Несмотря на то что войны исторически создавались и велись преимущественно мужчинами, их символом чаще становится женщина. Это выглядит парадоксально. Те, кто принимает решения и ведет боевые действия, — не те, через кого обычно изображают войну.
Понятия войны и маскулинности часто связаны. Организованное насилие, как на уровне государств, так и вооруженных групп, в большинстве случаев формируется и контролируется мужчинами. Именно они исторически оказываются в позиции тех, кто определяет ход войны.
Однако в символическом поле возникает другой образ. Это скорбящая мать, женщина, потерявшая ребенка, вдова или фигура Родины-матери.
Так происходит потому, что через женский образ легче передать последствия войны. Если мужчина в культурном представлении связан с действием, то женщина — с утратой и переживанием. Через нее показывается человеческая сторона войны и ее настоящая цена.
Образ матери, потерявшей ребенка, становится универсальным символом страдания. Он понятен вне зависимости от страны и культуры и вызывает сильную эмоциональную реакцию.
При этом возникает противоречие. Символ войны отражает не тех, кто ее создает, а тех, кто переживает ее последствия.
В 1999 году Ильхом Джаббаров, народный художник Узбекистана, создал образ женщины в траурном платке со склоненной головой. Эта фигура стала собирательным образом матерей, чьи дети не вернулись с войны.
Как позже вспоминал сам скульптор, он стремился передать не только личную историю, но и общее чувство ожидания и боли. Женщина в его работе сидит, слегка склонившись вперед, и продолжает ждать, даже понимая, что ее сын не вернется.
История семьи усиливает этот образ. Старшего сына забрали на фронт в 17 лет, и он пропал без вести. Для матери это стало не просто утратой, а состоянием бесконечного ожидания.
Такие образы делают страдание видимым и понятным. Через них война перестает быть абстрактным событием и становится личной трагедией. Именно поэтому образ скорбящей матери так часто используется. Он вызывает эмпатию быстрее и сильнее, чем многие другие символы.
Однако у этого есть и обратная сторона. Закрепляется представление о том, что мужчина — это тот, кто воюет, а женщина — та, кто ждет и страдает.
При этом в реальности женщины также участвовали в войнах. Они были на фронте, работали в тылу, принимали решения. Но в символическом пространстве их роль по-прежнему остается иной.
Подготовила Милена
#НеМолчиУз
Понятия войны и маскулинности часто связаны. Организованное насилие, как на уровне государств, так и вооруженных групп, в большинстве случаев формируется и контролируется мужчинами. Именно они исторически оказываются в позиции тех, кто определяет ход войны.
Однако в символическом поле возникает другой образ. Это скорбящая мать, женщина, потерявшая ребенка, вдова или фигура Родины-матери.
Так происходит потому, что через женский образ легче передать последствия войны. Если мужчина в культурном представлении связан с действием, то женщина — с утратой и переживанием. Через нее показывается человеческая сторона войны и ее настоящая цена.
Образ матери, потерявшей ребенка, становится универсальным символом страдания. Он понятен вне зависимости от страны и культуры и вызывает сильную эмоциональную реакцию.
При этом возникает противоречие. Символ войны отражает не тех, кто ее создает, а тех, кто переживает ее последствия.
В 1999 году Ильхом Джаббаров, народный художник Узбекистана, создал образ женщины в траурном платке со склоненной головой. Эта фигура стала собирательным образом матерей, чьи дети не вернулись с войны.
Как позже вспоминал сам скульптор, он стремился передать не только личную историю, но и общее чувство ожидания и боли. Женщина в его работе сидит, слегка склонившись вперед, и продолжает ждать, даже понимая, что ее сын не вернется.
История семьи усиливает этот образ. Старшего сына забрали на фронт в 17 лет, и он пропал без вести. Для матери это стало не просто утратой, а состоянием бесконечного ожидания.
Такие образы делают страдание видимым и понятным. Через них война перестает быть абстрактным событием и становится личной трагедией. Именно поэтому образ скорбящей матери так часто используется. Он вызывает эмпатию быстрее и сильнее, чем многие другие символы.
Однако у этого есть и обратная сторона. Закрепляется представление о том, что мужчина — это тот, кто воюет, а женщина — та, кто ждет и страдает.
При этом в реальности женщины также участвовали в войнах. Они были на фронте, работали в тылу, принимали решения. Но в символическом пространстве их роль по-прежнему остается иной.
Подготовила Милена
#НеМолчиУз
❤24👍7👎1😢1
Около 800 тысяч женщин служили в Красной армии во Второй мировой. Они были снайпершами, разведчицами, танкистками, медицинскими работницами. Многие воевали на передовой, в тех же условиях, что и мужчины, под теми же бомбами, в тот же мороз.
Многие фронтовички вспоминали: о войне их просили не говорить, ни дома, ни на работе, ни с соседями. Форму убирали в шкаф. Некоторые скрывали, что вообще были на фронте. Не из стыда за то, что сделали, а потому что чувствовали, общество не готово это слышать.
Во время войны государству были нужны все. Женщины управляли самолётами, командовали подразделениями, вытаскивали раненых под огнём. Им разрешили делать всё, что раньше считалось исключительно мужским делом потому что иначе было не выжить. Но как только война закончилась, от них снова начали ждать возвращения к привычной роли: Жена, мать, хранительница очага.
Женщина с боевым опытом, с орденами, с памятью о фронте не вписывалась в этот образ.
Фронтовичек называли «походно-полевыми жёнами», намекая, что на войне они оказались не ради службы, а ради отношений с мужчинами. Некоторым прямо говорили, что «нормальные девушки» на фронт не идут.
Были и более тихие, но не менее болезненные последствия. Многим фронтовичкам было сложнее выйти замуж потому что война, по тем меркам, считалась чем-то, что «портит» женщину.
Мужская травма от войны воспринималась как героическая жертва. Женская, как испорченность.
Десятилетия спустя Светлана Алексиевич, писательница и лауреатка Нобелевской премии по литературе, объездила сотни городов и сёл, чтобы записать воспоминания женщин-фронтовичек для книги «У войны не женское лицо». Многие соглашались говорить впервые в жизни потому что раньше просто не было ощущения, что кто-то хочет слушать.
Одна из них вспоминала, как вернулась домой с медалями, а мать сказала: спрячь, не показывай. Другая, как на работе узнали, что она была на фронте, и стали смотреть иначе. Не с уважением, а с подозрением.
История фронтовичек это не только про войну и не только про прошлое. Это про механизм, который работает и сегодня: общество готово принять женщину в «неженской» роли ровно до тех пор, пока она там нужна. А потом ожидает, что она вернётся обратно. И если не возвращается, находит способ дать ей это почувствовать.
Во время войны женщинам разрешили быть героями.
После Победы от них потребовали занять свое место.
Исакова Амелия
#НемолчиУз #невидимыеженщины
Многие фронтовички вспоминали: о войне их просили не говорить, ни дома, ни на работе, ни с соседями. Форму убирали в шкаф. Некоторые скрывали, что вообще были на фронте. Не из стыда за то, что сделали, а потому что чувствовали, общество не готово это слышать.
Во время войны государству были нужны все. Женщины управляли самолётами, командовали подразделениями, вытаскивали раненых под огнём. Им разрешили делать всё, что раньше считалось исключительно мужским делом потому что иначе было не выжить. Но как только война закончилась, от них снова начали ждать возвращения к привычной роли: Жена, мать, хранительница очага.
Женщина с боевым опытом, с орденами, с памятью о фронте не вписывалась в этот образ.
Фронтовичек называли «походно-полевыми жёнами», намекая, что на войне они оказались не ради службы, а ради отношений с мужчинами. Некоторым прямо говорили, что «нормальные девушки» на фронт не идут.
Были и более тихие, но не менее болезненные последствия. Многим фронтовичкам было сложнее выйти замуж потому что война, по тем меркам, считалась чем-то, что «портит» женщину.
Мужская травма от войны воспринималась как героическая жертва. Женская, как испорченность.
Десятилетия спустя Светлана Алексиевич, писательница и лауреатка Нобелевской премии по литературе, объездила сотни городов и сёл, чтобы записать воспоминания женщин-фронтовичек для книги «У войны не женское лицо». Многие соглашались говорить впервые в жизни потому что раньше просто не было ощущения, что кто-то хочет слушать.
Одна из них вспоминала, как вернулась домой с медалями, а мать сказала: спрячь, не показывай. Другая, как на работе узнали, что она была на фронте, и стали смотреть иначе. Не с уважением, а с подозрением.
История фронтовичек это не только про войну и не только про прошлое. Это про механизм, который работает и сегодня: общество готово принять женщину в «неженской» роли ровно до тех пор, пока она там нужна. А потом ожидает, что она вернётся обратно. И если не возвращается, находит способ дать ей это почувствовать.
Во время войны женщинам разрешили быть героями.
После Победы от них потребовали занять свое место.
Исакова Амелия
#НемолчиУз #невидимыеженщины
👍27❤9😢7🔥6🤔2👎1
Когда Марина Раскова в 1941 году добилась создания женских авиационных полков, военное руководство отнеслось к этой идее без особого энтузиазма. Женщины за штурвалом боевого самолета казались многим чем-то непривычным.
588-й ночной бомбардировочный авиационный полк был полностью женским. В нем служили летчицы, штурманки и техникини. Большинству девушек было от 17 до 22 лет, а некоторые попали на фронт прямо со студенческой скамьи.
Воевали они на самолетах По-2 — легких деревянных бипланах, которые изначально создавались как учебные. У самолетов не было брони, мощного вооружения или радаров. Кабина оставалась открытой, а корпус был сделан из фанеры и полотна. Немецкие пилоты насмешливо называли их «рус-фанер» и долго недооценивали.
