идёшь?", "А что так поздно возвращаетесь?" Я всегда прохожу молча мимо, ускорив шаг и смотря в пол, то же говорю делать и детям.
Я не одеваюсь вызывающе, я домохозяйка с детьми, с гулькой на голове в неприметной удобной одежде.
Недавно мужчины почему-то общались на узбекском. Увидев меня, замолчали, а когда я проходила прямо возле них, я услышала диалог:
⠀
- Я бы что-нибудь сделал с ней.
- Да, это действительно здорово, я бы тоже что-нибудь сделал.
- Ой, говори тише, она поймет.
- Нет, не поймёт.
⠀
Мне стало жутко страшно за себя, я прошла мимо напуганная. В голове куча мыслей, что в этот раз пронесло, но это было светлое время суток.
⠀
Дом их находится в узком переулке, с одной стороны пустырь, с другой лишь дверь их дома. Сообщать куда-то смысла нет, не выселят же жильцов на улицу лишь из-за чьего-то страха за безопасность...
⠀
========================
Из писем в NeMolchi.uz. Вы можете отправить свою историю анонимно: https://goo.gl/forms/3nVmQXAFLb5dq5B92
⠀
#НеМолчиУз #УзбекистанБезНасилия #НеМолчи #ЯНеБоюсьСказать
⠀
В зимнее время, если после продленки в школе нужно еще зайти по пути в магазин, возвращаться мимо этих страшных домов приходится уже затемно. В одном из домов, проживает семья алкашей. Где-то 5-7 мужчин и пара женщин. Они часто сидят возле дверей своего дома, прямо на безлюдной дороге. Один из них, когда он один, зачастую открыто кидает в мой адрес фразы, типа: "Что, за детьми идёшь?", "А что так поздно возвращаетесь?" Я всегда прохожу молча мимо, ускорив шаг и смотря в пол, то же говорю делать и детям.
Я не одеваюсь вызывающе, я домохозяйка с детьми, с гулькой на голове в неприметной удобной одежде.
Недавно мужчины почему-то общались на узбекском. Увидев меня, замолчали, а когда я проходила прямо возле них, я услышала диалог:
⠀
- Я бы что-нибудь сделал с ней.
- Да, это действительно здорово, я бы тоже что-нибудь сделал.
- Ой, говори тише, она поймет.
- Нет, не поймёт.
⠀
Мне стало жутко страшно за себя, я прошла мимо напуганная. В голове куча мыслей, что в этот раз пронесло, но это было светлое время суток.
⠀
Дом их находится в узком переулке, с одной стороны пустырь, с другой лишь дверь их дома. Сообщать куда-то смысла нет, не выселят же жильцов на улицу лишь из-за чьего-то страха за безопасность...
⠀
========================
Из писем в NeMolchi.uz. Вы можете отправить свою историю анонимно: https://goo.gl/forms/3nVmQXAFLb5dq5B92
⠀
#НеМолчиУз #УзбекистанБезНасилия #НеМолчи #ЯНеБоюсьСказать
🤬32🤯4❤3😢3
Каждый раз, когда женщина выходит на улицу с коляской, заходит в гости к родителям или просто появляется на работе после декрета, её тело становится предметом публичного обсуждения. Не её самочувствие, не то, как она справляется, не то, чего ей стоили последние месяцы, — а именно тело. Его форма, его размер, его соответствие некоему стандарту, который никто не формулировал вслух, но все, кажется, разделяют.
⠀
Послеродовой период — один из самых физически и эмоционально затратных этапов в жизни женщины. Тело только что совершило колоссальную работу, гормональный фон перестраивается, режим сна разрушен, идентичность переосмысляется. И именно в этот момент окружающие считают уместным заметить, что живот никуда не делся.
⠀
Лукизм — дискриминация по внешности — в отношении женщин после родов редко исследуется как самостоятельное явление. Чаще он растворяется в разговорах о «здоровом образе жизни», «заботе о себе» или просто остаётся за кадром как что-то слишком обыденное, чтобы называть это проблемой. Но обыденность — не нейтральность. То, что происходит повсеместно, не перестаёт причинять вред.
⠀
Чтобы оценить масштаб проблемы, исследовательница Дарья Погонцева провела опрос 128 женщин в возрасте от 22 до 47 лет (средний возраст — 34,6 года), воспитывающих от одного до пяти детей. Младшему или единственному ребёнку каждой участницы на момент опроса не исполнилось двух лет. Женщинам предложили авторский опросник, в котором они описывали изменения собственного веса после родов и фиксировали, кто и каким образом реагировал на их изменившееся тело. Формулировки вопросов намеренно избегали прямых отсылок к дискриминации — участницам предлагалось описать реакцию окружающих в нейтральных терминах.
⠀
65% опрошенных (84 человека) сообщили, что их вес после родов превысил доберемённый — разброс составил от 6 до 38 кг, а среднее значение прибавки — 9,5 кг. При этом 52 женщины, то есть около 40% участниц, указали, что в послеродовой период сталкивались с буллингом, направленным против их изменившейся внешности. Чаще всего источником такого поведения оказывались муж и ближайшие родственники — на них пришлось 60%. Знакомые и друзья упоминались в 25% случаев, незнакомые или малознакомые люди — в 15%.
⠀
Фразы незнакомцев вроде «Вы снова беременны?» или «Это у вас сколько недель? Погодки будут?» формально не являются оскорблением, однако респондентки последовательно описывали их как болезненные и травмирующие. Это указывает на то, что шейминг не всегда принимает очевидную форму — он может существовать в режиме бытовой бестактности, в которой скрытый лукизм действует не менее разрушительно, чем прямая критика.
⠀
«Тебе бы живот убрать, и было бы идеально», «муж сказал, что я слишком большая стала», «мама заметила, что у неё после родов не было такого живота», «родственники говорили, что на мне некрасиво сидят вещи», «на работе спрашивали, беременна ли я вторым, а муж просил похудеть» — всё это примеры высказываний, которые, независимо от намерений, функционируют как инструмент давления на женщину в один из наиболее физически и психологически уязвимых периодов её жизни.
⠀
Тело женщины после родов рассматривается как объект, который должен «вернуться» к некоему нормативному состоянию. Важно, что источником давления в большинстве случаев выступают не чужие люди, а те, кто входит в круг близких отношений. Когда критика исходит от мужа или матери, она с высокой вероятностью будет интерпретирована самой женщиной как законная озабоченность, а не как нарушение её границ. Брюке с коллегами в своей работе об отношении партнёра к весу выделяли три типа такого поведения — индуцирование чувства вины, принуждение к изменению и высмеивание, — и материал настоящего исследования укладывается в эту классификацию с очевидностью. То, что описывается как «забота», по своей функции нередко оказывается контролем.
⠀
Подготовила Minimizary
⠀
#НеМолчиУз
⠀
Послеродовой период — один из самых физически и эмоционально затратных этапов в жизни женщины. Тело только что совершило колоссальную работу, гормональный фон перестраивается, режим сна разрушен, идентичность переосмысляется. И именно в этот момент окружающие считают уместным заметить, что живот никуда не делся.
⠀
Лукизм — дискриминация по внешности — в отношении женщин после родов редко исследуется как самостоятельное явление. Чаще он растворяется в разговорах о «здоровом образе жизни», «заботе о себе» или просто остаётся за кадром как что-то слишком обыденное, чтобы называть это проблемой. Но обыденность — не нейтральность. То, что происходит повсеместно, не перестаёт причинять вред.
⠀
Чтобы оценить масштаб проблемы, исследовательница Дарья Погонцева провела опрос 128 женщин в возрасте от 22 до 47 лет (средний возраст — 34,6 года), воспитывающих от одного до пяти детей. Младшему или единственному ребёнку каждой участницы на момент опроса не исполнилось двух лет. Женщинам предложили авторский опросник, в котором они описывали изменения собственного веса после родов и фиксировали, кто и каким образом реагировал на их изменившееся тело. Формулировки вопросов намеренно избегали прямых отсылок к дискриминации — участницам предлагалось описать реакцию окружающих в нейтральных терминах.
⠀
65% опрошенных (84 человека) сообщили, что их вес после родов превысил доберемённый — разброс составил от 6 до 38 кг, а среднее значение прибавки — 9,5 кг. При этом 52 женщины, то есть около 40% участниц, указали, что в послеродовой период сталкивались с буллингом, направленным против их изменившейся внешности. Чаще всего источником такого поведения оказывались муж и ближайшие родственники — на них пришлось 60%. Знакомые и друзья упоминались в 25% случаев, незнакомые или малознакомые люди — в 15%.
⠀
Фразы незнакомцев вроде «Вы снова беременны?» или «Это у вас сколько недель? Погодки будут?» формально не являются оскорблением, однако респондентки последовательно описывали их как болезненные и травмирующие. Это указывает на то, что шейминг не всегда принимает очевидную форму — он может существовать в режиме бытовой бестактности, в которой скрытый лукизм действует не менее разрушительно, чем прямая критика.
⠀
«Тебе бы живот убрать, и было бы идеально», «муж сказал, что я слишком большая стала», «мама заметила, что у неё после родов не было такого живота», «родственники говорили, что на мне некрасиво сидят вещи», «на работе спрашивали, беременна ли я вторым, а муж просил похудеть» — всё это примеры высказываний, которые, независимо от намерений, функционируют как инструмент давления на женщину в один из наиболее физически и психологически уязвимых периодов её жизни.
⠀
Тело женщины после родов рассматривается как объект, который должен «вернуться» к некоему нормативному состоянию. Важно, что источником давления в большинстве случаев выступают не чужие люди, а те, кто входит в круг близких отношений. Когда критика исходит от мужа или матери, она с высокой вероятностью будет интерпретирована самой женщиной как законная озабоченность, а не как нарушение её границ. Брюке с коллегами в своей работе об отношении партнёра к весу выделяли три типа такого поведения — индуцирование чувства вины, принуждение к изменению и высмеивание, — и материал настоящего исследования укладывается в эту классификацию с очевидностью. То, что описывается как «забота», по своей функции нередко оказывается контролем.
⠀
Подготовила Minimizary
⠀
#НеМолчиУз
❤19
Нурай Серикбай — младший ребёнок и единственная дочь в семье, окружённая любовью и заботой. Родные описывали её как мягкую, добрую и скромную девушку. Она училась в престижном вузе Алматы на факультете дизайна.
Летом 2025 года на свадьбе, куда Нурай пригласили родственники её увидел Шерхан Аймахан, 28-летний парень из обеспеченной семьи, живший на средства родителей.
Мужчина сразу начал добиваться внимания девушки. Нурай отказала Шерхану, но он нашел ее в соцсетях и начал умолять о встрече. Султан, старший брат Нурай, разузнал о поклоннике и посоветовал держаться от него подальше.
Однажды Шерхан снова настоял на встрече, и Нурай согласилась. По словам близких, она была очень мягким человеком и хотела отказать Шерхану в личной форме. Шерхан увез девушку в неизвестном направлении, пригрозив, что, если она попытается помешать, он спровоцирует ДТП.
Выяснилось, что мужчина привез Нурай на собственную свадьбу. В доме собрались около 50 родственников, все было готово к «торжеству». Девушка не сопротивлялась и лишь надеялась, что родные заметят ее исчезновение. Так и произошло, Султан, брат Нурай, прибыл в дом похитителя.
