Пока мы обсуждаем, заменит ли ИИ людей, отчёт МОТ уже даёт ответ: заменит — и делает это с явным гендерным акцентом.
29% женских рабочих мест подвержены влиянию генеративного ИИ против 16% мужских. В административном секторе риск полной автоматизации достигает 16% для «женских» позиций и лишь 3% для «мужских». Это не случайность — это следствие того, как исторически устроен рынок труда: рутинные когнитивные задачи, которые общество всегда считало «простыми», выполняли преимущественно женщины.
Отдельная история — Узбекистан, и здесь данные неожиданные. По данным Coursera, 58,9% слушателей курсов по GenAI в стране — женщины. Узбекистан лидирует по этому показателю в мире и является единственной страной с таким соотношением. Это означает, что женщины здесь активнее кого-либо ещё пытаются войти в профессии будущего. Но между «научилась» и «работает» — пропасть. По данным за 2021 общая занятость женщин в стране составляет 37,2% против 69,3% у мужчин. Доля женщин в IT — 24,3%, и больше 60% из них сосредоточены в Ташкенте. Доля женщин-выпускниц STEM упала с 40,2% в 2021 году до 27,3% в 2022-м. Знания есть, но структура, которая позволяла бы их применить, не создана.
Также не забываем, что ИИ обучается на данных прошлого, где женщина — ассистентка, а мужчина — директор. И если около 90% инженеров, создающих системы, — мужчины, алгоритм будет воспроизводить именно такую картину мира в миллионах операций.
Есть и более тонкий механизм. Компании сокращают живых сотрудниц, заменяя их чат-ботами, которые «сопереживают» и «общаются». Soft skills, которые десятилетиями считались естественным женским преимуществом на рынке труда, теперь имитируются программой — и труд живого человека на этом фоне обесценивается ещё сильнее.
Параллельно значительная часть работы по обучению ИИ — разметка данных, модерация токсичного контента — выполняется женщинами из стран Глобального Юга в условиях прекариата. Это невидимый труд, без которого не было бы ни одной нейросети, и он по-прежнему остаётся за рамками публичного разговора о технологическом прогрессе.
Пока «женская» офисная работа считается легкозаменяемой рутиной, а неоплачиваемый труд по уходу не учитывается ни в каких экономических расчётах, любая волна автоматизации будет лишь углублять уже существующее неравенство. ИИ не создаёт гендерное неравенство — он его наследует и масштабирует. В этом и состоит главная опасность: технология выглядит нейтральной, но работает в условиях, которые нейтральными никогда не были.
В ближайшие 5–10 лет наиболее вероятен сценарий, который можно назвать «двойной прекаризацией». Женщины будут вытесняться из автоматизируемых офисных позиций в сферу care economy — уход за детьми, пожилыми, больными. Эта работа сложнее поддаётся автоматизации, но именно поэтому она останется низкооплачиваемой и социально невидимой.
Параллельно будет нарастать разрыв между женщинами, которые успеют войти в технологическую индустрию на уровне принятия решений, и теми, кто остался за её периметром. Первых будет меньшинство, и их присутствие будет использоваться как аргумент против системных изменений — в логике «смотрите, возможности есть для всех». Это классический механизм, при котором исключение выдаётся за правило.
В странах с высоким доходом автоматизация ударит по офисному персоналу — а это преимущественно женщины. В странах с низким доходом прямого удара меньше, но женщины оттуда уже сегодня выполняют невидимый труд по обучению тех самых систем, которые завтра вытеснят их коллег.
Конкретный риск в Узбекистане выглядит так: женщины продолжат учиться, получать сертификаты, осваивать инструменты — и при этом не попадать в индустрию из-за отсутствия доступной инфраструктуры ухода за детьми, из-за гендерных стереотипов, из-за того, что семья по-прежнему считается их первичной ответственностью. Технологический прорыв не произойдёт без социального: мало иметь самых активных учениц в мире — нужно, чтобы эти знания конвертировались в реальные позиции, зарплаты и право голоса там, где пишется код.