Даже форма и обувь часто выдавались летчицам мужских размеров. На некоторые вылеты не хватало парашютов.
Полк специализировался на ночных бомбардировках. За одну ночь девушки могли совершать по десять или пятнадцать вылетов. Их главным преимуществом были темнота и внезапность.
Перед атакой летчицы выключали двигатель и тихо снижались к цели. С земли был слышен только тихий свист воздуха и шелест крыльев. Немецкие солдаты сравнивали этот звук с шумом метлы. Так появилось название Nachthexen — «Ночные ведьмы».
Немецкое командование настолько опасалось этих налетов, что обещало особую награду «Железный крест» любому пилоту, которому удастся сбить самолет полка. Однако сделать это было сложно. По-2 летели настолько медленно, что немецкие истребители нередко просто проскакивали мимо.
За годы войны полк совершил более 23 тысяч боевых вылетов. 23 летчицы получили звание Героинь Советского Союза.
Евдокия Бершанская командовала полком до конца войны. Наталья Меклин совершила около 980 боевых вылетов. Надежда Попова не раз возвращалась после подбитых вылетов и продолжала летать.
Однако даже такие результаты не изменили отношение к женщинам на фронте полностью. Сначала им приходилось доказывать право оказаться в кабине самолета, а уже потом — право считаться полноценными участницами войны.
После Победы память о женщинах-фронтовичках долго оставалась в тени. В книгах, фильмах и официальных историях война в основном рассказывалась как мужская. Хотя в реальности сотни тысяч женщин были не только в тылу, но и на передовой, в воздухе и под огнем.
Исакова Амелия
#НемолчиУз #невидимыеженщины
588-й ночной бомбардировочный авиационный полк был полностью женским. В нем служили летчицы, штурманки и техникини. Большинству девушек было от 17 до 22 лет, а некоторые попали на фронт прямо со студенческой скамьи.
Воевали они на самолетах По-2 — легких деревянных бипланах, которые изначально создавались как учебные. У самолетов не было брони, мощного вооружения или радаров. Кабина оставалась открытой, а корпус был сделан из фанеры и полотна. Немецкие пилоты насмешливо называли их «рус-фанер» и долго недооценивали.
Даже форма и обувь часто выдавались летчицам мужских размеров. На некоторые вылеты не хватало парашютов.
Полк специализировался на ночных бомбардировках. За одну ночь девушки могли совершать по десять или пятнадцать вылетов. Их главным преимуществом были темнота и внезапность.
Перед атакой летчицы выключали двигатель и тихо снижались к цели. С земли был слышен только тихий свист воздуха и шелест крыльев. Немецкие солдаты сравнивали этот звук с шумом метлы. Так появилось название Nachthexen — «Ночные ведьмы».
Немецкое командование настолько опасалось этих налетов, что обещало особую награду «Железный крест» любому пилоту, которому удастся сбить самолет полка. Однако сделать это было сложно. По-2 летели настолько медленно, что немецкие истребители нередко просто проскакивали мимо.
За годы войны полк совершил более 23 тысяч боевых вылетов. 23 летчицы получили звание Героинь Советского Союза.
Евдокия Бершанская командовала полком до конца войны. Наталья Меклин совершила около 980 боевых вылетов. Надежда Попова не раз возвращалась после подбитых вылетов и продолжала летать.
Однако даже такие результаты не изменили отношение к женщинам на фронте полностью. Сначала им приходилось доказывать право оказаться в кабине самолета, а уже потом — право считаться полноценными участницами войны.
После Победы память о женщинах-фронтовичках долго оставалась в тени. В книгах, фильмах и официальных историях война в основном рассказывалась как мужская. Хотя в реальности сотни тысяч женщин были не только в тылу, но и на передовой, в воздухе и под огнем.
Исакова Амелия
#НемолчиУз #невидимыеженщины
❤38🔥5👍3😢2
В рамках программы «Истории о Защитницах Родины» мы бы хотели рассказать историю, которой с нами поделились родственники Тимрот Сусанны Николаевны.
Сусанна Николаевна родилась 7 июня 1923 года в Украине, в городе Николаевске. Имела незаконченное высшее образование — закончить учебу и получить юридическое образование не позволила война.
В начале войны Сусанна Николаевна служила в КГБ, после чего попала в Брянские леса, в партизанский отряд под командованием Яуденко, для создания агентурной сети.
Тимрот Сусанна работала переводчицей у немцев, добывала важные сведения. Она была переводчицей до того момента, пока не подорвалась на мине — после контузии потеряла зрение.
К концу войны Сусанна Николаевна была раскрыта фашистами и бежала от них. По её следу был отправлен фашистский отряд с собаками. Спастись удалось, переплыв реку. Она была ранена, контужена и потеряла 70% зрения.
После войны в городе Одессе, в клинике Филатова, ей была проведена операция на глаза, благодаря которой удалось вернуть 20% зрения.
С таким зрением она по семейным обстоятельствам приехала в Узбекистан, в Хатырчинский район Самаркандской области, где прожила бурную жизнь. Была партийной и являлась членом бюро райкома партии Хатырчинского района. Работала в вечерней школе для молодежи.
Без её участия не строились и не открывались дошкольные учреждения в районе. Первым садом стал детский сад «Алёна», где она сначала работала, а впоследствии стала заведующей и занималась строительством групп. Затем в районе открылись детские сады №2, №3 и №5.
Свою педагогическую деятельность она завершила заведующей детского сада №5, однако даже после выхода на пенсию продолжала работать ещё три года.
Была расекречена имела консперированную фамилию и имя.
25 ноября 1991 года Сусанны Николаевны не стало.
Милена
#НеМолчиУз #ЖенщиныВИстории
Сусанна Николаевна родилась 7 июня 1923 года в Украине, в городе Николаевске. Имела незаконченное высшее образование — закончить учебу и получить юридическое образование не позволила война.
В начале войны Сусанна Николаевна служила в КГБ, после чего попала в Брянские леса, в партизанский отряд под командованием Яуденко, для создания агентурной сети.
Тимрот Сусанна работала переводчицей у немцев, добывала важные сведения. Она была переводчицей до того момента, пока не подорвалась на мине — после контузии потеряла зрение.
К концу войны Сусанна Николаевна была раскрыта фашистами и бежала от них. По её следу был отправлен фашистский отряд с собаками. Спастись удалось, переплыв реку. Она была ранена, контужена и потеряла 70% зрения.
После войны в городе Одессе, в клинике Филатова, ей была проведена операция на глаза, благодаря которой удалось вернуть 20% зрения.
С таким зрением она по семейным обстоятельствам приехала в Узбекистан, в Хатырчинский район Самаркандской области, где прожила бурную жизнь. Была партийной и являлась членом бюро райкома партии Хатырчинского района. Работала в вечерней школе для молодежи.
Без её участия не строились и не открывались дошкольные учреждения в районе. Первым садом стал детский сад «Алёна», где она сначала работала, а впоследствии стала заведующей и занималась строительством групп. Затем в районе открылись детские сады №2, №3 и №5.
Свою педагогическую деятельность она завершила заведующей детского сада №5, однако даже после выхода на пенсию продолжала работать ещё три года.
Была расекречена имела консперированную фамилию и имя.
25 ноября 1991 года Сусанны Николаевны не стало.
Милена
#НеМолчиУз #ЖенщиныВИстории
❤35🔥10
Гулшода Саиткулова станет первой женщиной-арбитркой матча Кубка Узбекистана
10 мая в Самарканде пройдёт матч Кубка Узбекистана между «Динамо» и «Газалкентом». Главной арбитркой встречи назначена Гулшода Саиткулова.
Это первый случай в истории турнира, когда матч Кубка Узбекистана будет судить женщина. Ранее Саиткулова также получила назначение на матчи квалификации чемпионата мира по футболу среди женщин 2027 года в зоне Океании.
Этот шаг важное событие для узбекского футбола и ещё одно подтверждение того, что женщины всё заметнее становятся частью профессионального спортивного судейства.
Источник: https://stv.uz/ru/news/31727
https://uznews.uz/ru/news/107561
#НеМолчиУз #ЖенщиныСпорте
#ЖенщиныФутболе
10 мая в Самарканде пройдёт матч Кубка Узбекистана между «Динамо» и «Газалкентом». Главной арбитркой встречи назначена Гулшода Саиткулова.
Это первый случай в истории турнира, когда матч Кубка Узбекистана будет судить женщина. Ранее Саиткулова также получила назначение на матчи квалификации чемпионата мира по футболу среди женщин 2027 года в зоне Океании.
Этот шаг важное событие для узбекского футбола и ещё одно подтверждение того, что женщины всё заметнее становятся частью профессионального спортивного судейства.
Источник: https://stv.uz/ru/news/31727
https://uznews.uz/ru/news/107561
#НеМолчиУз #ЖенщиныСпорте
#ЖенщиныФутболе
🔥35❤10
Когда мне не было и 16 лет, я познакомилась с мужчиной, которому было 25. Я не хотела с ним общаться, но он преследовал меня, перекрывал дорогу, оказывал давление и говорил, что я не буду принадлежать никому, кроме него. Со временем из-за своей наивности и возраста я влюбилась. Это были мои первые отношения.
⠀
Он ухаживал за мной, дарил подарки, но я не задумывалась откуда у него деньги, потому что он нигде не работал. Однажды он обманом заманил меня к себе домой, сказав что болен и ему нужна помощь. Когда я зашла, дома никого не было. Там он применил ко мне силу и изнасиловал меня. Плакала и не понимала что происходит.