«Когда я приехал забирать сестру, я спросил ее: «Ты этого хочешь?»
Она ответила: «Нет, Султан, я тебя ждала». Когда мы пытались выйти на улицу, родственники парня силой разъединили наши руки и выгнали нас с братом на улицу. Мы вызвали полицию, и только через 15 минут, когда они приехали, нас впустили в дом», — рассказал брат девушки Султан.
Сотрудники несколько часов допрашивали Нурай и, по словам семьи, вынудили ее переписать первое заявление о похищении. Один из сотрудников даже записал девушку на видео, где она безжизненным голосом говорит, что не имеет претензий к Шерхану. В отделении присутствовал и отец Шерхана, который пообещал, что сын больше не приблизится к Нурай.
Однако ровно через два дня Шерхан написал снова: угрозы, звонки, смена номера телефона. Шерхан начал караулить девушку у дома и на занятия в университет приходилось идти в сопровождении братьев. Родные Нурай обращались в полицию, потом в прокуратуру, но никакой реакции не последовало.
11 января 2026 года Нурай была дома и хотела испечь для брата Султана его любимый пирог, не хватало только муки. Султан в тот момент ушел в баню, но дома оставалась мама. Девушка отправилась в ближайший магазин, у дома ее поджидал Шерхан. Это зафиксировали камеры видеонаблюдения.
Нурай ускорила шаг, однако мужчина шел следом и не давал ей пройти. Пытаясь убежать Нурай падает, но сталкер нападает на нее с ножом. Он наносит удары с такой силой, что срабатывает сигнализация автомобиля, возле которого они находились. Мимо проходила женщина, в этот момент Шерхан бросился бежать. Нурай скончалась на месте трагедии.
Точное число ранений неизвестно, однако состояние тела шокировало даже опытного патологоанатома. «Ходят слухи в социальных сетях, что было пять или семь ножевых ранений. То, что я увидел там, — их было очень много, больше десяти. Очень изуродованное тело. Это нечеловеческий поступок, дикость на высшем уровне.
Там чистили все очень долго после того, как забрали Нурай. На месте убийства даже следы остались, потому что там очень много крови пролилось», — рассказал брат убитой на YouTube-канале Елены Погребижской.
Шерхана задержали не сразу. Его нашли примерно в 10 км от Шымкента, он спокойно ходил по полю, укрывшись окровавленным пледом.
После большой огласки обвинения Шерхану предъявлены по трем статьям:
п. 5 ч. 2 ст. 99 УК РК
убийство, совершенное с особой жестокостью
ст. 125-1 УК РК
принуждение к вступлению в брак
ст. 115-1 УК РК
сталкинг.
Кроме того, был уволен глава полиции Шымкента, его заместитель и ряд сотрудников, а также возбуждено уголовное дело по ст. 361 УК РК о халатности .
Близкие Нурай рассчитывают, что суд пройдет открыто — как это было в деле Салтанат Нукеновой. Тем временем, Нурай Серикбай похоронили в селе Торткуль, где родились ее родители. Гроб был закрытый. Проводить Нурай пришел весь поселок.
Исакова Амелия
#НеМолчиУз #насилиевмире
Летом 2025 года на свадьбе, куда Нурай пригласили родственники её увидел Шерхан Аймахан, 28-летний парень из обеспеченной семьи, живший на средства родителей.
Мужчина сразу начал добиваться внимания девушки. Нурай отказала Шерхану, но он нашел ее в соцсетях и начал умолять о встрече. Султан, старший брат Нурай, разузнал о поклоннике и посоветовал держаться от него подальше.
Однажды Шерхан снова настоял на встрече, и Нурай согласилась. По словам близких, она была очень мягким человеком и хотела отказать Шерхану в личной форме. Шерхан увез девушку в неизвестном направлении, пригрозив, что, если она попытается помешать, он спровоцирует ДТП.
Выяснилось, что мужчина привез Нурай на собственную свадьбу. В доме собрались около 50 родственников, все было готово к «торжеству». Девушка не сопротивлялась и лишь надеялась, что родные заметят ее исчезновение. Так и произошло, Султан, брат Нурай, прибыл в дом похитителя.
«Когда я приехал забирать сестру, я спросил ее: «Ты этого хочешь?»
Она ответила: «Нет, Султан, я тебя ждала». Когда мы пытались выйти на улицу, родственники парня силой разъединили наши руки и выгнали нас с братом на улицу. Мы вызвали полицию, и только через 15 минут, когда они приехали, нас впустили в дом», — рассказал брат девушки Султан.
Сотрудники несколько часов допрашивали Нурай и, по словам семьи, вынудили ее переписать первое заявление о похищении. Один из сотрудников даже записал девушку на видео, где она безжизненным голосом говорит, что не имеет претензий к Шерхану. В отделении присутствовал и отец Шерхана, который пообещал, что сын больше не приблизится к Нурай.
Однако ровно через два дня Шерхан написал снова: угрозы, звонки, смена номера телефона. Шерхан начал караулить девушку у дома и на занятия в университет приходилось идти в сопровождении братьев. Родные Нурай обращались в полицию, потом в прокуратуру, но никакой реакции не последовало.
11 января 2026 года Нурай была дома и хотела испечь для брата Султана его любимый пирог, не хватало только муки. Султан в тот момент ушел в баню, но дома оставалась мама. Девушка отправилась в ближайший магазин, у дома ее поджидал Шерхан. Это зафиксировали камеры видеонаблюдения.
Нурай ускорила шаг, однако мужчина шел следом и не давал ей пройти. Пытаясь убежать Нурай падает, но сталкер нападает на нее с ножом. Он наносит удары с такой силой, что срабатывает сигнализация автомобиля, возле которого они находились. Мимо проходила женщина, в этот момент Шерхан бросился бежать. Нурай скончалась на месте трагедии.
Точное число ранений неизвестно, однако состояние тела шокировало даже опытного патологоанатома. «Ходят слухи в социальных сетях, что было пять или семь ножевых ранений. То, что я увидел там, — их было очень много, больше десяти. Очень изуродованное тело. Это нечеловеческий поступок, дикость на высшем уровне.
Там чистили все очень долго после того, как забрали Нурай. На месте убийства даже следы остались, потому что там очень много крови пролилось», — рассказал брат убитой на YouTube-канале Елены Погребижской.
Шерхана задержали не сразу. Его нашли примерно в 10 км от Шымкента, он спокойно ходил по полю, укрывшись окровавленным пледом.
После большой огласки обвинения Шерхану предъявлены по трем статьям:
п. 5 ч. 2 ст. 99 УК РК
убийство, совершенное с особой жестокостью
ст. 125-1 УК РК
принуждение к вступлению в брак
ст. 115-1 УК РК
сталкинг.
Кроме того, был уволен глава полиции Шымкента, его заместитель и ряд сотрудников, а также возбуждено уголовное дело по ст. 361 УК РК о халатности .
Близкие Нурай рассчитывают, что суд пройдет открыто — как это было в деле Салтанат Нукеновой. Тем временем, Нурай Серикбай похоронили в селе Торткуль, где родились ее родители. Гроб был закрытый. Проводить Нурай пришел весь поселок.
Исакова Амелия
#НеМолчиУз #насилиевмире
😢65🤯6❤3🤬2
Что будет, если успешная женщина в какой-то момент почувствует, что мир перестал её замечать?
⠀
Героиня «Владимира» — профессорка литературы без имени — больше не вызывает восхищения у студентов, дочь давно перестала её боготворить, и мужчины как будто смотрят сквозь неё. Параллельно её муж, тоже профессор, оказывается под следствием за романы со студентками, которые он считал взаимными. В этот момент на кафедре появляется Владимир — молодой, харизматичный, подтянутый. С этого момента героиня живёт в двух реальностях сразу: в одной она тихо деградирует, в другой — строит в голове всё более захватывающий роман с коллегой. Весь вопрос в том, насколько это всё настоящее — и кто кому здесь морочит голову.
⠀
Героиня Вайс — совершенно нетипичный образ женщины среднего возраста. В массовой культуре такие персонажи обычно существуют в двух амплуа: моральный авторитет или жертва обстоятельств. Здесь ни того ни другого. Сериал сознательно отказывается идеализировать зрелость: да, героиня интеллектуальна и профессиональна, но она же завистлива, ревнива и способна вести себя совершенно иррационально. Она открыто проживает сексуальное желание — что само по себе редкость для репрезентации женщин после сорока в поп-культуре, — и это желание показано без романтической глянцевки, что делает персонажа по-настоящему живым. Vogue отдельно выделяет социальный страх старения как одну из ключевых тем: на протяжении всего сериала героиня сравнивает себя с молодыми студентами, новым поколением коллег и самим Владимиром. Её одержимость — это реакция на ощущение, что она постепенно теряет то, что было с ней всегда: внимание, статус, привлекательность. И этот страх оказывается не менее разрушительным, чем всё остальное в её жизни.
⠀
Рэйчел Вайс играет главную роль и одновременно выступает исполнительной продюсеркой. Её героиня — антигероиня в полном смысле слова: острая на язык, самообманывающаяся, одновременно отталкивающая и притягивающая. Лео Вудолл («Белый лотос») играет Владимира — персонаж балансирует между подчёркнутым вниманием и привлекательной отстранённостью. Джон Слэттери из «Безумцев» — муж-изменник с хорошо подвешенным языком. Сериал снят по роману Джулии Мэй Джонас 2022 года, и она же написала сценарий.
⠀
Сериал подойдёт тем, кто любит истории о сложных женщинах без оправданий и хэппи-эндов. Всё происходящее показано через женский взгляд, и это до сих пор ощущается как что-то нечастое на экране. Восемь эпизодов по 30 минут смотрятся легко, но вопросы, которые сериал поднимает — о желании, возрасте, власти и самообмане — остаются с вами и после финала.
⠀
Подготовила Minimizary
⠀
#НеМолчиУз #рекомендацияпроекта
⠀
Героиня «Владимира» — профессорка литературы без имени — больше не вызывает восхищения у студентов, дочь давно перестала её боготворить, и мужчины как будто смотрят сквозь неё. Параллельно её муж, тоже профессор, оказывается под следствием за романы со студентками, которые он считал взаимными. В этот момент на кафедре появляется Владимир — молодой, харизматичный, подтянутый. С этого момента героиня живёт в двух реальностях сразу: в одной она тихо деградирует, в другой — строит в голове всё более захватывающий роман с коллегой. Весь вопрос в том, насколько это всё настоящее — и кто кому здесь морочит голову.
⠀
Героиня Вайс — совершенно нетипичный образ женщины среднего возраста. В массовой культуре такие персонажи обычно существуют в двух амплуа: моральный авторитет или жертва обстоятельств. Здесь ни того ни другого. Сериал сознательно отказывается идеализировать зрелость: да, героиня интеллектуальна и профессиональна, но она же завистлива, ревнива и способна вести себя совершенно иррационально. Она открыто проживает сексуальное желание — что само по себе редкость для репрезентации женщин после сорока в поп-культуре, — и это желание показано без романтической глянцевки, что делает персонажа по-настоящему живым. Vogue отдельно выделяет социальный страх старения как одну из ключевых тем: на протяжении всего сериала героиня сравнивает себя с молодыми студентами, новым поколением коллег и самим Владимиром. Её одержимость — это реакция на ощущение, что она постепенно теряет то, что было с ней всегда: внимание, статус, привлекательность. И этот страх оказывается не менее разрушительным, чем всё остальное в её жизни.