Minimizary
#НеМолчиУз #гендерноенеравенство
29% женских рабочих мест подвержены влиянию генеративного ИИ против 16% мужских. В административном секторе риск полной автоматизации достигает 16% для «женских» позиций и лишь 3% для «мужских». Это не случайность — это следствие того, как исторически устроен рынок труда: рутинные когнитивные задачи, которые общество всегда считало «простыми», выполняли преимущественно женщины.
Отдельная история — Узбекистан, и здесь данные неожиданные. По данным Coursera, 58,9% слушателей курсов по GenAI в стране — женщины. Узбекистан лидирует по этому показателю в мире и является единственной страной с таким соотношением. Это означает, что женщины здесь активнее кого-либо ещё пытаются войти в профессии будущего. Но между «научилась» и «работает» — пропасть. По данным за 2021 общая занятость женщин в стране составляет 37,2% против 69,3% у мужчин. Доля женщин в IT — 24,3%, и больше 60% из них сосредоточены в Ташкенте. Доля женщин-выпускниц STEM упала с 40,2% в 2021 году до 27,3% в 2022-м. Знания есть, но структура, которая позволяла бы их применить, не создана.
Также не забываем, что ИИ обучается на данных прошлого, где женщина — ассистентка, а мужчина — директор. И если около 90% инженеров, создающих системы, — мужчины, алгоритм будет воспроизводить именно такую картину мира в миллионах операций.
Есть и более тонкий механизм. Компании сокращают живых сотрудниц, заменяя их чат-ботами, которые «сопереживают» и «общаются». Soft skills, которые десятилетиями считались естественным женским преимуществом на рынке труда, теперь имитируются программой — и труд живого человека на этом фоне обесценивается ещё сильнее.
Параллельно значительная часть работы по обучению ИИ — разметка данных, модерация токсичного контента — выполняется женщинами из стран Глобального Юга в условиях прекариата. Это невидимый труд, без которого не было бы ни одной нейросети, и он по-прежнему остаётся за рамками публичного разговора о технологическом прогрессе.
Пока «женская» офисная работа считается легкозаменяемой рутиной, а неоплачиваемый труд по уходу не учитывается ни в каких экономических расчётах, любая волна автоматизации будет лишь углублять уже существующее неравенство. ИИ не создаёт гендерное неравенство — он его наследует и масштабирует. В этом и состоит главная опасность: технология выглядит нейтральной, но работает в условиях, которые нейтральными никогда не были.
В ближайшие 5–10 лет наиболее вероятен сценарий, который можно назвать «двойной прекаризацией». Женщины будут вытесняться из автоматизируемых офисных позиций в сферу care economy — уход за детьми, пожилыми, больными. Эта работа сложнее поддаётся автоматизации, но именно поэтому она останется низкооплачиваемой и социально невидимой.
Параллельно будет нарастать разрыв между женщинами, которые успеют войти в технологическую индустрию на уровне принятия решений, и теми, кто остался за её периметром. Первых будет меньшинство, и их присутствие будет использоваться как аргумент против системных изменений — в логике «смотрите, возможности есть для всех». Это классический механизм, при котором исключение выдаётся за правило.
В странах с высоким доходом автоматизация ударит по офисному персоналу — а это преимущественно женщины. В странах с низким доходом прямого удара меньше, но женщины оттуда уже сегодня выполняют невидимый труд по обучению тех самых систем, которые завтра вытеснят их коллег.
Конкретный риск в Узбекистане выглядит так: женщины продолжат учиться, получать сертификаты, осваивать инструменты — и при этом не попадать в индустрию из-за отсутствия доступной инфраструктуры ухода за детьми, из-за гендерных стереотипов, из-за того, что семья по-прежнему считается их первичной ответственностью. Технологический прорыв не произойдёт без социального: мало иметь самых активных учениц в мире — нужно, чтобы эти знания конвертировались в реальные позиции, зарплаты и право голоса там, где пишется код.