Я рассказала об этом маме. Он пришёл к нам домой и сказал что женится на мне. В тот же вечер меня отправили жить к нему. Мы заключили религиозный брак. Позже его забрали в милицию, стало известно что он живёт с несовершеннолетней. Но я тогда из страха и непонимания сказала, что я сама по своему желанию, и дело закрыли.
⠀
После этого начался ад. Он начал пить употреблять запрещённые вещества, продавать мои вещи без моего разрешения. Побои были регулярными во время беременности и после родов. Через несколько дней после выписки, он избил меня, обвиняя, что ребёнок не от него.
Я боялась и молчала думала что сама виновата.
⠀
Через месяц после родов я ушла, потому что поняла, что иначе он меня убьёт или покалечит. Я хочу связаться с юристом и посоветоваться, могу ли я возобновить это дело?
⠀
===
От редакции: пожалуйста, свяжитесь с нашими юристками через бот бесплатной юридической помощи @Nemolchilaw_bot
⠀
========================
Из писем в NeMolchi.uz. Вы можете отправить свою историю анонимно: https://goo.gl/forms/3nVmQXAFLb5dq5B92
⠀
#НеМолчиУз
⠀
Он ухаживал за мной, дарил подарки, но я не задумывалась откуда у него деньги, потому что он нигде не работал. Однажды он обманом заманил меня к себе домой, сказав что болен и ему нужна помощь. Когда я зашла, дома никого не было. Там он применил ко мне силу и изнасиловал меня. Плакала и не понимала что происходит.
Я рассказала об этом маме. Он пришёл к нам домой и сказал что женится на мне. В тот же вечер меня отправили жить к нему. Мы заключили религиозный брак. Позже его забрали в милицию, стало известно что он живёт с несовершеннолетней. Но я тогда из страха и непонимания сказала, что я сама по своему желанию, и дело закрыли.
⠀
После этого начался ад. Он начал пить употреблять запрещённые вещества, продавать мои вещи без моего разрешения. Побои были регулярными во время беременности и после родов. Через несколько дней после выписки, он избил меня, обвиняя, что ребёнок не от него.
Я боялась и молчала думала что сама виновата.
⠀
Через месяц после родов я ушла, потому что поняла, что иначе он меня убьёт или покалечит. Я хочу связаться с юристом и посоветоваться, могу ли я возобновить это дело?
⠀
===
От редакции: пожалуйста, свяжитесь с нашими юристками через бот бесплатной юридической помощи @Nemolchilaw_bot
⠀
========================
Из писем в NeMolchi.uz. Вы можете отправить свою историю анонимно: https://goo.gl/forms/3nVmQXAFLb5dq5B92
⠀
#НеМолчиУз
😢40🤔1
Forwarded from Gazeta.uz - Новости Узбекистана
В Узбекистане сексуальная эксплуатация детей не выделена в отдельный состав преступления, несмотря на международные обязательства страны.
Правозащитница, основательница проекта Nemolchi.Uz Ирина Матвиенко в статье для «Газеты» пишет о том, как этот правовой пробел делает такие преступления против детей «невидимыми» и позволяет виновным уйти от наказания.
https://www.gazeta.uz/ru/2026/05/11/sexual-expluatation/
Telegram | Instagram | YouTube
Правозащитница, основательница проекта Nemolchi.Uz Ирина Матвиенко в статье для «Газеты» пишет о том, как этот правовой пробел делает такие преступления против детей «невидимыми» и позволяет виновным уйти от наказания.
https://www.gazeta.uz/ru/2026/05/11/sexual-expluatation/
Telegram | Instagram | YouTube
👍29😢8❤5🤬5🔥4🤔1
В Наманганской области 28-летний мужчина убил свою 18-летнюю «невесту» — ученицу 11 класса. По данным следствия, поводом стало выбранное девушкой платье на выпускной.
Мужчина несколько раз ударил девушку ножом в область груди и живота. Она скончалась в больнице. Возбуждено уголовное дело об умышленном убийстве, подозреваемый задержан.
Не «ревность», а насилие.
И снова подобные случаи описываются как «конфликт на почве ревности». Но проблема не в ревности и не в бытовой «ссоре».
Когда мужчина убивает девушку из-за её внешнего вида, одежды или поведения — речь идёт о контроле, насилии и убеждённости в собственном праве решать, как женщина должна выглядеть и что ей можно делать. Это и есть гендерно обусловленное насилие.
Контроль женской телесности — рассказы как себя вести и что надевать — всё ещё часто воспринимается обществом как проявление заботы, любви или страсти, хотя на практике именно такие установки становятся почвой для насилия.
По сути, мы говорим о фемициде — убийстве женщины в контексте гендерного неравенства и представлений о том, что женщина обязана соответствовать чужим ожиданиям и ограничениям.
Почему важен язык СМИ?
Формулировки вроде «ревности» и «конфликта» стирают саму природу гендерного насилия и превращают убийство в очередную «семейную драму». СМИ и публичные авторы должны подходить к освещению таких случаев гораздо осторожнее и ответственнее. На это сразу обратила внимание уполномоченная по правам ребенка.
Отдельного внимания требует и аспект ранних браков и отношений между совсем молодыми девушками и значительно более взрослыми мужчинами. Подробнее об этом писала основательница нашего проекта Ирина Матвиенко.
Пока общество продолжает воспринимать контроль и собственничество как проявление любви, а убийства женщин как ревность и конфликт, такие истории будут повторяться снова и снова. И именно поэтому важно называть вещи своими именами.
Нигина Худайбергенова
#НеМолчиУз
Мужчина несколько раз ударил девушку ножом в область груди и живота. Она скончалась в больнице. Возбуждено уголовное дело об умышленном убийстве, подозреваемый задержан.
Не «ревность», а насилие.
И снова подобные случаи описываются как «конфликт на почве ревности». Но проблема не в ревности и не в бытовой «ссоре».
Когда мужчина убивает девушку из-за её внешнего вида, одежды или поведения — речь идёт о контроле, насилии и убеждённости в собственном праве решать, как женщина должна выглядеть и что ей можно делать. Это и есть гендерно обусловленное насилие.
Контроль женской телесности — рассказы как себя вести и что надевать — всё ещё часто воспринимается обществом как проявление заботы, любви или страсти, хотя на практике именно такие установки становятся почвой для насилия.
По сути, мы говорим о фемициде — убийстве женщины в контексте гендерного неравенства и представлений о том, что женщина обязана соответствовать чужим ожиданиям и ограничениям.
Почему важен язык СМИ?
Формулировки вроде «ревности» и «конфликта» стирают саму природу гендерного насилия и превращают убийство в очередную «семейную драму». СМИ и публичные авторы должны подходить к освещению таких случаев гораздо осторожнее и ответственнее. На это сразу обратила внимание уполномоченная по правам ребенка.
Отдельного внимания требует и аспект ранних браков и отношений между совсем молодыми девушками и значительно более взрослыми мужчинами. Подробнее об этом писала основательница нашего проекта Ирина Матвиенко.
Пока общество продолжает воспринимать контроль и собственничество как проявление любви, а убийства женщин как ревность и конфликт, такие истории будут повторяться снова и снова. И именно поэтому важно называть вещи своими именами.
Нигина Худайбергенова
#НеМолчиУз
1😢44❤10🤬6👍3🔥3🤯2
Представьте, что вы находитесь в горах, вдали от людей, рядом с человеком, которому доверяете. И вдруг он просто уходит и оставляет вас одну в опасном месте. Именно это сегодня описывают термином «альпийский развод».
Источник выражения — рассказ Роберт Барр An Alpine Divorce, опубликованный в 1893 году. В нем супруг приводит жену к обрыву в Альпах с намерением избавиться от нее. История была сатирой на викторианские законы о браке, при которых развод был практически невозможен.
Долгое время выражение оставалось малоизвестным, пока в 2026 году не стало вирусным в соцсетях.
В феврале 2026 года пользовательница TikTok опубликовала видео после похода в горы. Она рассказала, что партнер ушел вперед и оставил ее одну на маршруте. Видео набрало миллионы просмотров, а в комментариях женщины начали делиться похожими историями.
Особое внимание к теме привлекло уголовное дело в Австрии.
В январе 2025 года 37-летний альпинист Томас Пламбергер и его девушка Керстин Гуртнер отправились на восхождение на Гросглокнер — самую высокую вершину Австрии. Суд установил, что мужчина оставил партнершу одну в состоянии переохлаждения и дезориентации, не вызвал вовремя помощь и проигнорировал звонки спасателей. Женщина погибла от переохлаждения. Мужчину приговорили к штрафу в 9600 евро и пяти месяцам условного срока.
Позже бывшая партнерша Пламбергера рассказала в суде, что несколькими годами ранее он уже оставлял ее одну на той же горе — ночью, без фонарика и в плохом физическом состоянии. Тогда ей удалось выжить.
«Альпийский развод» — обобщающий термин. Речь идет не только о горах, но и о ситуациях, когда человека намеренно оставляют в опасности.
Например, в 2025 году во Флориде мужчина во время рыбалки избил жену и уплыл на лодке, оставив ее в океане вдали от берега. Женщине удалось выжить.
В другом случае на Гавайях врач-анестезиолог попытался столкнуть жену со скалы во время прогулки у океана. Ее спасли случайные туристы.
Еще один известный случай связан с гибелью женщины на яхте. В 2018 году мужчина признался в непреднамеренном убийстве жены во время медового месяца. По версии следствия, он намеренно затопил судно, не пытался сразу найти супругу и не поднял тревогу вовремя. Следователи пришли к выводу, что мотивом могли быть деньги и имущество жены.
По мнению психологов, намеренное оставление партнера в опасной ситуации может быть формой принудительного контроля и насилия. Особенно это проявляется в условиях, где один человек полностью зависит от другого — например, в горах, в море или вдали от людей.