⠀
Рэйчел Вайс играет главную роль и одновременно выступает исполнительной продюсеркой. Её героиня — антигероиня в полном смысле слова: острая на язык, самообманывающаяся, одновременно отталкивающая и притягивающая. Лео Вудолл («Белый лотос») играет Владимира — персонаж балансирует между подчёркнутым вниманием и привлекательной отстранённостью. Джон Слэттери из «Безумцев» — муж-изменник с хорошо подвешенным языком. Сериал снят по роману Джулии Мэй Джонас 2022 года, и она же написала сценарий.
⠀
Сериал подойдёт тем, кто любит истории о сложных женщинах без оправданий и хэппи-эндов. Всё происходящее показано через женский взгляд, и это до сих пор ощущается как что-то нечастое на экране. Восемь эпизодов по 30 минут смотрятся легко, но вопросы, которые сериал поднимает — о желании, возрасте, власти и самообмане — остаются с вами и после финала.
⠀
Подготовила Minimizary
⠀
#НеМолчиУз #рекомендацияпроекта
❤9👍4🔥4
Гендерной контаминацией называют ситуацию, когда товар, созданный для одного пола, начинают активно использовать представители другого.
Термин ввела преподавательница Гарвардской школы бизнеса Джилл Эйвери в 2013 году, зафиксировав то, что рекламная индустрия наблюдала всегда: производители делят товары по половому признаку, даже когда те ничем не различаются по свойствам.
«Гендерная контаминация происходит, когда один пол использует бренд как символ мужественности или женственности, и вторжение противоположного пола воспринимается как угроза», — объясняет Эйвери.
Исторически мужчины боялись контаминации сильнее. Большинство культур андроцентричны: женщине допустимо присваивать «мужские» черты, тогда как мужчине что-то «женское» грозит потерей статуса. Есть разница между «девочкой-пацанкой» и «мальчиком-неженкой» — первое при случае сойдёт за комплимент, второе почти всегда оскорбление. Компании, работающие с мужской аудиторией, вынуждены это учитывать и активно защищать бренды через позиционирование.
Coca-Cola годами не могла привлечь мужчин к Diet Coke — напитку, прочно ассоциировавшемуся с женской аудиторией. В 2005 году появилась Coke Zero в чёрной банке с другой риторикой — и сработало. По той же логике PepsiCo выпустила Pepsi Max, а Dr Pepper Snapple Group запустила Dr Pepper Ten с прямым слоганом «Это не для женщин».
По словам Эйвери, потребность в низкокалорийной газировке у мужчин была — они просто не могли позволить себе её покупать, пока продукт создавался не для них.
Схожая история случилась с йогуртами.
Десятилетиями они рекламировались как диетический продукт, а не как источник белка, поэтому производителям пришлось буквально перекрашивать упаковку. Появились Powerful Yogurt в чёрно-красных цветах и Danone for Men в квадратной чёрной банке — настолько густой текстуры, что «можно есть вилкой». Такие продукты получили собственное название — «брогурт».
В 2022 году в Великобритании открылась Bro-ga — йога для мужчин, каждое занятие в которой заканчивается холодным пивом.
В 2003 году Porsche выпустил кроссовер Cayenne и начал позиционировать его в том числе на женщин. Реакция оказалась острой: одни объявляли Cayenne «ненастоящим Porsche», другие публично отказывались называть себя владельцами марки. Спустя несколько лет он стал самым продаваемым автомобилем Porsche в США, а продажи бренда выросли на 31% — во многом за счёт женской аудитории.
Те же механизмы работают на рынке труда. Мужчины в «женских» профессиях — соцработники, медбратья, воспитатели — нередко сталкиваются с давлением извне. Внутри профессионального сообщества, однако, действует противоположная логика: в отличие от женщин, упирающихся в стеклянный потолок, мужчины в традиционно женских областях поднимаются по карьерной лестнице заметно быстрее коллег. Это явление называют «стеклянным эскалатором». Для женщины, входящей в «мужскую» профессию, никакого эскалатора нет.
Нобелевский лауреат по экономике Клаудия Голдин объясняет почему: её появление считывается не как свидетельство квалификации, а как сигнал о том, что профессия изменилась — и потеряла в престиже. Именно поэтому профессиональные сообщества защищают свою территорию, а гендерная контаминация становится одной из структурных причин дискриминации женщин на рынке труда.
Однако тревога по поводу «загрязнения» бренда или профессии редко связана с реальным качеством продукта или квалификацией человека. Cayenne оказался отличным автомобилем вне зависимости от того, кто за рулём. Женщина-хирург не делает хирургию менее сложной специальностью. Но страх работает не на уровне фактов — он работает на уровне символов и социальных сигналов. Пока это так, компании будут перекрашивать упаковки в чёрный цвет, а профессиональные сообщества — выстраивать невидимые барьеры. Не потому что продукт или человек недостаточно хороши, а потому что чья-то идентичность оказалась завязана на праве считать что-то своим.
Источник: forbes
#НеМолчиУз #гендерныестереотипы
Термин ввела преподавательница Гарвардской школы бизнеса Джилл Эйвери в 2013 году, зафиксировав то, что рекламная индустрия наблюдала всегда: производители делят товары по половому признаку, даже когда те ничем не различаются по свойствам.
«Гендерная контаминация происходит, когда один пол использует бренд как символ мужественности или женственности, и вторжение противоположного пола воспринимается как угроза», — объясняет Эйвери.
Исторически мужчины боялись контаминации сильнее. Большинство культур андроцентричны: женщине допустимо присваивать «мужские» черты, тогда как мужчине что-то «женское» грозит потерей статуса. Есть разница между «девочкой-пацанкой» и «мальчиком-неженкой» — первое при случае сойдёт за комплимент, второе почти всегда оскорбление. Компании, работающие с мужской аудиторией, вынуждены это учитывать и активно защищать бренды через позиционирование.
Coca-Cola годами не могла привлечь мужчин к Diet Coke — напитку, прочно ассоциировавшемуся с женской аудиторией. В 2005 году появилась Coke Zero в чёрной банке с другой риторикой — и сработало. По той же логике PepsiCo выпустила Pepsi Max, а Dr Pepper Snapple Group запустила Dr Pepper Ten с прямым слоганом «Это не для женщин».
По словам Эйвери, потребность в низкокалорийной газировке у мужчин была — они просто не могли позволить себе её покупать, пока продукт создавался не для них.
Схожая история случилась с йогуртами.
Десятилетиями они рекламировались как диетический продукт, а не как источник белка, поэтому производителям пришлось буквально перекрашивать упаковку. Появились Powerful Yogurt в чёрно-красных цветах и Danone for Men в квадратной чёрной банке — настолько густой текстуры, что «можно есть вилкой». Такие продукты получили собственное название — «брогурт».
В 2022 году в Великобритании открылась Bro-ga — йога для мужчин, каждое занятие в которой заканчивается холодным пивом.
В 2003 году Porsche выпустил кроссовер Cayenne и начал позиционировать его в том числе на женщин. Реакция оказалась острой: одни объявляли Cayenne «ненастоящим Porsche», другие публично отказывались называть себя владельцами марки. Спустя несколько лет он стал самым продаваемым автомобилем Porsche в США, а продажи бренда выросли на 31% — во многом за счёт женской аудитории.
Те же механизмы работают на рынке труда. Мужчины в «женских» профессиях — соцработники, медбратья, воспитатели — нередко сталкиваются с давлением извне. Внутри профессионального сообщества, однако, действует противоположная логика: в отличие от женщин, упирающихся в стеклянный потолок, мужчины в традиционно женских областях поднимаются по карьерной лестнице заметно быстрее коллег. Это явление называют «стеклянным эскалатором». Для женщины, входящей в «мужскую» профессию, никакого эскалатора нет.
Нобелевский лауреат по экономике Клаудия Голдин объясняет почему: её появление считывается не как свидетельство квалификации, а как сигнал о том, что профессия изменилась — и потеряла в престиже. Именно поэтому профессиональные сообщества защищают свою территорию, а гендерная контаминация становится одной из структурных причин дискриминации женщин на рынке труда.
Однако тревога по поводу «загрязнения» бренда или профессии редко связана с реальным качеством продукта или квалификацией человека. Cayenne оказался отличным автомобилем вне зависимости от того, кто за рулём. Женщина-хирург не делает хирургию менее сложной специальностью. Но страх работает не на уровне фактов — он работает на уровне символов и социальных сигналов. Пока это так, компании будут перекрашивать упаковки в чёрный цвет, а профессиональные сообщества — выстраивать невидимые барьеры. Не потому что продукт или человек недостаточно хороши, а потому что чья-то идентичность оказалась завязана на праве считать что-то своим.
Источник: forbes
#НеМолчиУз #гендерныестереотипы
🔥10
Есть слово, которое одни произносят с гордостью, другие с раздражением. В 2017 году оно стало словом года по версии Merriam-Webster с ростом поисковых запросов на 70% по сравнению с предыдущим годом.
Это слово - феминизм.
И придумал его по одной из версий нелюдимый, одинокий французский философ.
Он никогда не был женат, жил в съёмных комнатах и каждый полдень возвращался домой, на случай, если кто-нибудь богатый решит прийти и профинансировать его утопию.
Это история Шарля Фурье.
Шарль Фурье родился 7 апреля 1772 года в Безансоне, Франция. Никакого блестящего образования, академических связей, доступа в парижские салоны, где решалось, чьи идеи считаются важными, а чьи - бредом. Он работал коммивояжёром и клерком. Капитализм, по его убеждению, был машиной страдания. Конкуренция порождала не прогресс, а войну всех против всех. Брак превратился в институт собственности. А женщины в самую очевидную жертву всей этой системы.
Вместо реального мира он придумывал другой, пронизанный одной идеей:
свобода невозможна, пока половина человечества порабощена.
В 1808 году Фурье опубликовал «Теорию четырёх движений и всеобщих судеб» - книгу, в которой сравнил положение женщин в западном мире с положением рабов.
Он написал фразу, которая прозвучит как лозунг двух следующих столетий:
«Социальный прогресс и смена исторических эпох происходят пропорционально тому, насколько женщины движутся к свободе; а социальный упадок наступает в результате уменьшения женской свободы».
Это 1808 год. Женщины во Франции юридически являются собственностью мужей.
И какой-то клерк из провинции публикует текст, в котором утверждает, что именно по состоянию женских прав можно измерить, насколько цивилизовано общество.
Книгу тогда почти никто не прочёл.
По наиболее популярной версии именно в этот год Фурье ввёл в оборот термин «féminisme» - феминизм. Произошло это в его теоретических текстах об устройстве нового общества.
Авторитет издательства Larousse закрепил за Фурье статус изобретателя слова и с тех пор эта версия воспроизводится в рецензируемых статьях и энциклопедиях по всему миру.
Фурье не был феминистом в современном смысле. Он верил в природные различия между полами. Его взгляды были противоречивы и местами наивны. Но он сделал несколько вещей, которые в его эпоху были почти немыслимы. Он настаивал на том, что женщины должны иметь равный доступ к значимому труду исходя из их способностей, а не пола. Он считал капиталистический брак формой рабства.