Minimizary
#НеМолчиУз #гендерноенеравенство
❤8🤯7😢7🔥1
2 марта во дворе своего дома в городе Багдад была застрелена одна из ведущих иракских феминисток и защитница прав человека Янар Мохаммед.
Согласно полицейским отчетам, Янар была убита двумя неизвестными вооруженными мужчинами. Несмотря на принятые врачами меры Янар скоропостижно скончалась в больнице.
Незадолго до убийства Мохаммед вернулась из Канады, что подкрепляет версию о целенаправленном отслеживании её местонахождения и тщательном предварительном планировании убийства.
В последние годы Янар стояла во главе кампании против нового закона, закрепляющего шиитскую религиозную юриспруденцию в семейном праве, который в том числе предоставил бы мужьям автоматическую опеку над детьми. Деятельность Янар в этой сфере могла стать одной из причин покушения.
Закон был принят, но под давлением общественности из него были исключены некоторые пункты, как снижение возраста вступления в брак для девочек до девяти лет.
В 2003 году Мохаммед основала первый женский приют в Ираке, который служил для защиты женщин от «убийств в защиту чести» и сексуальной торговли людьми. Позже по инициативе Янар подобные женские дома открылись и в других городах, обеспечив защиту более чем 1300 женщинам.
В 2008 году она была удостоена премии Фонда Грубера за защиту прав женщин, в 2016 году — премии Рафто, а в прошлом году ей была присуждена Франко-германская премия за защиту прав человека.
В последние годы в Ираке наблюдается резкий рост насилия в отношении женщин, в частности активисток. В 2018 году в городе Басра вооруженные люди застрелили активистку за права женщин Суад аль-Али, основательницу организации «Аль-Вид аль-Алаими за права человека». А в 2020 году врач и активистка Рихам Якуб была застрелена в городе Басра после того, как возглавила местные антиправительственные протесты.
Эксперты уверены, что ряд покушений – не случайность, а целенаправленная борьба против движения за женские права.
«Правозащитников, в том числе защитников прав женщин в Ираке, необходимо защищать, а не заставлять замолчать и убивать», - пишет Amnesty International.
Подготовила: Фарида Алиева
#НемолчиУз #насилиевмире
Согласно полицейским отчетам, Янар была убита двумя неизвестными вооруженными мужчинами. Несмотря на принятые врачами меры Янар скоропостижно скончалась в больнице.
Незадолго до убийства Мохаммед вернулась из Канады, что подкрепляет версию о целенаправленном отслеживании её местонахождения и тщательном предварительном планировании убийства.
В последние годы Янар стояла во главе кампании против нового закона, закрепляющего шиитскую религиозную юриспруденцию в семейном праве, который в том числе предоставил бы мужьям автоматическую опеку над детьми. Деятельность Янар в этой сфере могла стать одной из причин покушения.
Закон был принят, но под давлением общественности из него были исключены некоторые пункты, как снижение возраста вступления в брак для девочек до девяти лет.
В 2003 году Мохаммед основала первый женский приют в Ираке, который служил для защиты женщин от «убийств в защиту чести» и сексуальной торговли людьми. Позже по инициативе Янар подобные женские дома открылись и в других городах, обеспечив защиту более чем 1300 женщинам.
В 2008 году она была удостоена премии Фонда Грубера за защиту прав женщин, в 2016 году — премии Рафто, а в прошлом году ей была присуждена Франко-германская премия за защиту прав человека.
В последние годы в Ираке наблюдается резкий рост насилия в отношении женщин, в частности активисток. В 2018 году в городе Басра вооруженные люди застрелили активистку за права женщин Суад аль-Али, основательницу организации «Аль-Вид аль-Алаими за права человека». А в 2020 году врач и активистка Рихам Якуб была застрелена в городе Басра после того, как возглавила местные антиправительственные протесты.