Эксперты отмечают, что активный отдых нередко создает иерархию, где один человек определяет маршрут, темп и уровень риска. Отказ учитывать состояние партнера или сознательное оставление его в опасности может быть способом демонстрации власти и контроля.
Подготовила Альбина Курмычкина
#НемолчиУз
Источник выражения — рассказ Роберт Барр An Alpine Divorce, опубликованный в 1893 году. В нем супруг приводит жену к обрыву в Альпах с намерением избавиться от нее. История была сатирой на викторианские законы о браке, при которых развод был практически невозможен.
Долгое время выражение оставалось малоизвестным, пока в 2026 году не стало вирусным в соцсетях.
В феврале 2026 года пользовательница TikTok опубликовала видео после похода в горы. Она рассказала, что партнер ушел вперед и оставил ее одну на маршруте. Видео набрало миллионы просмотров, а в комментариях женщины начали делиться похожими историями.
Особое внимание к теме привлекло уголовное дело в Австрии.
В январе 2025 года 37-летний альпинист Томас Пламбергер и его девушка Керстин Гуртнер отправились на восхождение на Гросглокнер — самую высокую вершину Австрии. Суд установил, что мужчина оставил партнершу одну в состоянии переохлаждения и дезориентации, не вызвал вовремя помощь и проигнорировал звонки спасателей. Женщина погибла от переохлаждения. Мужчину приговорили к штрафу в 9600 евро и пяти месяцам условного срока.
Позже бывшая партнерша Пламбергера рассказала в суде, что несколькими годами ранее он уже оставлял ее одну на той же горе — ночью, без фонарика и в плохом физическом состоянии. Тогда ей удалось выжить.
«Альпийский развод» — обобщающий термин. Речь идет не только о горах, но и о ситуациях, когда человека намеренно оставляют в опасности.
Например, в 2025 году во Флориде мужчина во время рыбалки избил жену и уплыл на лодке, оставив ее в океане вдали от берега. Женщине удалось выжить.
В другом случае на Гавайях врач-анестезиолог попытался столкнуть жену со скалы во время прогулки у океана. Ее спасли случайные туристы.
Еще один известный случай связан с гибелью женщины на яхте. В 2018 году мужчина признался в непреднамеренном убийстве жены во время медового месяца. По версии следствия, он намеренно затопил судно, не пытался сразу найти супругу и не поднял тревогу вовремя. Следователи пришли к выводу, что мотивом могли быть деньги и имущество жены.
По мнению психологов, намеренное оставление партнера в опасной ситуации может быть формой принудительного контроля и насилия. Особенно это проявляется в условиях, где один человек полностью зависит от другого — например, в горах, в море или вдали от людей.
Эксперты отмечают, что активный отдых нередко создает иерархию, где один человек определяет маршрут, темп и уровень риска. Отказ учитывать состояние партнера или сознательное оставление его в опасности может быть способом демонстрации власти и контроля.
Подготовила Альбина Курмычкина
#НемолчиУз
🤬21😢5❤4🔥1
Каждая третья женщина регулярно сталкивается с тем, что ее компетентность ставят под сомнение без очевидных причин. По данным Lean In и McKinsey, женщины в два раза чаще мужчин слышат, что им нужно «доказать свою компетентность». Их также чаще перебивают, игнорируют на встречах и реже признают авторство идей.
Сексизм на работе редко выглядит как открытая дискриминация. Чаще он проявляется в мелочах, каждая из которых по отдельности кажется незначительной. Это может быть комментарий, замаскированный под шутку, или вопрос, который мужчине в аналогичной ситуации вряд ли бы задали.
Например, предложенную тобой идею не замечают, но спустя несколько минут ту же мысль повторяет коллега — и она вдруг получает одобрение. На встречах тебя перебивают или задают вопросы о том, что уже было сказано. Проект, для которого у тебя достаточно опыта, передают другому сотруднику. На собеседовании спрашивают о детях или планах на семью.
Есть и двойные стандарты в оценке поведения. Если женщина настаивает на своей позиции, это могут назвать агрессией. Если ведет себя мягче — недостатком уверенности.
Существуют и менее заметные формы нагрузки. Организационные задачи вроде ведения заметок, напоминаний о дедлайнах или помощи новым сотрудникам часто автоматически переходят к женщинам, даже если это не входит в их обязанности. При этом такая работа обычно не учитывается при оценке результатов.
Отдельную роль играет юмор. Сексистские шутки остаются распространенными именно потому, что позволяют озвучивать дискриминационные установки в «приемлемой» форме.
Каждый отдельный эпизод можно объяснить случайностью. Но в совокупности такие ситуации формируют среду, в которой женщине приходится постоянно подтверждать свою компетентность.
Игнорирование помогает не всегда, но и открытый конфликт возможен не в каждой ситуации.
Если идею присваивают, важно спокойно вернуть авторство. Например: «Рада, что эту мысль поддержали, я как раз говорила об этом ранее».
Если перебивают, можно обозначить границу простой фразой: «Я еще не закончила»
Когда ставят под сомнение опыт, полезно опираться на факты, а не оправдываться: «Я работаю с такими проектами уже два года».
Личные вопросы на собеседовании можно возвращать в профессиональную плоскость: «Предлагаю обсудить задачи, связанные с этой позицией».
Если разговор о повышении остается неопределенным, стоит уточнять критерии напрямую: «Что именно необходимо для следующего шага?»
Один из самых сложных аспектов рабочего сексизма — реакция окружающих. Когда коллеги смеются над сексистской шуткой или предпочитают промолчать, это воспринимается как одобрение происходящего.
В психологии это называют эффектом социального доказательства. Люди ориентируются на реакцию окружающих, чтобы понять, какое поведение считается нормой. Именно поэтому токсичная культура может сохраняться так долго.
Сексизм на работе редко выглядит как ситуация, за которую можно сразу привлечь к ответственности. Но именно из таких «мелочей» — шуток, игнорирования, незамеченных идей и отсутствия карьерного роста постепенно складывается система, влияющая на то, чья карьера развивается, а чья остается на месте.
Исакова Амелия
#НемолчиУз #ликбез
Сексизм на работе редко выглядит как открытая дискриминация. Чаще он проявляется в мелочах, каждая из которых по отдельности кажется незначительной. Это может быть комментарий, замаскированный под шутку, или вопрос, который мужчине в аналогичной ситуации вряд ли бы задали.
Например, предложенную тобой идею не замечают, но спустя несколько минут ту же мысль повторяет коллега — и она вдруг получает одобрение. На встречах тебя перебивают или задают вопросы о том, что уже было сказано. Проект, для которого у тебя достаточно опыта, передают другому сотруднику. На собеседовании спрашивают о детях или планах на семью.
Есть и двойные стандарты в оценке поведения. Если женщина настаивает на своей позиции, это могут назвать агрессией. Если ведет себя мягче — недостатком уверенности.
Существуют и менее заметные формы нагрузки. Организационные задачи вроде ведения заметок, напоминаний о дедлайнах или помощи новым сотрудникам часто автоматически переходят к женщинам, даже если это не входит в их обязанности. При этом такая работа обычно не учитывается при оценке результатов.
Отдельную роль играет юмор. Сексистские шутки остаются распространенными именно потому, что позволяют озвучивать дискриминационные установки в «приемлемой» форме.
Каждый отдельный эпизод можно объяснить случайностью. Но в совокупности такие ситуации формируют среду, в которой женщине приходится постоянно подтверждать свою компетентность.
Игнорирование помогает не всегда, но и открытый конфликт возможен не в каждой ситуации.
Если идею присваивают, важно спокойно вернуть авторство. Например: «Рада, что эту мысль поддержали, я как раз говорила об этом ранее».
Если перебивают, можно обозначить границу простой фразой: «Я еще не закончила»
Когда ставят под сомнение опыт, полезно опираться на факты, а не оправдываться: «Я работаю с такими проектами уже два года».
Личные вопросы на собеседовании можно возвращать в профессиональную плоскость: «Предлагаю обсудить задачи, связанные с этой позицией».
Если разговор о повышении остается неопределенным, стоит уточнять критерии напрямую: «Что именно необходимо для следующего шага?»
Один из самых сложных аспектов рабочего сексизма — реакция окружающих. Когда коллеги смеются над сексистской шуткой или предпочитают промолчать, это воспринимается как одобрение происходящего.
В психологии это называют эффектом социального доказательства. Люди ориентируются на реакцию окружающих, чтобы понять, какое поведение считается нормой. Именно поэтому токсичная культура может сохраняться так долго.
Сексизм на работе редко выглядит как ситуация, за которую можно сразу привлечь к ответственности. Но именно из таких «мелочей» — шуток, игнорирования, незамеченных идей и отсутствия карьерного роста постепенно складывается система, влияющая на то, чья карьера развивается, а чья остается на месте.
Исакова Амелия
#НемолчиУз #ликбез
❤18🔥3👍1🤔1
Сегодня день рождения у нашей дорогой волонтёрки, человека, без которого юридическое направление проекта Nemolchi.uz уже невозможно представить.
Мадина, спасибо тебе за твою внимательность, принципиальность, силу и огромное сердце. За то, как бережно и ответственно ты подходишь к каждой истории, как поддерживаешь пострадавших и как умеешь оставаться человечной даже в самых тяжёлых темах. Ты - тот человек, рядом с которым спокойнее, надёжнее и теплее.
Желаем тебе в новом году жизни больше света, радостных событий, внутренних сил и вдохновения. Пусть работа приносит не только результаты, но и ощущение смысла, а рядом всегда будут люди, которые ценят, поддерживают и любят тебя так же искренне, как любим тебя мы.