Он выступал за то, что тогда называлось «свободной любовью» в смысле права женщины самостоятельно выбирать партнёра и выходить из отношений. В 1808 году. Во Франции, где развод был запрещён.
Фурье умер в 1837 году — в одиночестве, в парижской съёмной комнате, в окружении горшков с цветами. Богатый благодетель так и не пришёл. Утопия так и не была построена.
Но слово осталось.
Оно первоначально было употреблено в медицинской терминологии в совершенно далёком от феминизма контексте. Потом слово перекочевало в политический язык, в газеты и на плакаты.
Фурье был чудаком, но посмотрел на мир вокруг себя и назвал вещи своими именами: женщины угнетены, и это не природный порядок вещей, а политический выбор общества.
Слово, которое он вероятно ввел, сегодня произносят миллиарды людей. Его боятся достаточно, чтобы предлагать запретить. И его любят достаточно, чтобы носить на футболках.
Исакова Амелия
#НеМолчиУз #ликбез
Это слово - феминизм.
И придумал его по одной из версий нелюдимый, одинокий французский философ.
Он никогда не был женат, жил в съёмных комнатах и каждый полдень возвращался домой, на случай, если кто-нибудь богатый решит прийти и профинансировать его утопию.
Это история Шарля Фурье.
Шарль Фурье родился 7 апреля 1772 года в Безансоне, Франция. Никакого блестящего образования, академических связей, доступа в парижские салоны, где решалось, чьи идеи считаются важными, а чьи - бредом. Он работал коммивояжёром и клерком. Капитализм, по его убеждению, был машиной страдания. Конкуренция порождала не прогресс, а войну всех против всех. Брак превратился в институт собственности. А женщины в самую очевидную жертву всей этой системы.
Вместо реального мира он придумывал другой, пронизанный одной идеей:
свобода невозможна, пока половина человечества порабощена.
В 1808 году Фурье опубликовал «Теорию четырёх движений и всеобщих судеб» - книгу, в которой сравнил положение женщин в западном мире с положением рабов.
Он написал фразу, которая прозвучит как лозунг двух следующих столетий:
«Социальный прогресс и смена исторических эпох происходят пропорционально тому, насколько женщины движутся к свободе; а социальный упадок наступает в результате уменьшения женской свободы».
Это 1808 год. Женщины во Франции юридически являются собственностью мужей.
И какой-то клерк из провинции публикует текст, в котором утверждает, что именно по состоянию женских прав можно измерить, насколько цивилизовано общество.
Книгу тогда почти никто не прочёл.
По наиболее популярной версии именно в этот год Фурье ввёл в оборот термин «féminisme» - феминизм. Произошло это в его теоретических текстах об устройстве нового общества.
Авторитет издательства Larousse закрепил за Фурье статус изобретателя слова и с тех пор эта версия воспроизводится в рецензируемых статьях и энциклопедиях по всему миру.
Фурье не был феминистом в современном смысле. Он верил в природные различия между полами. Его взгляды были противоречивы и местами наивны. Но он сделал несколько вещей, которые в его эпоху были почти немыслимы. Он настаивал на том, что женщины должны иметь равный доступ к значимому труду исходя из их способностей, а не пола. Он считал капиталистический брак формой рабства.
Он выступал за то, что тогда называлось «свободной любовью» в смысле права женщины самостоятельно выбирать партнёра и выходить из отношений. В 1808 году. Во Франции, где развод был запрещён.
Фурье умер в 1837 году — в одиночестве, в парижской съёмной комнате, в окружении горшков с цветами. Богатый благодетель так и не пришёл. Утопия так и не была построена.
Но слово осталось.
Оно первоначально было употреблено в медицинской терминологии в совершенно далёком от феминизма контексте. Потом слово перекочевало в политический язык, в газеты и на плакаты.
Фурье был чудаком, но посмотрел на мир вокруг себя и назвал вещи своими именами: женщины угнетены, и это не природный порядок вещей, а политический выбор общества.
Слово, которое он вероятно ввел, сегодня произносят миллиарды людей. Его боятся достаточно, чтобы предлагать запретить. И его любят достаточно, чтобы носить на футболках.
Исакова Амелия
#НеМолчиУз #ликбез
🔥14❤8
Можно ли раскрыть убийство, если главная улика указывает на то, что 28 лет назад ты посадила не того человека?
⠀
Кей Скарпетта возвращается на должность главной судмедэкспертки Вирджинии — туда, откуда её когда-то выжили. Первый же новый труп оказывается слишком знакомым: детали убийства до жути напоминают её самое первое дело.  Сериал идёт в двух временных линиях одновременно — настоящее и 1998 год, — и каждая из них добавляет к картине новый слой: детство героев, их старые грехи, запутанные отношения внутри семьи Скарпетты.  Это не столько детектив про улики, сколько история про то, как прошлое в какой-то момент перестаёт быть прошлым.
⠀
Первая книга цикла «Вскрытие показало» вышла в далёком 1990-м. Корнуэлл успела опубликовать о Скарпетте уже 29 романов, последний на сегодняшний день вышел в 2025-м. К роли судмедэкспертки, которая расследует загадочные и кровавые преступления, в разные годы присматривались Деми Мур и Анджелина Джоли. В итоге несколько лет назад права на экранизацию книг купила подруга писательницы, оскароносная актриса Джейми Ли Кёртис, которая вместе с Николь Кидман не только сыграла в сериале, но также и выступила продюсеркой проекта.
⠀
Кей помогает расследовать сложное дело детективу Питу Марино (Джейк Каннавале, затем Бобби Каннавале), человеку умному, но вспыльчивому. Кей подбешивает его мизогиния, но она не выдаёт своих чувств и лишь сухо поправляет его особенно женоненавистнические замечания.
⠀
Сериал подойдёт тем, кто смотрел «Большую маленькую ложь» и «Идеальную пару» и готов к очередному раунду криминала с Кидман в центре. На Rotten Tomatoes у него 59% от критиков , зрители оценивают сдержаннее — мнения расходятся именно по линии «мелодрама или триллер». Если вас не раздражает, когда эмоций больше, чем логики, смотреть можно.
⠀
Подготовила Minimizary
⠀
#НеМолчиУз #рекомендацияпроекта
⠀
Кей Скарпетта возвращается на должность главной судмедэкспертки Вирджинии — туда, откуда её когда-то выжили. Первый же новый труп оказывается слишком знакомым: детали убийства до жути напоминают её самое первое дело.  Сериал идёт в двух временных линиях одновременно — настоящее и 1998 год, — и каждая из них добавляет к картине новый слой: детство героев, их старые грехи, запутанные отношения внутри семьи Скарпетты.  Это не столько детектив про улики, сколько история про то, как прошлое в какой-то момент перестаёт быть прошлым.
⠀
Первая книга цикла «Вскрытие показало» вышла в далёком 1990-м. Корнуэлл успела опубликовать о Скарпетте уже 29 романов, последний на сегодняшний день вышел в 2025-м. К роли судмедэкспертки, которая расследует загадочные и кровавые преступления, в разные годы присматривались Деми Мур и Анджелина Джоли. В итоге несколько лет назад права на экранизацию книг купила подруга писательницы, оскароносная актриса Джейми Ли Кёртис, которая вместе с Николь Кидман не только сыграла в сериале, но также и выступила продюсеркой проекта.
⠀
Кей помогает расследовать сложное дело детективу Питу Марино (Джейк Каннавале, затем Бобби Каннавале), человеку умному, но вспыльчивому. Кей подбешивает его мизогиния, но она не выдаёт своих чувств и лишь сухо поправляет его особенно женоненавистнические замечания.
⠀
Сериал подойдёт тем, кто смотрел «Большую маленькую ложь» и «Идеальную пару» и готов к очередному раунду криминала с Кидман в центре. На Rotten Tomatoes у него 59% от критиков , зрители оценивают сдержаннее — мнения расходятся именно по линии «мелодрама или триллер». Если вас не раздражает, когда эмоций больше, чем логики, смотреть можно.
⠀
Подготовила Minimizary
⠀
#НеМолчиУз #рекомендацияпроекта
❤9🤔1
Эндометриоз входит в двадцатку самых болезненных состояний — наряду с переломами, межпозвоночными грыжами и камнями в почках. Им страдает каждая десятая женщина репродуктивного возраста. По распространённости это сопоставимо с диабетом. Несмотря на это, от момента первых симптомов до постановки диагноза проходит в среднем больше шести лет. В некоторых странах — семь-восемь.
Причин несколько, и одна из главных — до неловкого банальная: врачи слишком долго объясняли женщинам, что сильная боль при менструации это нормально и надо просто потерпеть. Жалобы воспринимались как преувеличение, а иногда и как психосоматика. Там, где была органическая патология, искали тревожность.
Параллельно с этим медицинское сообщество находило деньги на другое. В США Национальный институт здоровья в расчёте на одного пациента тратит на изучение эректильной дисфункции значительно больше, чем на исследования эндометриоза. Эректильная дисфункция не вызывает хронической боли, не разрушает органы, не приводит к бесплодию и не мешает работать. Эндометриоз — делает всё это. Но женщины, по всей видимости, потерпят.
В 2020 году лишь 1% мировых инвестиций в медицинские исследования был направлен на изучение специфически женских заболеваний, не считая онкологии. Это касается и других заболеваний — по состоянию на 2015 год существовало в пять раз больше научных исследований по эректильной дисфункции (затрагивающей около 18% мужчин), чем по ПМС (затрагивающему около 90% женщин).
Эффективного лечения эндометриоза до сих пор не существует. Это хроническое заболевание, при котором ткани, похожие на эндометрий, разрастаются за пределами матки — на яичниках, кишечнике, мочевом пузыре. Оно влияет на качество жизни настолько, что пациентки в исследованиях говорили, что готовы отдать восемь лет жизни с болезнью в обмен на один год без неё. Каждая шестая из них в итоге вынуждена уволиться с работы.
Диагноз в этом смысле остаётся скорее подтверждением того, что пациентка наблюдала у себя годами, — без гарантии лечения и зачастую без права на льготы или компенсации. Заболевание не считается смертельным, а значит, в логике распределения исследовательских приоритетов оно продолжает оставаться на периферии. Женщины, по всей видимости, справятся.
Подготовила Minimizary
#НеМолчиУз #женскоездоровье
Причин несколько, и одна из главных — до неловкого банальная: врачи слишком долго объясняли женщинам, что сильная боль при менструации это нормально и надо просто потерпеть. Жалобы воспринимались как преувеличение, а иногда и как психосоматика. Там, где была органическая патология, искали тревожность.
Параллельно с этим медицинское сообщество находило деньги на другое. В США Национальный институт здоровья в расчёте на одного пациента тратит на изучение эректильной дисфункции значительно больше, чем на исследования эндометриоза. Эректильная дисфункция не вызывает хронической боли, не разрушает органы, не приводит к бесплодию и не мешает работать. Эндометриоз — делает всё это. Но женщины, по всей видимости, потерпят.
В 2020 году лишь 1% мировых инвестиций в медицинские исследования был направлен на изучение специфически женских заболеваний, не считая онкологии. Это касается и других заболеваний — по состоянию на 2015 год существовало в пять раз больше научных исследований по эректильной дисфункции (затрагивающей около 18% мужчин), чем по ПМС (затрагивающему около 90% женщин).
Эффективного лечения эндометриоза до сих пор не существует. Это хроническое заболевание, при котором ткани, похожие на эндометрий, разрастаются за пределами матки — на яичниках, кишечнике, мочевом пузыре. Оно влияет на качество жизни настолько, что пациентки в исследованиях говорили, что готовы отдать восемь лет жизни с болезнью в обмен на один год без неё. Каждая шестая из них в итоге вынуждена уволиться с работы.
Диагноз в этом смысле остаётся скорее подтверждением того, что пациентка наблюдала у себя годами, — без гарантии лечения и зачастую без права на льготы или компенсации. Заболевание не считается смертельным, а значит, в логике распределения исследовательских приоритетов оно продолжает оставаться на периферии. Женщины, по всей видимости, справятся.
Подготовила Minimizary
#НеМолчиУз #женскоездоровье
😢37❤9👍1🤬1
Есть имя, которое отливали в бронзу, гравировали на постаментах в Центральном парке Нью-Йорка, писали в учебниках «отец гинекологии». Это имя - Джеймс Марион Симс.
А есть имена, которые история старательно забывала. Анарка, Люси, Бетси, чьи тела стали фундаментом целой медицинской дисциплины. Без их согласия.
В 1840-х годах Анарка, Люси и Бетси жили на разных планиациях неподалёку от Монтгомери, Алабама. У каждой из них после тяжёлых родов развился свищ (разрыв между органами, из-за которого они потеряли контроль над мочевым пузырём). Женщин с таким диагнозом держали отдельно от остальных работников. Они больше не могли выполнять тяжёлый труд, который приносил хозяевам деньги.
Симс сам признавался, что «прочёсывал округу» в поисках подходящих случаев заболеваний. Он брал женщин в аренду у хозяев именно так это и называлось. Договорённость была проста: Симс не берёт денег за лечение, хозяева продолжают платить налоги на своих рабынь и одевать их. Так Анарка, Люси и Бетси оказались под одной крышей, в маленьком госпитале у Симса.
Во время операций пациенток раздевали догола и заставляли стоять на коленях, опираясь на локти. В таком положении они принимали на себя инструменты и взгляды дюжины наблюдающих врачей-мужчин.
Первой прооперировали Люси. Операция длилась час. Люси кричала от боли. Симс впоследствии записал: «Агония Люси была крайней». После вмешательства она едва не умерла от заражения крови. Анестезия была намеренно исключена, на основании расистского убеждения, что чёрные люди обладают повышенной устойчивостью к боли.
Следующей на операционном столе Симса оказалась Бетси. Именно для неё Симс изготовил спекулум из согнутой оловянной ложки, которую Симс купил по дороге домой - инструмент, который историки медицины называют рождением гинекологии.
По некоторым данным, Анарке было около 17 лет, когда Симс начал её оперировать. На протяжении 4 лет она перенесла не менее 30 хирургических вмешательств без анестезии.
Симс оперировал около 17 девушек, однако лишь трех из них он называл в своих записях по именам. Когда местное медицинское сообщество решило, что Симс терпит провал, и прекратило поддерживать его эксперименты, Анарку, Люси и Бетси оставили под его контролем потому что без лечения они считались бесполезными для своих хозяев.
В промежутках между операциями и выздоровлением они работали на семью Симса. Девушки держались вместе. Ухаживали друг за другом после операций. Помогали друг другу выживать.
Работа Симса произвела революцию в хирургическом лечении женщин и принесла ему звание «отец гинекологии». Но необходимо признать: эти достижения стали возможны через эксплуатацию тел порабощённых женщин. Симс получил президентство в Американской медицинской ассоциации. А Анарка, Люси и Бетси получили возвращение к хозяевам.
В 2018 году статую Симса сняли с постамента в Центральном парке и увезли на кладбище Грин-Вуд в Бруклине, где он похоронен. На опустевшем постаменте установили табличку с именами женщин. В 2021 году почти через 175 лет, в Монтгомери открыли скульптуру «Матери гинекологии». Три фигуры: Анарка, Люси, Бетси. Первый памятник в их честь. Он бронзовый. Как и тот, что стоял раньше.
Исакова Амелия
#НеМолчиУз #ликбез
А есть имена, которые история старательно забывала. Анарка, Люси, Бетси, чьи тела стали фундаментом целой медицинской дисциплины. Без их согласия.
В 1840-х годах Анарка, Люси и Бетси жили на разных планиациях неподалёку от Монтгомери, Алабама. У каждой из них после тяжёлых родов развился свищ (разрыв между органами, из-за которого они потеряли контроль над мочевым пузырём). Женщин с таким диагнозом держали отдельно от остальных работников. Они больше не могли выполнять тяжёлый труд, который приносил хозяевам деньги.
Симс сам признавался, что «прочёсывал округу» в поисках подходящих случаев заболеваний. Он брал женщин в аренду у хозяев именно так это и называлось. Договорённость была проста: Симс не берёт денег за лечение, хозяева продолжают платить налоги на своих рабынь и одевать их. Так Анарка, Люси и Бетси оказались под одной крышей, в маленьком госпитале у Симса.
Во время операций пациенток раздевали догола и заставляли стоять на коленях, опираясь на локти. В таком положении они принимали на себя инструменты и взгляды дюжины наблюдающих врачей-мужчин.
Первой прооперировали Люси. Операция длилась час. Люси кричала от боли. Симс впоследствии записал: «Агония Люси была крайней». После вмешательства она едва не умерла от заражения крови. Анестезия была намеренно исключена, на основании расистского убеждения, что чёрные люди обладают повышенной устойчивостью к боли.
Следующей на операционном столе Симса оказалась Бетси. Именно для неё Симс изготовил спекулум из согнутой оловянной ложки, которую Симс купил по дороге домой - инструмент, который историки медицины называют рождением гинекологии.
По некоторым данным, Анарке было около 17 лет, когда Симс начал её оперировать. На протяжении 4 лет она перенесла не менее 30 хирургических вмешательств без анестезии.
Симс оперировал около 17 девушек, однако лишь трех из них он называл в своих записях по именам. Когда местное медицинское сообщество решило, что Симс терпит провал, и прекратило поддерживать его эксперименты, Анарку, Люси и Бетси оставили под его контролем потому что без лечения они считались бесполезными для своих хозяев.
В промежутках между операциями и выздоровлением они работали на семью Симса. Девушки держались вместе. Ухаживали друг за другом после операций. Помогали друг другу выживать.
Работа Симса произвела революцию в хирургическом лечении женщин и принесла ему звание «отец гинекологии». Но необходимо признать: эти достижения стали возможны через эксплуатацию тел порабощённых женщин. Симс получил президентство в Американской медицинской ассоциации. А Анарка, Люси и Бетси получили возвращение к хозяевам.
В 2018 году статую Симса сняли с постамента в Центральном парке и увезли на кладбище Грин-Вуд в Бруклине, где он похоронен. На опустевшем постаменте установили табличку с именами женщин. В 2021 году почти через 175 лет, в Монтгомери открыли скульптуру «Матери гинекологии». Три фигуры: Анарка, Люси, Бетси. Первый памятник в их честь. Он бронзовый. Как и тот, что стоял раньше.
Исакова Амелия
#НеМолчиУз #ликбез
😢28👍17❤3🤯3🤔1
Проект «Своя комната» в одном из подкастов поднял вопрос, который редко формулируют напрямую: сама система женских убежищ устроена так, что основную цену за насилие платит пострадавшая, а не агрессор. «Мужчина не теряет ничего. Женщина, уже пострадавшая от его насилия, должна лишиться всего, что представляет для неё ценность», — говорится в подкасте.
Анна Иванова в своем телеграм канале прокомментировала тему и разобрала, почему очевидные альтернативы на практике не работают. По её словам, изоляция агрессора проблему не решает: «Он естественно первым делом пойдёт искать пострадавших и мстить». Концепция «прав отцов» фактически блокирует возможность женщины защитить детей — Иванова описывает логику системы так: «Ах, ты не хочешь давать детей человеку, который тебя бил, оскорблял прямо при них и мебель крушил? Что ж, мы отдадим детей ему, а ты посиди и подумай над своим поведением, истеричка». Охранные ордеры и браслеты существуют, но реального контроля нет: «У полиции нет ни возможностей, ни желания бегать за каждым домашним боксёром и насильником. А вот у них желания побегать и достать недобитую жертву обычно хватает».
Причем это не набор отдельных институциональных сбоев, а единая логика: система последовательно перекладывает ответственность за мужское насилие на женщину. Убежища, суды, опека, полиция — каждый из этих институтов в отдельности можно объяснить нехваткой ресурсов или несовершенством закона. Но в совокупности они работают одинаково: удерживают женщину в ситуации, из которой у неё нет выхода без потерь. А какие альтернативы видите вы?
#НеМолчиУз
Анна Иванова в своем телеграм канале прокомментировала тему и разобрала, почему очевидные альтернативы на практике не работают. По её словам, изоляция агрессора проблему не решает: «Он естественно первым делом пойдёт искать пострадавших и мстить». Концепция «прав отцов» фактически блокирует возможность женщины защитить детей — Иванова описывает логику системы так: «Ах, ты не хочешь давать детей человеку, который тебя бил, оскорблял прямо при них и мебель крушил? Что ж, мы отдадим детей ему, а ты посиди и подумай над своим поведением, истеричка». Охранные ордеры и браслеты существуют, но реального контроля нет: «У полиции нет ни возможностей, ни желания бегать за каждым домашним боксёром и насильником. А вот у них желания побегать и достать недобитую жертву обычно хватает».
Причем это не набор отдельных институциональных сбоев, а единая логика: система последовательно перекладывает ответственность за мужское насилие на женщину. Убежища, суды, опека, полиция — каждый из этих институтов в отдельности можно объяснить нехваткой ресурсов или несовершенством закона. Но в совокупности они работают одинаково: удерживают женщину в ситуации, из которой у неё нет выхода без потерь. А какие альтернативы видите вы?
#НеМолчиУз
❤23🔥2
Камилла Муратовна Жумаева назначена на должность начальницы отдела оперативно-разыскного департамента Министерства внутренних дел Республики Узбекистан. Об этом сообщила пресс-служба ведомства.
До назначения Камилла Жумаева занимала должность ведущей специалистки в том же департаменте.
Назначение на руководящую должность в одном из ключевых подразделений МВД свидетельствует о профессиональном росте и доверии со стороны руководства. Это также отражает постепенные изменения в системе: профессионализм и опыт становятся важнее старых установок. Особенно важно видеть женщин на руководящих позициях в сферах, которые долгое время считались стереотипно мужскими.
Поздравляем Камиллу Муратовну с назначением и желаем уверенности, успехов и дальнейшего роста в службе!
#НеМолчиУз #видимыеженщины
До назначения Камилла Жумаева занимала должность ведущей специалистки в том же департаменте.
Назначение на руководящую должность в одном из ключевых подразделений МВД свидетельствует о профессиональном росте и доверии со стороны руководства. Это также отражает постепенные изменения в системе: профессионализм и опыт становятся важнее старых установок. Особенно важно видеть женщин на руководящих позициях в сферах, которые долгое время считались стереотипно мужскими.
Поздравляем Камиллу Муратовну с назначением и желаем уверенности, успехов и дальнейшего роста в службе!