Пусть сбывается важное. Пусть будет место отдыху, счастью, новым мечтам и большим победа: личным и профессиональным.
твоя команда Nemolchi.uz
#НемолчиУз
Мадина, спасибо тебе за твою внимательность, принципиальность, силу и огромное сердце. За то, как бережно и ответственно ты подходишь к каждой истории, как поддерживаешь пострадавших и как умеешь оставаться человечной даже в самых тяжёлых темах. Ты - тот человек, рядом с которым спокойнее, надёжнее и теплее.
Желаем тебе в новом году жизни больше света, радостных событий, внутренних сил и вдохновения. Пусть работа приносит не только результаты, но и ощущение смысла, а рядом всегда будут люди, которые ценят, поддерживают и любят тебя так же искренне, как любим тебя мы.
Пусть сбывается важное. Пусть будет место отдыху, счастью, новым мечтам и большим победа: личным и профессиональным.
твоя команда Nemolchi.uz
#НемолчиУз
1❤39🔥14👍10
«Я прикасался ко всему, до чего мог дотянуться, и не думал, что это такая уж большая проблема», — заявил мужчина в полицейском участке после задержания за сексуализированное насилие в самолете.
Инцидент произошел на борту рейса Цюрих — Майами. Рядом в бизнес-классе сидели 29-летняя пассажирка и 48-летний гражданин Франции Гийом Себастьен Роже Маттлер.
По словам очевидцев, после взлета женщина уснула, отвернувшись к окну. Спустя некоторое время один из пассажиров заметил, как Маттлер прикасается к ней в области промежности, делая вид, будто его рука случайно соскальзывает с подлокотника. Когда женщина не проснулась, мужчина повторил действия и попытался засунуть руку ей под одежду.
Пассажиры сообщили о происходящем экипажу. Бортпроводники пересадили мужчину в эконом-класс. Возвращаясь за вещами, он попытался передать женщине записку с номером своего места и фразой: «Ты выглядишь такой красивой, когда спишь».
После посадки в Майами мужчину задержали. Во время разговора с полицией он утверждал, что «не видел проблемы» в своих действиях. Позже его поместили под стражу по обвинению в сексуализированном насилии.
Журналисты отмечают, что количество случаев домогательств на борту самолетов продолжает расти. Подобные инциденты происходили и в Узбекистане.
Например, в октябре 2025 года во время рейса Ташкент — Дубай мужчина приставал к пассажирке и получил пять суток ареста. В августе того же года на рейсе в Самарканд другой пассажир совершил акт самоудовлетворения в салоне самолета. По словам пострадавшей, бортпроводники отказались составлять акт и давать показания, а самой женщине предложили извиниться перед мужчиной.
Еще один случай произошел в июле. Мужчина в состоянии алкогольного опьянения приставал к пассажирке на рейсе Москва — Ташкент и получил трое суток ареста. Аналогичное наказание назначили пассажиру, схватившему стюардессу за грудь.
Подготовила Фарида Алиева
#НеМолчиУз
Инцидент произошел на борту рейса Цюрих — Майами. Рядом в бизнес-классе сидели 29-летняя пассажирка и 48-летний гражданин Франции Гийом Себастьен Роже Маттлер.
По словам очевидцев, после взлета женщина уснула, отвернувшись к окну. Спустя некоторое время один из пассажиров заметил, как Маттлер прикасается к ней в области промежности, делая вид, будто его рука случайно соскальзывает с подлокотника. Когда женщина не проснулась, мужчина повторил действия и попытался засунуть руку ей под одежду.
Пассажиры сообщили о происходящем экипажу. Бортпроводники пересадили мужчину в эконом-класс. Возвращаясь за вещами, он попытался передать женщине записку с номером своего места и фразой: «Ты выглядишь такой красивой, когда спишь».
После посадки в Майами мужчину задержали. Во время разговора с полицией он утверждал, что «не видел проблемы» в своих действиях. Позже его поместили под стражу по обвинению в сексуализированном насилии.
Журналисты отмечают, что количество случаев домогательств на борту самолетов продолжает расти. Подобные инциденты происходили и в Узбекистане.
Например, в октябре 2025 года во время рейса Ташкент — Дубай мужчина приставал к пассажирке и получил пять суток ареста. В августе того же года на рейсе в Самарканд другой пассажир совершил акт самоудовлетворения в салоне самолета. По словам пострадавшей, бортпроводники отказались составлять акт и давать показания, а самой женщине предложили извиниться перед мужчиной.
Еще один случай произошел в июле. Мужчина в состоянии алкогольного опьянения приставал к пассажирке на рейсе Москва — Ташкент и получил трое суток ареста. Аналогичное наказание назначили пассажиру, схватившему стюардессу за грудь.
Подготовила Фарида Алиева
#НеМолчиУз
🤬57❤6🤯3
Важная информация для подписчиц проекта «НеМолчи.уз», планирующих поступление в ВУЗ!
С 1 мая по 1 июня открыт приём заявок на получение рекомендательных писем для женщин, желающих поступить в высшие учебные заведения на льготной основе. Такая возможность предусмотрена постановлением Кабинета Министров №322 от 09.06.2022 г.
Подать заявку могут женщины, которые:
✅ имеют среднее специальное или профессиональное образование;
✅ ранее не получали высшее образование;
✅ имеют не менее 5 лет официального стажа работы по своей специальности. Стаж подтверждается выпиской с платформы my.mehnat.uz.
Для подачи документов также понадобится:
➡️ копия паспорта с пропиской. Eсли у вас ID-карта — необходимо заранее получить справку о прописке в районном ЦГУ или у инспектора паспортной системы.
Для получения рекомендательного письма необходимо обратиться в отдел по делам семьи и женщин по месту постоянной прописки или временной регистрации. Обычно такие отделы находятся при районных хокимиятах.
Рекомендуем не откладывать подачу документов — количество квот ограничено.
📍Обучение осуществляется на платно-контрактной основе.
#образование #НеМолчиУз
С 1 мая по 1 июня открыт приём заявок на получение рекомендательных писем для женщин, желающих поступить в высшие учебные заведения на льготной основе. Такая возможность предусмотрена постановлением Кабинета Министров №322 от 09.06.2022 г.
Подать заявку могут женщины, которые:
✅ имеют среднее специальное или профессиональное образование;
✅ ранее не получали высшее образование;
✅ имеют не менее 5 лет официального стажа работы по своей специальности. Стаж подтверждается выпиской с платформы my.mehnat.uz.
Для подачи документов также понадобится:
➡️ копия паспорта с пропиской. Eсли у вас ID-карта — необходимо заранее получить справку о прописке в районном ЦГУ или у инспектора паспортной системы.
Для получения рекомендательного письма необходимо обратиться в отдел по делам семьи и женщин по месту постоянной прописки или временной регистрации. Обычно такие отделы находятся при районных хокимиятах.
Рекомендуем не откладывать подачу документов — количество квот ограничено.
📍Обучение осуществляется на платно-контрактной основе.
#образование #НеМолчиУз
❤6🔥5👍3🤔1
Многие женщины слышали подобные вопросы на собеседованиях. Иногда прямо, иногда в более мягкой форме: «Вы замужем?», «Есть дети?», «А кто будет сидеть с ребенком?»
Когда работодатель задает такой вопрос, он не просто интересуется вашей жизнью. Он оценивает риски — больничные, возможный декрет, перерывы в карьере, «отвлеченность» от работы. И почти всегда этот список автоматически связывают именно с женщинами.
В США вопросы о семейном положении, беременности и планах на детей могут рассматриваться как нарушение законодательства (Title VII of the Civil Rights Act) о запрете дискриминации по полу. В странах Европейского союза личные обстоятельства, не связанные с работой, не должны влиять на решения о найме. Аналогичные нормы действуют и в Великобритании.
В странах СНГ прямого запрета на подобные вопросы обычно нет. Однако трудовое законодательство запрещает отказывать в приеме на работу по причинам, не связанным с профессиональными качествами кандидата.
Даже если вопрос задают дружелюбным тоном, его суть не меняется. Работодатель получает информацию, которая не относится к навыкам, опыту или способности выполнять работу, но может повлиять на решение еще до оценки компетенций.
Кандидатка не обязана отвечать на вопросы, не связанные с работой. Разговор можно спокойно вернуть в профессиональное русло. Например: «Я готова обсудить все, что касается обязанностей и графика работы. Что именно важно для этой позиции?»
Важно помнить, что дискриминация не всегда выглядит как прямой отказ с формулировкой «женщин с детьми не берем». Иногда она начинается именно с вопросов, которые не должны влиять на трудоустройство.
Исакова Амелия
#NemolchiUz #НемолчиУз #феминизмнужен
Когда работодатель задает такой вопрос, он не просто интересуется вашей жизнью. Он оценивает риски — больничные, возможный декрет, перерывы в карьере, «отвлеченность» от работы. И почти всегда этот список автоматически связывают именно с женщинами.
В США вопросы о семейном положении, беременности и планах на детей могут рассматриваться как нарушение законодательства (Title VII of the Civil Rights Act) о запрете дискриминации по полу. В странах Европейского союза личные обстоятельства, не связанные с работой, не должны влиять на решения о найме. Аналогичные нормы действуют и в Великобритании.
В странах СНГ прямого запрета на подобные вопросы обычно нет. Однако трудовое законодательство запрещает отказывать в приеме на работу по причинам, не связанным с профессиональными качествами кандидата.
Даже если вопрос задают дружелюбным тоном, его суть не меняется. Работодатель получает информацию, которая не относится к навыкам, опыту или способности выполнять работу, но может повлиять на решение еще до оценки компетенций.