#НеМолчиУз #видимыеженщины
❤45🔥8🤔3
Пострадавшая заплатит, агрессор отсидит 5 суток: очередной случай гендерной несправедливости.
В Ташкенте суд рассмотрел административное дело о домогательстве на улице. Как передает UzNews, инцидент произошёл 6 марта в Янгихаётском районе.
Согласно материалам дела, 35-летний мужчина, управляя автомобилем, подъехал к девушке, стоявшей у светофора, и предложил подвезти ее в вульгарной форме. После этого он взял её за руку и совершил действия сексуального характера. В ходе конфликта он также ударил её по лицу.
Суд признал мужчину виновным по статье 41-1 КоАО РУз (сексуальное домогательство) и назначил 5 суток административного ареста.
При этом девушка, которая в ответ на происходящее кричала и использовала нецензурную лексику, была привлечена к ответственности по статье 183 КоАО РУз (мелкое хулиганство) и оштрафована на 3 БРВ (1 млн 236 тыс. сумов).
Формально суд применил нормы закона к обеим сторонам конфликта. А как же соразмерность ответственности с учётом поведения сторон? С одной стороны — физическое воздействие и нарушение телесной неприкосновенности, с другой — эмоциональная реакция на противоправные действия. При этом судебное решение не учитывает, что нецензурная брань и крик со стороны девушки стали следствием сексуального и физического насилия, что ставит под сомнение справедливость подобного подхода.
Подобные решения снова актуализируют вопрос, который мы разбирали в материале «Гендерная несправедливость при вынесении приговора: как пол человека влияет на Фемиду», где анализировались случаи, при которых женщины, реагируя на насилие или давление, сами оказывались в позиции правонарушителей.
Судебная практика в этом случае не видит контекст: кто стал инициатором противоправных действий и чья реакция была вынужденной. Пока суды продолжают рассматривать домогательство и крик в ответ как два равнозначных правонарушения, вопрос о безопасности для переживших насилие остается открытым.
#НеМолчиУз #законы
В Ташкенте суд рассмотрел административное дело о домогательстве на улице. Как передает UzNews, инцидент произошёл 6 марта в Янгихаётском районе.
Согласно материалам дела, 35-летний мужчина, управляя автомобилем, подъехал к девушке, стоявшей у светофора, и предложил подвезти ее в вульгарной форме. После этого он взял её за руку и совершил действия сексуального характера. В ходе конфликта он также ударил её по лицу.
Суд признал мужчину виновным по статье 41-1 КоАО РУз (сексуальное домогательство) и назначил 5 суток административного ареста.
При этом девушка, которая в ответ на происходящее кричала и использовала нецензурную лексику, была привлечена к ответственности по статье 183 КоАО РУз (мелкое хулиганство) и оштрафована на 3 БРВ (1 млн 236 тыс. сумов).
Формально суд применил нормы закона к обеим сторонам конфликта. А как же соразмерность ответственности с учётом поведения сторон? С одной стороны — физическое воздействие и нарушение телесной неприкосновенности, с другой — эмоциональная реакция на противоправные действия. При этом судебное решение не учитывает, что нецензурная брань и крик со стороны девушки стали следствием сексуального и физического насилия, что ставит под сомнение справедливость подобного подхода.
Подобные решения снова актуализируют вопрос, который мы разбирали в материале «Гендерная несправедливость при вынесении приговора: как пол человека влияет на Фемиду», где анализировались случаи, при которых женщины, реагируя на насилие или давление, сами оказывались в позиции правонарушителей.
Судебная практика в этом случае не видит контекст: кто стал инициатором противоправных действий и чья реакция была вынужденной. Пока суды продолжают рассматривать домогательство и крик в ответ как два равнозначных правонарушения, вопрос о безопасности для переживших насилие остается открытым.
#НеМолчиУз #законы
🤯42🤬23❤8
«Раздавлю твою челюсть»: муж на протяжении 16 лет избивал и унижал жену
В Сурхандарьинской области очередной случай бытового насилия закончился всего семью сутками административного ареста для мужчины, об этом сообщила пресс-служба Верховного суда.
Женщина решилась обратиться за помощью только спустя 16 лет совместной жизни. Годы страха, молчания и попыток «сохранить семью», несмотря на насилие.
По ее словам, мужчина напал на нее, пытался отобрать телефон, а ей пришлось буквально спасаться бегством.
«Раньше мне было стыдно рассказывать об этом. Сейчас я вынуждена, он угрожал мне, говоря, что сломает челюсть», рассказала на суде она.
Суд признал мужчину виновным по части 1 статьи 59-2 Кодекса об административной ответственности и назначил наказание в виде 7 суток ареста.
Но главный вопрос здесь не только в сроке наказания. Вопрос в том, сколько времени женщина провела рядом с человеком, который причинял ей вред, и почему она не могла обратиться раньше. Общество до сих пор твердит «терпи ради семьи», «не выноси сор из избы», «что скажут люди» и почему-то все эти высказывания обращены лишь на женщин. За красивой формулировкой «сохранить семью» часто скрывается реальность, в которой нет ни безопасности, ни уважения, ни любви.
Важно осознать один факт: никакой стыд не вернет вам годы, прожитые в насилии. никто не даст награду за терпение.
никто не скажет «спасибо» за то, что вы остались.
Дети, которые растут в такой семье, каждый день учатся, что насилие — это норма. Они либо начинают его повторять, либо жить в постоянном страхе. И этот порочный круг будет продолжаться из поколения в поколение.
Помните, говорить о насилии не стыдно, просить помощи не позорно и уходить от насильника не унизительно.
Подготовила: Рина Эргашева
#НеМолчиУз
В Сурхандарьинской области очередной случай бытового насилия закончился всего семью сутками административного ареста для мужчины, об этом сообщила пресс-служба Верховного суда.
Женщина решилась обратиться за помощью только спустя 16 лет совместной жизни. Годы страха, молчания и попыток «сохранить семью», несмотря на насилие.
По ее словам, мужчина напал на нее, пытался отобрать телефон, а ей пришлось буквально спасаться бегством.
«Раньше мне было стыдно рассказывать об этом. Сейчас я вынуждена, он угрожал мне, говоря, что сломает челюсть», рассказала на суде она.
Суд признал мужчину виновным по части 1 статьи 59-2 Кодекса об административной ответственности и назначил наказание в виде 7 суток ареста.
Но главный вопрос здесь не только в сроке наказания. Вопрос в том, сколько времени женщина провела рядом с человеком, который причинял ей вред, и почему она не могла обратиться раньше. Общество до сих пор твердит «терпи ради семьи», «не выноси сор из избы», «что скажут люди» и почему-то все эти высказывания обращены лишь на женщин. За красивой формулировкой «сохранить семью» часто скрывается реальность, в которой нет ни безопасности, ни уважения, ни любви.
Важно осознать один факт: никакой стыд не вернет вам годы, прожитые в насилии. никто не даст награду за терпение.
никто не скажет «спасибо» за то, что вы остались.
Дети, которые растут в такой семье, каждый день учатся, что насилие — это норма. Они либо начинают его повторять, либо жить в постоянном страхе. И этот порочный круг будет продолжаться из поколения в поколение.
Помните, говорить о насилии не стыдно, просить помощи не позорно и уходить от насильника не унизительно.
Подготовила: Рина Эргашева
#НеМолчиУз
🤬33😢14🤯8❤6🔥5
Пока мы обсуждаем, заменит ли ИИ людей, отчёт МОТ уже даёт ответ: заменит — и делает это с явным гендерным акцентом.
29% женских рабочих мест подвержены влиянию генеративного ИИ против 16% мужских. В административном секторе риск полной автоматизации достигает 16% для «женских» позиций и лишь 3% для «мужских». Это не случайность — это следствие того, как исторически устроен рынок труда: рутинные когнитивные задачи, которые общество всегда считало «простыми», выполняли преимущественно женщины.
Отдельная история — Узбекистан, и здесь данные неожиданные. По данным Coursera, 58,9% слушателей курсов по GenAI в стране — женщины. Узбекистан лидирует по этому показателю в мире и является единственной страной с таким соотношением. Это означает, что женщины здесь активнее кого-либо ещё пытаются войти в профессии будущего. Но между «научилась» и «работает» — пропасть. По данным за 2021 общая занятость женщин в стране составляет 37,2% против 69,3% у мужчин. Доля женщин в IT — 24,3%, и больше 60% из них сосредоточены в Ташкенте. Доля женщин-выпускниц STEM упала с 40,2% в 2021 году до 27,3% в 2022-м. Знания есть, но структура, которая позволяла бы их применить, не создана.
Также не забываем, что ИИ обучается на данных прошлого, где женщина — ассистентка, а мужчина — директор. И если около 90% инженеров, создающих системы, — мужчины, алгоритм будет воспроизводить именно такую картину мира в миллионах операций.
Есть и более тонкий механизм. Компании сокращают живых сотрудниц, заменяя их чат-ботами, которые «сопереживают» и «общаются». Soft skills, которые десятилетиями считались естественным женским преимуществом на рынке труда, теперь имитируются программой — и труд живого человека на этом фоне обесценивается ещё сильнее.
Параллельно значительная часть работы по обучению ИИ — разметка данных, модерация токсичного контента — выполняется женщинами из стран Глобального Юга в условиях прекариата. Это невидимый труд, без которого не было бы ни одной нейросети, и он по-прежнему остаётся за рамками публичного разговора о технологическом прогрессе.
Пока «женская» офисная работа считается легкозаменяемой рутиной, а неоплачиваемый труд по уходу не учитывается ни в каких экономических расчётах, любая волна автоматизации будет лишь углублять уже существующее неравенство. ИИ не создаёт гендерное неравенство — он его наследует и масштабирует. В этом и состоит главная опасность: технология выглядит нейтральной, но работает в условиях, которые нейтральными никогда не были.
В ближайшие 5–10 лет наиболее вероятен сценарий, который можно назвать «двойной прекаризацией». Женщины будут вытесняться из автоматизируемых офисных позиций в сферу care economy — уход за детьми, пожилыми, больными. Эта работа сложнее поддаётся автоматизации, но именно поэтому она останется низкооплачиваемой и социально невидимой.
Параллельно будет нарастать разрыв между женщинами, которые успеют войти в технологическую индустрию на уровне принятия решений, и теми, кто остался за её периметром. Первых будет меньшинство, и их присутствие будет использоваться как аргумент против системных изменений — в логике «смотрите, возможности есть для всех». Это классический механизм, при котором исключение выдаётся за правило.
В странах с высоким доходом автоматизация ударит по офисному персоналу — а это преимущественно женщины. В странах с низким доходом прямого удара меньше, но женщины оттуда уже сегодня выполняют невидимый труд по обучению тех самых систем, которые завтра вытеснят их коллег.
Конкретный риск в Узбекистане выглядит так: женщины продолжат учиться, получать сертификаты, осваивать инструменты — и при этом не попадать в индустрию из-за отсутствия доступной инфраструктуры ухода за детьми, из-за гендерных стереотипов, из-за того, что семья по-прежнему считается их первичной ответственностью. Технологический прорыв не произойдёт без социального: мало иметь самых активных учениц в мире — нужно, чтобы эти знания конвертировались в реальные позиции, зарплаты и право голоса там, где пишется код.
Minimizary
#НеМолчиУз #гендерноенеравенство
29% женских рабочих мест подвержены влиянию генеративного ИИ против 16% мужских. В административном секторе риск полной автоматизации достигает 16% для «женских» позиций и лишь 3% для «мужских». Это не случайность — это следствие того, как исторически устроен рынок труда: рутинные когнитивные задачи, которые общество всегда считало «простыми», выполняли преимущественно женщины.
Отдельная история — Узбекистан, и здесь данные неожиданные. По данным Coursera, 58,9% слушателей курсов по GenAI в стране — женщины. Узбекистан лидирует по этому показателю в мире и является единственной страной с таким соотношением. Это означает, что женщины здесь активнее кого-либо ещё пытаются войти в профессии будущего. Но между «научилась» и «работает» — пропасть. По данным за 2021 общая занятость женщин в стране составляет 37,2% против 69,3% у мужчин. Доля женщин в IT — 24,3%, и больше 60% из них сосредоточены в Ташкенте. Доля женщин-выпускниц STEM упала с 40,2% в 2021 году до 27,3% в 2022-м. Знания есть, но структура, которая позволяла бы их применить, не создана.
Также не забываем, что ИИ обучается на данных прошлого, где женщина — ассистентка, а мужчина — директор. И если около 90% инженеров, создающих системы, — мужчины, алгоритм будет воспроизводить именно такую картину мира в миллионах операций.
Есть и более тонкий механизм. Компании сокращают живых сотрудниц, заменяя их чат-ботами, которые «сопереживают» и «общаются». Soft skills, которые десятилетиями считались естественным женским преимуществом на рынке труда, теперь имитируются программой — и труд живого человека на этом фоне обесценивается ещё сильнее.
Параллельно значительная часть работы по обучению ИИ — разметка данных, модерация токсичного контента — выполняется женщинами из стран Глобального Юга в условиях прекариата. Это невидимый труд, без которого не было бы ни одной нейросети, и он по-прежнему остаётся за рамками публичного разговора о технологическом прогрессе.
Пока «женская» офисная работа считается легкозаменяемой рутиной, а неоплачиваемый труд по уходу не учитывается ни в каких экономических расчётах, любая волна автоматизации будет лишь углублять уже существующее неравенство. ИИ не создаёт гендерное неравенство — он его наследует и масштабирует. В этом и состоит главная опасность: технология выглядит нейтральной, но работает в условиях, которые нейтральными никогда не были.
В ближайшие 5–10 лет наиболее вероятен сценарий, который можно назвать «двойной прекаризацией». Женщины будут вытесняться из автоматизируемых офисных позиций в сферу care economy — уход за детьми, пожилыми, больными. Эта работа сложнее поддаётся автоматизации, но именно поэтому она останется низкооплачиваемой и социально невидимой.
Параллельно будет нарастать разрыв между женщинами, которые успеют войти в технологическую индустрию на уровне принятия решений, и теми, кто остался за её периметром. Первых будет меньшинство, и их присутствие будет использоваться как аргумент против системных изменений — в логике «смотрите, возможности есть для всех». Это классический механизм, при котором исключение выдаётся за правило.
В странах с высоким доходом автоматизация ударит по офисному персоналу — а это преимущественно женщины. В странах с низким доходом прямого удара меньше, но женщины оттуда уже сегодня выполняют невидимый труд по обучению тех самых систем, которые завтра вытеснят их коллег.
Конкретный риск в Узбекистане выглядит так: женщины продолжат учиться, получать сертификаты, осваивать инструменты — и при этом не попадать в индустрию из-за отсутствия доступной инфраструктуры ухода за детьми, из-за гендерных стереотипов, из-за того, что семья по-прежнему считается их первичной ответственностью. Технологический прорыв не произойдёт без социального: мало иметь самых активных учениц в мире — нужно, чтобы эти знания конвертировались в реальные позиции, зарплаты и право голоса там, где пишется код.
Minimizary
#НеМолчиУз #гендерноенеравенство
❤8🤯7😢7🔥1
2 марта во дворе своего дома в городе Багдад была застрелена одна из ведущих иракских феминисток и защитница прав человека Янар Мохаммед.
Согласно полицейским отчетам, Янар была убита двумя неизвестными вооруженными мужчинами. Несмотря на принятые врачами меры Янар скоропостижно скончалась в больнице.
Незадолго до убийства Мохаммед вернулась из Канады, что подкрепляет версию о целенаправленном отслеживании её местонахождения и тщательном предварительном планировании убийства.
В последние годы Янар стояла во главе кампании против нового закона, закрепляющего шиитскую религиозную юриспруденцию в семейном праве, который в том числе предоставил бы мужьям автоматическую опеку над детьми. Деятельность Янар в этой сфере могла стать одной из причин покушения.
Закон был принят, но под давлением общественности из него были исключены некоторые пункты, как снижение возраста вступления в брак для девочек до девяти лет.
В 2003 году Мохаммед основала первый женский приют в Ираке, который служил для защиты женщин от «убийств в защиту чести» и сексуальной торговли людьми. Позже по инициативе Янар подобные женские дома открылись и в других городах, обеспечив защиту более чем 1300 женщинам.
В 2008 году она была удостоена премии Фонда Грубера за защиту прав женщин, в 2016 году — премии Рафто, а в прошлом году ей была присуждена Франко-германская премия за защиту прав человека.
В последние годы в Ираке наблюдается резкий рост насилия в отношении женщин, в частности активисток. В 2018 году в городе Басра вооруженные люди застрелили активистку за права женщин Суад аль-Али, основательницу организации «Аль-Вид аль-Алаими за права человека». А в 2020 году врач и активистка Рихам Якуб была застрелена в городе Басра после того, как возглавила местные антиправительственные протесты.
Эксперты уверены, что ряд покушений – не случайность, а целенаправленная борьба против движения за женские права.
«Правозащитников, в том числе защитников прав женщин в Ираке, необходимо защищать, а не заставлять замолчать и убивать», - пишет Amnesty International.
Подготовила: Фарида Алиева
#НемолчиУз #насилиевмире
Согласно полицейским отчетам, Янар была убита двумя неизвестными вооруженными мужчинами. Несмотря на принятые врачами меры Янар скоропостижно скончалась в больнице.
Незадолго до убийства Мохаммед вернулась из Канады, что подкрепляет версию о целенаправленном отслеживании её местонахождения и тщательном предварительном планировании убийства.
В последние годы Янар стояла во главе кампании против нового закона, закрепляющего шиитскую религиозную юриспруденцию в семейном праве, который в том числе предоставил бы мужьям автоматическую опеку над детьми. Деятельность Янар в этой сфере могла стать одной из причин покушения.
Закон был принят, но под давлением общественности из него были исключены некоторые пункты, как снижение возраста вступления в брак для девочек до девяти лет.
В 2003 году Мохаммед основала первый женский приют в Ираке, который служил для защиты женщин от «убийств в защиту чести» и сексуальной торговли людьми. Позже по инициативе Янар подобные женские дома открылись и в других городах, обеспечив защиту более чем 1300 женщинам.
В 2008 году она была удостоена премии Фонда Грубера за защиту прав женщин, в 2016 году — премии Рафто, а в прошлом году ей была присуждена Франко-германская премия за защиту прав человека.
В последние годы в Ираке наблюдается резкий рост насилия в отношении женщин, в частности активисток. В 2018 году в городе Басра вооруженные люди застрелили активистку за права женщин Суад аль-Али, основательницу организации «Аль-Вид аль-Алаими за права человека». А в 2020 году врач и активистка Рихам Якуб была застрелена в городе Басра после того, как возглавила местные антиправительственные протесты.
Эксперты уверены, что ряд покушений – не случайность, а целенаправленная борьба против движения за женские права.
«Правозащитников, в том числе защитников прав женщин в Ираке, необходимо защищать, а не заставлять замолчать и убивать», - пишет Amnesty International.
Подготовила: Фарида Алиева
#НемолчиУз #насилиевмире
😢34🤬5❤3🔥1
Сарой Мулк хоним, более известная как Биби-хоним, родилась в 1341 году в семье потомков Чингизидов. Она была дочерью Казан-хана и с раннего возраста принадлежала к высшей династической среде.
В 1370 году она стала супругой Амира Темура. Именно этот брак дал Темуру титул «Курагон», что означало «зять» и закрепляло его связь с чингизидской линией. Благодаря своему происхождению Сарой Мулк хоним заняла особое положение при дворе и получила титул старшей хоним.
Источники описывают её как образованную, дальновидную и деятельную женщину. Она участвовала в управлении государством, занималась общественными и строительными проектами, поддерживала учёных и людей искусства, покровительствовала образованию. При ней в Самарканде было построено одно из крупнейших медресе своего времени, где преподавались как религиозные, так и светские науки. Сама мечеть Биби-Ханым чаще приписывается Темуру (1399–1404), но названа в честь неё; медрасе и мавзолей — именно её инициатива.
Сарой Мулк хоним сопровождала Темура в военных походах и участвовала в дипломатической жизни. Её мнение учитывалось, а её советы, даже если не всегда принимались напрямую, оказывали влияние на решения. По одной из легенд, в ответ на просьбу прислать золото для армии она указала на необходимость искать политическое решение, и это помогло выйти из кризисной ситуации.
Она также участвовала в придворной жизни наравне с правителем, присутствовала на приёмах иностранных послов и устраивала официальные мероприятия.
В 1408 году Сарой Мулк хоним скончалась и была похоронена в построенном при её участии мавзолее в Самарканде.
Её роль выходит за рамки формального статуса супруги. Это фигура, через которую проходили вопросы легитимности, образования и внутренней политики государства.
Подготовила Minimizary
#НеМолчиУз #женщинывистории
В 1370 году она стала супругой Амира Темура. Именно этот брак дал Темуру титул «Курагон», что означало «зять» и закрепляло его связь с чингизидской линией. Благодаря своему происхождению Сарой Мулк хоним заняла особое положение при дворе и получила титул старшей хоним.
Источники описывают её как образованную, дальновидную и деятельную женщину. Она участвовала в управлении государством, занималась общественными и строительными проектами, поддерживала учёных и людей искусства, покровительствовала образованию. При ней в Самарканде было построено одно из крупнейших медресе своего времени, где преподавались как религиозные, так и светские науки. Сама мечеть Биби-Ханым чаще приписывается Темуру (1399–1404), но названа в честь неё; медрасе и мавзолей — именно её инициатива.
Сарой Мулк хоним сопровождала Темура в военных походах и участвовала в дипломатической жизни. Её мнение учитывалось, а её советы, даже если не всегда принимались напрямую, оказывали влияние на решения. По одной из легенд, в ответ на просьбу прислать золото для армии она указала на необходимость искать политическое решение, и это помогло выйти из кризисной ситуации.
Она также участвовала в придворной жизни наравне с правителем, присутствовала на приёмах иностранных послов и устраивала официальные мероприятия.
В 1408 году Сарой Мулк хоним скончалась и была похоронена в построенном при её участии мавзолее в Самарканде.
Её роль выходит за рамки формального статуса супруги. Это фигура, через которую проходили вопросы легитимности, образования и внутренней политики государства.
Подготовила Minimizary
#НеМолчиУз #женщинывистории
❤15👍2
Ноэлии 25 лет. Это ее последнее интервью перед смертью. Вчера, 26 марта, она умерла — по собственному желанию, в Испании, без присутствия родных. Это первый случай эвтаназии в стране, одобренный в том числе по причине психической травмы и депрессии.