Кандидатка не обязана отвечать на вопросы, не связанные с работой. Разговор можно спокойно вернуть в профессиональное русло. Например: «Я готова обсудить все, что касается обязанностей и графика работы. Что именно важно для этой позиции?»
Важно помнить, что дискриминация не всегда выглядит как прямой отказ с формулировкой «женщин с детьми не берем». Иногда она начинается именно с вопросов, которые не должны влиять на трудоустройство.
Исакова Амелия
#NemolchiUz #НемолчиУз #феминизмнужен
❤25👍10🤯8
Миллионный канал распространил видео с призывами к покорности женщин
Канал Dunyo.uz с многомиллионной аудиторией опубликовал видео с участием Мирзакарим Норбеков, в котором женщин призывают к безусловной покорности перед мужьями.
В ролике Норбеков, известный как деятель нетрадиционной медицины, призывает женщин быть покорными перед мужьями и сравнивает такое поведение с образом «зайчика». Он также заявляет, что женщина должна оставлять карьерные амбиции «за порогом дома», поскольку «строптивость может разрушить семью».
При этом медицинская квалификация Норбекова официально не подтверждена. Его книги и публичные выступления ранее неоднократно критиковали за сексистские и патриархальные установки.
Подобный контент в узбекоязычном сегменте соцсетей становится все более популярным. Видео о «женской покорности», контроле над женщинами и оправдании насилия регулярно набирают просмотры и распространяются крупными каналами.
Публикация таких роликов формирует представление о том, что подчинение женщины мужчине является нормой, а отказ от собственной позиции и амбиций – условием «правильной» семьи.
При этом распространение контента, унижающего достоинство женщин, может подпадать под статью 189-1 Кодекса об административной ответственности. Однако на практике применение этой нормы остается непоследовательным.
Для Dunyo.uz Норбеков стал удобной фигурой для распространения патриархальных установок. Его образ «гуру» и «наставника» придает сексистским тезисам видимость жизненной мудрости и авторитета.
Подготовила Фарида Алиева
#НемолчиУз
Канал Dunyo.uz с многомиллионной аудиторией опубликовал видео с участием Мирзакарим Норбеков, в котором женщин призывают к безусловной покорности перед мужьями.
В ролике Норбеков, известный как деятель нетрадиционной медицины, призывает женщин быть покорными перед мужьями и сравнивает такое поведение с образом «зайчика». Он также заявляет, что женщина должна оставлять карьерные амбиции «за порогом дома», поскольку «строптивость может разрушить семью».
При этом медицинская квалификация Норбекова официально не подтверждена. Его книги и публичные выступления ранее неоднократно критиковали за сексистские и патриархальные установки.
Подобный контент в узбекоязычном сегменте соцсетей становится все более популярным. Видео о «женской покорности», контроле над женщинами и оправдании насилия регулярно набирают просмотры и распространяются крупными каналами.
Публикация таких роликов формирует представление о том, что подчинение женщины мужчине является нормой, а отказ от собственной позиции и амбиций – условием «правильной» семьи.
При этом распространение контента, унижающего достоинство женщин, может подпадать под статью 189-1 Кодекса об административной ответственности. Однако на практике применение этой нормы остается непоследовательным.
Для Dunyo.uz Норбеков стал удобной фигурой для распространения патриархальных установок. Его образ «гуру» и «наставника» придает сексистским тезисам видимость жизненной мудрости и авторитета.
Подготовила Фарида Алиева
#НемолчиУз
🤬63❤6👎6🤯2😢2
В 2017 году внутренний документ сотрудника Google стал одним из самых громких корпоративных скандалов десятилетия. Он поднял вопрос, который до сих пор остается спорным: где проходит граница между свободой слова и дискриминацией.
Джеймс Дэймор написал внутренний документ под названием «Google’s Ideological Echo Chamber» после того, как компания предложила сотрудникам дать обратную связь по программам разнообразия.
В тексте он утверждал, что гендерный разрыв в IT частично объясняется биологическими различиями между мужчинами и женщинами. По его мнению, женщины в среднем хуже переносят стресс, менее склонны к технической работе и чаще выбирают сферы, связанные с коммуникацией.
Он также критиковал инициативы по разнообразию, называя их «обратной дискриминацией».
Документ предназначался для внутреннего обсуждения, однако после утечки в СМИ вызвал широкую реакцию как внутри компании, так и за ее пределами. Некоторые кандидатки на инженерные позиции заявили, что отказываются от трудоустройства из-за содержания этого текста.
7 августа 2017 года Дэймор был уволен. Генеральный директор Сундар Пичаи сообщил сотрудникам, что компания поддерживает свободу выражения мнений, но не допускает высказываний, которые продвигают вредные гендерные стереотипы на рабочем месте.
В тот же день Дэймор подал жалобу в Национальный совет по трудовым отношениям США, утверждая, что его права были нарушены. Позже он отозвал заявление.
В 2018 году внутренний меморандум ведомства подтвердил, что увольнение было законным. Было указано, что подобные высказывания могут рассматриваться как дискриминационные и создавать враждебную рабочую среду, а значит, не подпадают под защиту закона.
При этом регулятор подчеркнул, что работодатели вправе ограничивать поведение сотрудников, если оно влияет на безопасность и равные условия труда.
Дэймор оформил свою позицию, как аргументированную теорию. Однако в данном случае речь шла не только о выражении мнения, но и о системе убеждений, способной влиять на решения о найме, карьерном росте и рабочую атмосферу.
Исакова Амелия
#NemolchiUz #феминизмнужен
Джеймс Дэймор написал внутренний документ под названием «Google’s Ideological Echo Chamber» после того, как компания предложила сотрудникам дать обратную связь по программам разнообразия.
В тексте он утверждал, что гендерный разрыв в IT частично объясняется биологическими различиями между мужчинами и женщинами. По его мнению, женщины в среднем хуже переносят стресс, менее склонны к технической работе и чаще выбирают сферы, связанные с коммуникацией.
Он также критиковал инициативы по разнообразию, называя их «обратной дискриминацией».
Документ предназначался для внутреннего обсуждения, однако после утечки в СМИ вызвал широкую реакцию как внутри компании, так и за ее пределами. Некоторые кандидатки на инженерные позиции заявили, что отказываются от трудоустройства из-за содержания этого текста.
7 августа 2017 года Дэймор был уволен. Генеральный директор Сундар Пичаи сообщил сотрудникам, что компания поддерживает свободу выражения мнений, но не допускает высказываний, которые продвигают вредные гендерные стереотипы на рабочем месте.
В тот же день Дэймор подал жалобу в Национальный совет по трудовым отношениям США, утверждая, что его права были нарушены. Позже он отозвал заявление.
В 2018 году внутренний меморандум ведомства подтвердил, что увольнение было законным. Было указано, что подобные высказывания могут рассматриваться как дискриминационные и создавать враждебную рабочую среду, а значит, не подпадают под защиту закона.
При этом регулятор подчеркнул, что работодатели вправе ограничивать поведение сотрудников, если оно влияет на безопасность и равные условия труда.
Дэймор оформил свою позицию, как аргументированную теорию. Однако в данном случае речь шла не только о выражении мнения, но и о системе убеждений, способной влиять на решения о найме, карьерном росте и рабочую атмосферу.
Исакова Амелия
#NemolchiUz #феминизмнужен
🤬21🤯9❤4👍1
13 сентября 1968 года на съезде Социалистический союз немецких студентов во Франкфурте-на-Майне произошло событие, которое стало одним из символических начал второй волны феминизма в Германии.
В 1960-е годы активисты союза немецких студентов, среди которых преобладали мужчины, боролись за классовое равенство. При этом внутри самого движения сохранялось гендерное неравенство. Женщины чаще выполняли вспомогательные роли, готовили кофе, печатали листовки, а «женский вопрос» считался второстепенным.
Перед двадцать третьим съездом обсуждалось, стоит ли вообще включать студенток в число делегатов. В итоге лишь немногим удалось попасть на конференцию. Среди них была Хельке Зандер, которой предстояло выступить с речью.
В своем выступлении она говорила о том, что угнетение женщин внутри союза отражает более широкую социальную систему. Она призвала вынести вопросы ухода за детьми и домашнего труда из частной сферы в публичное обсуждение.
Однако после ее речи делегаты сразу перешли к следующему пункту повестки, не начав дискуссию.
Тогда Зигрид Рюгер, присутствовавшая на съезде как слушательница, достала из сумки помидоры и бросила их в сторону президиума. Один из них попал в Ханс-Юрген Краль, одного из лидеров союза.
Позже Рюгер объяснила свой поступок так: «Я бросила помидоры, чтобы побудить девушек говорить о своих проблемах с эмоциональной смелостью и злостью».
Конференция продолжилась, но уже на следующий день инцидент широко обсуждался в прессе. Вскоре после этого в университетских городах начали появляться «советы женщин».
Позже, в 1971 году, вторая волна феминизма получила более широкую общественную поддержку после кампании против запрета абортов.
Бросок Зигрид Рюгер стал символическим моментом, когда частное начало осознаваться как политическое. Этот жест придал уверенности многим женщинам говорить о своих правах открыто.
Подготовила Фарида Алиева
#НеМолчиУз #ликбез
В 1960-е годы активисты союза немецких студентов, среди которых преобладали мужчины, боролись за классовое равенство. При этом внутри самого движения сохранялось гендерное неравенство. Женщины чаще выполняли вспомогательные роли, готовили кофе, печатали листовки, а «женский вопрос» считался второстепенным.
Перед двадцать третьим съездом обсуждалось, стоит ли вообще включать студенток в число делегатов. В итоге лишь немногим удалось попасть на конференцию. Среди них была Хельке Зандер, которой предстояло выступить с речью.
В своем выступлении она говорила о том, что угнетение женщин внутри союза отражает более широкую социальную систему. Она призвала вынести вопросы ухода за детьми и домашнего труда из частной сферы в публичное обсуждение.
Однако после ее речи делегаты сразу перешли к следующему пункту повестки, не начав дискуссию.
Тогда Зигрид Рюгер, присутствовавшая на съезде как слушательница, достала из сумки помидоры и бросила их в сторону президиума. Один из них попал в Ханс-Юрген Краль, одного из лидеров союза.
Позже Рюгер объяснила свой поступок так: «Я бросила помидоры, чтобы побудить девушек говорить о своих проблемах с эмоциональной смелостью и злостью».
Конференция продолжилась, но уже на следующий день инцидент широко обсуждался в прессе. Вскоре после этого в университетских городах начали появляться «советы женщин».
Позже, в 1971 году, вторая волна феминизма получила более широкую общественную поддержку после кампании против запрета абортов.
Бросок Зигрид Рюгер стал символическим моментом, когда частное начало осознаваться как политическое. Этот жест придал уверенности многим женщинам говорить о своих правах открыто.
Подготовила Фарида Алиева
#НеМолчиУз #ликбез
❤30🤯2👍1
В Ташкенте появилось новое культурное пространство — Музей женщины, открытый при локальном проекте Zanmakon. Это не просто выставка, а попытка через личные истории, предметы и разные исторические периоды показать, как менялась роль женщины и как эти изменения отражаются на сегодняшней жизни.
Создательницы музея — Эльнора Ризаева и Наталья Пулатова — изначально стремились не к «красивой экспозиции», а к более глубокой задаче: создать место, где можно опираться на факты, переосмысливать прошлое и критически смотреть на устоявшиеся стереотипы.
Один из таких мифов — представление о том, что узбекские женщины всегда носили паранджу. В музее объясняется, что это упрощение: такая одежда была характерна лишь для отдельных городских слоёв и конкретных периодов, но не являлась универсальной нормой.
Экспозиция построена как последовательное путешествие во времени. Посетители проходят через дореволюционную эпоху, годы Второй мировой войны и позднесоветский период (70–80-е годы), наблюдая, как за одно-два десятилетия кардинально менялся уклад жизни женщин.
Первая часть выставки охватывает примерно 125 лет истории ташкентских женщин. В основе — реальные предметы и семейные реликвии: вещи, принадлежавшие прабабушкам основательниц, их родственникам и знакомым. Бешик, курпачи, дастарханы — все эти элементы помогают воссоздать повседневную жизнь того времени. Над экспозицией размещены чёрные косички — символ, который остаётся узнаваемым и сегодня.
Особенно заметен контраст между традиционным укладом и периодом войны. Женщина, ранее ограниченная домашним пространством, за короткое время оказывается в новой реальности: работает на заводах, берёт на себя ответственность за семью и фактически держит на себе тыл.
Даже такие изменения, как отказ от паранджи, не были простым личным выбором — это сопровождалось давлением общества и требовало смелости.
Со временем у женщин появляется доступ к образованию и профессиям, но и это поначалу воспринималось неоднозначно: учёба в институте долго считалась «неподобающей» для девушек.
Экспозиция показывает не только исторические факты, но и символические изменения пространства: если раньше жизнь женщины была сосредоточена в доме, то позже появляются рабочие кабинеты, письменные столы, печатные машинки и телефоны. Меняется не только интерьер — трансформируется сама роль женщины в обществе.
Sultonbaxtbegim
#НеМолчиУз #рекомендацияпроекта
Создательницы музея — Эльнора Ризаева и Наталья Пулатова — изначально стремились не к «красивой экспозиции», а к более глубокой задаче: создать место, где можно опираться на факты, переосмысливать прошлое и критически смотреть на устоявшиеся стереотипы.
Один из таких мифов — представление о том, что узбекские женщины всегда носили паранджу. В музее объясняется, что это упрощение: такая одежда была характерна лишь для отдельных городских слоёв и конкретных периодов, но не являлась универсальной нормой.
Экспозиция построена как последовательное путешествие во времени. Посетители проходят через дореволюционную эпоху, годы Второй мировой войны и позднесоветский период (70–80-е годы), наблюдая, как за одно-два десятилетия кардинально менялся уклад жизни женщин.
Первая часть выставки охватывает примерно 125 лет истории ташкентских женщин. В основе — реальные предметы и семейные реликвии: вещи, принадлежавшие прабабушкам основательниц, их родственникам и знакомым. Бешик, курпачи, дастарханы — все эти элементы помогают воссоздать повседневную жизнь того времени. Над экспозицией размещены чёрные косички — символ, который остаётся узнаваемым и сегодня.
Особенно заметен контраст между традиционным укладом и периодом войны. Женщина, ранее ограниченная домашним пространством, за короткое время оказывается в новой реальности: работает на заводах, берёт на себя ответственность за семью и фактически держит на себе тыл.
Даже такие изменения, как отказ от паранджи, не были простым личным выбором — это сопровождалось давлением общества и требовало смелости.
Со временем у женщин появляется доступ к образованию и профессиям, но и это поначалу воспринималось неоднозначно: учёба в институте долго считалась «неподобающей» для девушек.
Экспозиция показывает не только исторические факты, но и символические изменения пространства: если раньше жизнь женщины была сосредоточена в доме, то позже появляются рабочие кабинеты, письменные столы, печатные машинки и телефоны. Меняется не только интерьер — трансформируется сама роль женщины в обществе.
Sultonbaxtbegim
#НеМолчиУз #рекомендацияпроекта
❤30👍8🤯1
В ночь с 6 на 7 мая 2026 года 25-летняя жительница Акдарьинского района Самаркандской области Ф. была госпитализирована с колото-резаным ранением брюшной полости. По информации её родных, муж — лейтенант полиции Олимов Бехзод Собиржанович, инспектор отдела пробации УКД ОВД Акдарьинского района — в ту ночь избил её, а затем вложил ей в руки кухонный нож со словами: «Убей себя». Она ударила себя ножом в живот, потеряла много крови, и в реанимацию её привезли в бессознательном состоянии.
Генеральная прокуратура сообщила, что прокуратура Акдарьинского района проводит доследственную проверку.
Олимова должны были сразу взять под стражу на основании ст. 242 УПК, однако этого не произошло. По словам родственников Ф., 8 мая он приходил к ней в больницу и угрожал, если она не отзовёт заявление. После этого отец пострадавшей позвонил начальнику ОВД Акдарьинского района, и Олимов больше не появлялся. По информации на 14 мая Олимов до сих пор на свободе, но из ОВД его уволили.
К сожалению, это не первое насилие с его стороны. И не первый раз, когда женщина оказалась более беззащитна, чем агрессор, работающий в правоохранительных органах.
4 января 2025 года Олимов Бехзод дома ударил жену по лицу, оскорбил и укусил её. Судебно-медицинская экспертиза подтвердила телесные повреждения. Семья обратилась с заявлением в УВД Самаркандской области и в прокуратуру. По данным судебного решения, в тот момент Олимов работал в охранной группе подразделений Управления финансово-материально-технического обеспечения УВД Самаркандской области. После заявления пострадавшей УВД провело служебную проверку и дициплинарно наказало Олимова: он получил выговор. В марте 2025 года это дел было рассмотрено в суде, но только благодаря тому, что прокуратура направила туда дело.
Суд установил: Олимов «ударил [жену] ладонью по лицу, оскорбил нецензурными словами», «умышленно причинил лёгкий вред здоровью» и совершил «семейное насилие». Одновременно суд рассмотрел дело в отношении самой Ф.Х., поскольку её муж подал встречное заявление: по его словам, жена заподозрила его в измене, оскорбляла его и «умышленно выдирала волосы». Ф.Х. объясняла суду: муж систематически её бил, в тот вечер она защищалась, а её действия — ответ на нападение. Выслушав стороны, суд постановил, что женщина также совершила семейное насилие в отношении мужа.
В отношении Олимова суд прекратил дело на основании ст. 16 КоАО РУз, которая определяет, что «лица рядового и начальствующего состава органов внутренних дел <…> несут ответственность за административные правонарушения по дисциплинарным уставам». Олимову уже объявили дисциплинарный выговор за то, что он бил жену. Если бы Олимов не был сотрудником ОВД, то его могли бы посадить на 15 суток...
Пострадавшую женщину суд также признал виновной в семейном насилии, но освободил ответственности с вынесением предупреждения по следующим причинам:
📍 У неё ребёнок полутора лет и она единственный кормилец в семье («оиласида ягона боқувчи эканлигини»). Это странная формулировка, потому что у женщины есть муж, который вроде работает. Он отказался выполнять свои обязанности кормильца? Отказался содержать ребёнка и свалил всё на мать?Очень «достойно» для сотрудника правоохранительных структур, но никого, видимо, это не смущает.
📍 «правонарушение стало следствием действий самого супруга» («ушбу ҳуқуқбузарлик турмуш ўртоғининг хатти-ҳаракатлари оқибатида содир этилганлигини»). То есть суд сам признал, что её действия — это реакция на поведение мужа. Но вместо того, чтобы учесть дисбаланс власти при семейном насилии, суд признал женщину виновной.
Таким образом…
Продолжение на сайте: https://nemolchi.uz/dovesti-zhenu-do-suicida-i-ostatsja-na-svobode-kak-sistema-smjagchaet-otvetstvennost-sotrudnikov-ovd/
Ирина Матвиенко
#НеМолчиУз #законы
Генеральная прокуратура сообщила, что прокуратура Акдарьинского района проводит доследственную проверку.