⠀
Родители лишились опеки, когда Ноэлия была ребёнком, — она и её сестра оказались под контролем правительства и провели несколько лет в учреждениях для несовершеннолетних. С 13 лет — интернаты, бездомность, полное отсутствие стабильного взрослого рядом. Потом — групповое изнасилование. Несколько попыток суицида, в том числе передозировки и самоповреждения. А потом, 4 октября 2022 года, — прыжок с 5 этажа, который не убил, но оставил её парализованной ниже пояса навсегда.
С тех пор — 8 месяцев в больницах, постоянная нейропатическая боль, катетеры каждые 6 часов, инвалидное кресло, 74% инвалидности.
⠀
Испанские суды признали её состояние «тяжёлым, хроническим и изнуряющим» — именно это открыло ей доступ к эвтаназии по закону 2021 года.
2 года она добивалась этого права юридически. Отец пытался остановить процедуру — буквально за несколько часов до её проведения в августе прошлого года ему удалось добиться отсрочки и последовало 8 месяцев судебных разбирательств. В итоге суд подтвердил: Ноэлия дееспособна, её решение осознанно, отец не имеет права его блокировать. Отец сказал ей, что она для него уже мертва, и отказался присутствовать на похоронах.
⠀
Накануне Ноэлия дала интервью на испанском телевидении. «После всего, что он сделал, я уже не чувствую себя виноватой», — сказала она об отце. И ещё: «Я хочу прекратить страдать».
⠀
Ноэлия — молодая женщина, которую система не защитила. Ни в детстве, когда она оказалась в государственных учреждениях без нормальной опеки. Ни после насилия, которое она пережила. Ни после первых попыток суицида. Ни после того, как выжила, упав с пятого этажа, и оказалась в больнице с разрушенным телом и травмой.
⠀
После эвтаназии в Конгрессе депутатов Испании прошли дебаты, где обсуждали, является ли это «смертью с достоинством» или «провалом системы» (особенно в контексте предшествующего группового изнасилования и попытки самоубийства).
⠀
Но это не индивидуальная трагедия — это статистически предсказуемый исход. Женщины, пережившие изнасилование, в 10 раз чаще совершают попытки суицида, чем те, кто не сталкивался с насилием. Каждая 4 из них предпринимает такую попытку. 1/3 думает о самоубийстве. Мета-анализ 2022 года, охвативший почти 90 тысяч человек, показал: среди переживших сексуальное насилие суицидальность фиксируется в 27% случаев против 9% среди тех, кто его не пережил. Если первое насилие произошло в подростковом возрасте — а у Ноэлии именно так — риск вырастает ещё в 3-4 раза.
⠀
Девочки и женщины с нестабильным социальным фоном, с психическими диагнозами, пережившие насилие, системно получают худшую помощь: их жалобы воспринимаются менее серьёзно, их страдания чаще объясняются «характером» или «расстройством личности», а не обстоятельствами, которые их сформировали. Пограничное расстройство личности — один из диагнозов Ноэлии — до сих пор стигматизировано настолько, что люди с этим диагнозом регулярно сталкиваются с отказом в помощи или с минимальным её объёмом.
⠀
Отдельный вопрос — роль отца. Мужчина два года судился, чтобы не дать ей умереть на её условиях. Не для того, чтобы быть рядом, а чтобы контролировать. Это тоже паттерн: право женщины распоряжаться собственным телом и собственной смертью оспаривается теми, кто не был рядом, когда это было нужно, но появляется, когда речь заходит о контроле.
⠀
Дискуссия о праве на смерть не может быть честной без разговора о праве на достойную жизнь, которого у Ноэлии фактически никогда не было.
⠀
Вместо заключения. Что стало с насильниками Ноэлии? Несколько независимых публикаций прямо указывают: «до сегодняшнего дня нет осуждённых за этот факт», «не сообщалось о задержаниях или окончательных приговорах», «агрессоры не были привлечены к суду с окончательным результатом», «se va sin justicia» (уходит без правосудия).
⠀
Minimizary
⠀
#НеМолчиУз
⠀
Родители лишились опеки, когда Ноэлия была ребёнком, — она и её сестра оказались под контролем правительства и провели несколько лет в учреждениях для несовершеннолетних. С 13 лет — интернаты, бездомность, полное отсутствие стабильного взрослого рядом. Потом — групповое изнасилование. Несколько попыток суицида, в том числе передозировки и самоповреждения. А потом, 4 октября 2022 года, — прыжок с 5 этажа, который не убил, но оставил её парализованной ниже пояса навсегда.
С тех пор — 8 месяцев в больницах, постоянная нейропатическая боль, катетеры каждые 6 часов, инвалидное кресло, 74% инвалидности.
⠀
Испанские суды признали её состояние «тяжёлым, хроническим и изнуряющим» — именно это открыло ей доступ к эвтаназии по закону 2021 года.
2 года она добивалась этого права юридически. Отец пытался остановить процедуру — буквально за несколько часов до её проведения в августе прошлого года ему удалось добиться отсрочки и последовало 8 месяцев судебных разбирательств. В итоге суд подтвердил: Ноэлия дееспособна, её решение осознанно, отец не имеет права его блокировать. Отец сказал ей, что она для него уже мертва, и отказался присутствовать на похоронах.
⠀
Накануне Ноэлия дала интервью на испанском телевидении. «После всего, что он сделал, я уже не чувствую себя виноватой», — сказала она об отце. И ещё: «Я хочу прекратить страдать».
⠀
Ноэлия — молодая женщина, которую система не защитила. Ни в детстве, когда она оказалась в государственных учреждениях без нормальной опеки. Ни после насилия, которое она пережила. Ни после первых попыток суицида. Ни после того, как выжила, упав с пятого этажа, и оказалась в больнице с разрушенным телом и травмой.
⠀
После эвтаназии в Конгрессе депутатов Испании прошли дебаты, где обсуждали, является ли это «смертью с достоинством» или «провалом системы» (особенно в контексте предшествующего группового изнасилования и попытки самоубийства).
⠀
Но это не индивидуальная трагедия — это статистически предсказуемый исход. Женщины, пережившие изнасилование, в 10 раз чаще совершают попытки суицида, чем те, кто не сталкивался с насилием. Каждая 4 из них предпринимает такую попытку. 1/3 думает о самоубийстве. Мета-анализ 2022 года, охвативший почти 90 тысяч человек, показал: среди переживших сексуальное насилие суицидальность фиксируется в 27% случаев против 9% среди тех, кто его не пережил. Если первое насилие произошло в подростковом возрасте — а у Ноэлии именно так — риск вырастает ещё в 3-4 раза.
⠀
Девочки и женщины с нестабильным социальным фоном, с психическими диагнозами, пережившие насилие, системно получают худшую помощь: их жалобы воспринимаются менее серьёзно, их страдания чаще объясняются «характером» или «расстройством личности», а не обстоятельствами, которые их сформировали. Пограничное расстройство личности — один из диагнозов Ноэлии — до сих пор стигматизировано настолько, что люди с этим диагнозом регулярно сталкиваются с отказом в помощи или с минимальным её объёмом.
⠀
Отдельный вопрос — роль отца. Мужчина два года судился, чтобы не дать ей умереть на её условиях. Не для того, чтобы быть рядом, а чтобы контролировать. Это тоже паттерн: право женщины распоряжаться собственным телом и собственной смертью оспаривается теми, кто не был рядом, когда это было нужно, но появляется, когда речь заходит о контроле.
⠀
Дискуссия о праве на смерть не может быть честной без разговора о праве на достойную жизнь, которого у Ноэлии фактически никогда не было.
⠀
Вместо заключения. Что стало с насильниками Ноэлии? Несколько независимых публикаций прямо указывают: «до сегодняшнего дня нет осуждённых за этот факт», «не сообщалось о задержаниях или окончательных приговорах», «агрессоры не были привлечены к суду с окончательным результатом», «se va sin justicia» (уходит без правосудия).
⠀
Minimizary
⠀
#НеМолчиУз
😢58❤8🤯6🤬1
Поэтический вечер Тилланисо Нурёгди может оказаться одним из самых беспощадных экспериментов с привычной реальностью.
⠀
Атмосфера
Черно-белый зал, табуретки, тень люстры, как отдельного персонажа сцены, камерность, гитара и голос Фирдавса Хушназарова.
⠀
Точное попадание в атмосферу интеллектуального шика добавляет нужные нотки – это не просто интеллектуальный вечер, это эстетически выдержанное мероприятие, которое придется по душе тем, кто ценит общую эстетику экспериментальных студий, очарование downtown-сцен Нью-Йорка 90-х.
⠀
Надрыв - Дард
⠀
Тилланисо любит боль-тоску – дард. В ней она живет, и она определенно переработана в творческую силу, в начале вечера обращаясь к зрителям она говорит, что каждый человек рождается с болью. Речь не о жизненных неурядицах – экзестенциальная боль, дошедшая до нас с древнейших времен. Звучащая в каждом звуке. Мы боимся смотреть и чувствовать эту боль. Тилланисо исследует её в своем творчестве. Иногда под микроскопом, до мельчайших подробностей. Это производит сильное впечатление. Но вам может стать очень больно.
⠀
Честность
⠀
Творчество Тилланисо лишено украшения и утешения. Это крайне честная поэзия. Это как фотки без фильтров. Готов выложить их в Инстаграм? Поэтесса этого не боится. Её откровенность кажется почти беспощадной. Не потому, что в ней есть агрессия - просто она не смягчает правду.
Ловлю себя на мысли: мы, кажется, не очень готовы к такой степени откровенности.
Особенно на узбекском языке.
⠀
Продолжение в карусели
⠀
Мизерикордия
⠀
#НеМолчиУз
⠀
Атмосфера
Черно-белый зал, табуретки, тень люстры, как отдельного персонажа сцены, камерность, гитара и голос Фирдавса Хушназарова.
⠀
Точное попадание в атмосферу интеллектуального шика добавляет нужные нотки – это не просто интеллектуальный вечер, это эстетически выдержанное мероприятие, которое придется по душе тем, кто ценит общую эстетику экспериментальных студий, очарование downtown-сцен Нью-Йорка 90-х.
⠀
Надрыв - Дард
⠀
Тилланисо любит боль-тоску – дард. В ней она живет, и она определенно переработана в творческую силу, в начале вечера обращаясь к зрителям она говорит, что каждый человек рождается с болью. Речь не о жизненных неурядицах – экзестенциальная боль, дошедшая до нас с древнейших времен. Звучащая в каждом звуке. Мы боимся смотреть и чувствовать эту боль. Тилланисо исследует её в своем творчестве. Иногда под микроскопом, до мельчайших подробностей. Это производит сильное впечатление. Но вам может стать очень больно.
⠀
Честность
⠀
Творчество Тилланисо лишено украшения и утешения. Это крайне честная поэзия. Это как фотки без фильтров. Готов выложить их в Инстаграм? Поэтесса этого не боится. Её откровенность кажется почти беспощадной. Не потому, что в ней есть агрессия - просто она не смягчает правду.
Ловлю себя на мысли: мы, кажется, не очень готовы к такой степени откровенности.
Особенно на узбекском языке.
⠀
Продолжение в карусели
⠀
Мизерикордия
⠀
#НеМолчиУз
❤12👍1