Олимова должны были сразу взять под стражу на основании ст. 242 УПК, однако этого не произошло. По словам родственников Ф., 8 мая он приходил к ней в больницу и угрожал, если она не отзовёт заявление. После этого отец пострадавшей позвонил начальнику ОВД Акдарьинского района, и Олимов больше не появлялся. По информации на 14 мая Олимов до сих пор на свободе, но из ОВД его уволили.
К сожалению, это не первое насилие с его стороны. И не первый раз, когда женщина оказалась более беззащитна, чем агрессор, работающий в правоохранительных органах.
4 января 2025 года Олимов Бехзод дома ударил жену по лицу, оскорбил и укусил её. Судебно-медицинская экспертиза подтвердила телесные повреждения. Семья обратилась с заявлением в УВД Самаркандской области и в прокуратуру. По данным судебного решения, в тот момент Олимов работал в охранной группе подразделений Управления финансово-материально-технического обеспечения УВД Самаркандской области. После заявления пострадавшей УВД провело служебную проверку и дициплинарно наказало Олимова: он получил выговор. В марте 2025 года это дел было рассмотрено в суде, но только благодаря тому, что прокуратура направила туда дело.
Суд установил: Олимов «ударил [жену] ладонью по лицу, оскорбил нецензурными словами», «умышленно причинил лёгкий вред здоровью» и совершил «семейное насилие». Одновременно суд рассмотрел дело в отношении самой Ф.Х., поскольку её муж подал встречное заявление: по его словам, жена заподозрила его в измене, оскорбляла его и «умышленно выдирала волосы». Ф.Х. объясняла суду: муж систематически её бил, в тот вечер она защищалась, а её действия — ответ на нападение. Выслушав стороны, суд постановил, что женщина также совершила семейное насилие в отношении мужа.
В отношении Олимова суд прекратил дело на основании ст. 16 КоАО РУз, которая определяет, что «лица рядового и начальствующего состава органов внутренних дел <…> несут ответственность за административные правонарушения по дисциплинарным уставам». Олимову уже объявили дисциплинарный выговор за то, что он бил жену. Если бы Олимов не был сотрудником ОВД, то его могли бы посадить на 15 суток...
Пострадавшую женщину суд также признал виновной в семейном насилии, но освободил ответственности с вынесением предупреждения по следующим причинам:
📍 У неё ребёнок полутора лет и она единственный кормилец в семье («оиласида ягона боқувчи эканлигини»). Это странная формулировка, потому что у женщины есть муж, который вроде работает. Он отказался выполнять свои обязанности кормильца? Отказался содержать ребёнка и свалил всё на мать?Очень «достойно» для сотрудника правоохранительных структур, но никого, видимо, это не смущает.
📍 «правонарушение стало следствием действий самого супруга» («ушбу ҳуқуқбузарлик турмуш ўртоғининг хатти-ҳаракатлари оқибатида содир этилганлигини»). То есть суд сам признал, что её действия — это реакция на поведение мужа. Но вместо того, чтобы учесть дисбаланс власти при семейном насилии, суд признал женщину виновной.
Таким образом…
Продолжение на сайте: https://nemolchi.uz/dovesti-zhenu-do-suicida-i-ostatsja-na-svobode-kak-sistema-smjagchaet-otvetstvennost-sotrudnikov-ovd/
Ирина Матвиенко
#НеМолчиУз #законы
🤯25🤬20❤4🔥2🤔2👍1
На днях в Threads завирусился скриншот: главред одного медиа написал в личном аккаунте, что женщина — это «мясо для @бли». Пост разлетелся за несколько часов, девушки нашли место его работы и отправили скриншот туда. Редакция опубликовала официальные извинения и уволила его в тот же день.
И это правильно. Объясним почему.
Часть комментариев сразу пошла по привычному сценарию — «по какой статье увольняют за личный аккаунт», «это его личное пространство», «докажите нарушение ТК». Но есть такое понятие, которое почему-то в этих дискуссиях всегда забывают — этика. Как точно написала одна из девушек в комментариях: «Если он так высказывается о женщинах в своём личном аккаунте, значит он такой по жизни. И никакой работодатель не будет за этого убогого нести репутационные риски».
Личного в публичном пространстве не существует. Когда ты пишешь это под своим именем, ты транслируешь это как норму — своим подписчикам, коллегам, аудитории издания, в котором работаешь. Работодатель, который молча оставляет такого человека в команде, берёт на себя часть этой нормы. Редакция «А!» это поняла и сделала единственно возможное в этой ситуации — рассталась с ним и дополнительно направила пожертвование в кризисный центр для женщин. Это не унижение, как написали некоторые. Это адекватная реакция.
Именно так работает институт репутации — и в развитых медиасредах он работает давно.
Причём, как мы писали в одном из прошлых постов, последствия наступают не только за публичные высказывания. Джеймса Дэймора уволили за внутренний документ, а в 2018 году регулятор подтвердил законность этого решения: подобные высказывания создают враждебную рабочую среду и не подпадают под защиту закона о свободе слова. Это важный прецедент — человека уволили не за пост в интернете, а за убеждения, которые он транслировал внутри компании.
В Японии публичное унизительное высказывание в адрес женщины заканчивает карьеру политика или чиновника без долгих разбирательств и пресс-конференций с извинениями. Там это просто понимается как данность: потеря лица публична и необратима. В США cancel culture при всей её противоречивости сформировала одно важное правило — медийный человек отвечает за каждое своё слово, и корпорации давно научились не ждать, пока скандал разрастётся, а действовать на опережение. В Великобритании журналисты и редакторы регулярно теряют позиции из-за высказываний, которые расходятся с редакционными стандартами, — и это не цензура, это профессиональная ответственность.
В нашем пространстве до недавнего времени интернет воспринимался как территория без последствий. Написал, закрыл телефон — и ничего. Этот кейс показывает, что это больше не так. Один комментарий в треде точно описывает происходящее: «Важный урок, вынесенный с журфака: не пи$деть лишнего с личного аккаунта. У него усвоен не был».
То, что сделали девушки — не доносительство и не травля. Это гражданская позиция. Они нашли информацию, передали её по адресу и дали работодателю возможность принять решение самостоятельно. Никто никого не заставлял увольнять — но работодатель сделал выбор, потому что понял цену молчания. Как написала ещё одна участница обсуждения: «Господи, я молюсь, что настанет тот день, когда на территории бывшего союза заработает в полную силу институт репутации. И для фирм, и для простых людей. Когда модно будет не быть идиотом».
Кажется, этот день потихоньку наступает.
Слова фиксируются, распространяются и возвращаются. И чем чаще они будут возвращаться именно так — тем быстрее люди начнут думать, прежде чем писать.
Minimizary
#НеМолчиУз
И это правильно. Объясним почему.
Часть комментариев сразу пошла по привычному сценарию — «по какой статье увольняют за личный аккаунт», «это его личное пространство», «докажите нарушение ТК». Но есть такое понятие, которое почему-то в этих дискуссиях всегда забывают — этика. Как точно написала одна из девушек в комментариях: «Если он так высказывается о женщинах в своём личном аккаунте, значит он такой по жизни. И никакой работодатель не будет за этого убогого нести репутационные риски».
Личного в публичном пространстве не существует. Когда ты пишешь это под своим именем, ты транслируешь это как норму — своим подписчикам, коллегам, аудитории издания, в котором работаешь. Работодатель, который молча оставляет такого человека в команде, берёт на себя часть этой нормы. Редакция «А!» это поняла и сделала единственно возможное в этой ситуации — рассталась с ним и дополнительно направила пожертвование в кризисный центр для женщин. Это не унижение, как написали некоторые. Это адекватная реакция.
Именно так работает институт репутации — и в развитых медиасредах он работает давно.
Причём, как мы писали в одном из прошлых постов, последствия наступают не только за публичные высказывания. Джеймса Дэймора уволили за внутренний документ, а в 2018 году регулятор подтвердил законность этого решения: подобные высказывания создают враждебную рабочую среду и не подпадают под защиту закона о свободе слова. Это важный прецедент — человека уволили не за пост в интернете, а за убеждения, которые он транслировал внутри компании.
В Японии публичное унизительное высказывание в адрес женщины заканчивает карьеру политика или чиновника без долгих разбирательств и пресс-конференций с извинениями. Там это просто понимается как данность: потеря лица публична и необратима. В США cancel culture при всей её противоречивости сформировала одно важное правило — медийный человек отвечает за каждое своё слово, и корпорации давно научились не ждать, пока скандал разрастётся, а действовать на опережение. В Великобритании журналисты и редакторы регулярно теряют позиции из-за высказываний, которые расходятся с редакционными стандартами, — и это не цензура, это профессиональная ответственность.
В нашем пространстве до недавнего времени интернет воспринимался как территория без последствий. Написал, закрыл телефон — и ничего. Этот кейс показывает, что это больше не так. Один комментарий в треде точно описывает происходящее: «Важный урок, вынесенный с журфака: не пи$деть лишнего с личного аккаунта. У него усвоен не был».
То, что сделали девушки — не доносительство и не травля. Это гражданская позиция. Они нашли информацию, передали её по адресу и дали работодателю возможность принять решение самостоятельно. Никто никого не заставлял увольнять — но работодатель сделал выбор, потому что понял цену молчания. Как написала ещё одна участница обсуждения: «Господи, я молюсь, что настанет тот день, когда на территории бывшего союза заработает в полную силу институт репутации. И для фирм, и для простых людей. Когда модно будет не быть идиотом».
Кажется, этот день потихоньку наступает.
Слова фиксируются, распространяются и возвращаются. И чем чаще они будут возвращаться именно так — тем быстрее люди начнут думать, прежде чем писать.
Minimizary
#НеМолчиУз
❤41🔥20👍3