Эксперты уверены, что ряд покушений – не случайность, а целенаправленная борьба против движения за женские права.
«Правозащитников, в том числе защитников прав женщин в Ираке, необходимо защищать, а не заставлять замолчать и убивать», - пишет Amnesty International.
Подготовила: Фарида Алиева
#НемолчиУз #насилиевмире
😢34🤬5❤3🔥1
Сарой Мулк хоним, более известная как Биби-хоним, родилась в 1341 году в семье потомков Чингизидов. Она была дочерью Казан-хана и с раннего возраста принадлежала к высшей династической среде.
В 1370 году она стала супругой Амира Темура. Именно этот брак дал Темуру титул «Курагон», что означало «зять» и закрепляло его связь с чингизидской линией. Благодаря своему происхождению Сарой Мулк хоним заняла особое положение при дворе и получила титул старшей хоним.
Источники описывают её как образованную, дальновидную и деятельную женщину. Она участвовала в управлении государством, занималась общественными и строительными проектами, поддерживала учёных и людей искусства, покровительствовала образованию. При ней в Самарканде было построено одно из крупнейших медресе своего времени, где преподавались как религиозные, так и светские науки. Сама мечеть Биби-Ханым чаще приписывается Темуру (1399–1404), но названа в честь неё; медрасе и мавзолей — именно её инициатива.
Сарой Мулк хоним сопровождала Темура в военных походах и участвовала в дипломатической жизни. Её мнение учитывалось, а её советы, даже если не всегда принимались напрямую, оказывали влияние на решения. По одной из легенд, в ответ на просьбу прислать золото для армии она указала на необходимость искать политическое решение, и это помогло выйти из кризисной ситуации.
Она также участвовала в придворной жизни наравне с правителем, присутствовала на приёмах иностранных послов и устраивала официальные мероприятия.
В 1408 году Сарой Мулк хоним скончалась и была похоронена в построенном при её участии мавзолее в Самарканде.
Её роль выходит за рамки формального статуса супруги. Это фигура, через которую проходили вопросы легитимности, образования и внутренней политики государства.
Подготовила Minimizary
#НеМолчиУз #женщинывистории
В 1370 году она стала супругой Амира Темура. Именно этот брак дал Темуру титул «Курагон», что означало «зять» и закрепляло его связь с чингизидской линией. Благодаря своему происхождению Сарой Мулк хоним заняла особое положение при дворе и получила титул старшей хоним.
Источники описывают её как образованную, дальновидную и деятельную женщину. Она участвовала в управлении государством, занималась общественными и строительными проектами, поддерживала учёных и людей искусства, покровительствовала образованию. При ней в Самарканде было построено одно из крупнейших медресе своего времени, где преподавались как религиозные, так и светские науки. Сама мечеть Биби-Ханым чаще приписывается Темуру (1399–1404), но названа в честь неё; медрасе и мавзолей — именно её инициатива.
Сарой Мулк хоним сопровождала Темура в военных походах и участвовала в дипломатической жизни. Её мнение учитывалось, а её советы, даже если не всегда принимались напрямую, оказывали влияние на решения. По одной из легенд, в ответ на просьбу прислать золото для армии она указала на необходимость искать политическое решение, и это помогло выйти из кризисной ситуации.
Она также участвовала в придворной жизни наравне с правителем, присутствовала на приёмах иностранных послов и устраивала официальные мероприятия.
В 1408 году Сарой Мулк хоним скончалась и была похоронена в построенном при её участии мавзолее в Самарканде.
Её роль выходит за рамки формального статуса супруги. Это фигура, через которую проходили вопросы легитимности, образования и внутренней политики государства.
Подготовила Minimizary
#НеМолчиУз #женщинывистории
❤15👍2
Ноэлии 25 лет. Это ее последнее интервью перед смертью. Вчера, 26 марта, она умерла — по собственному желанию, в Испании, без присутствия родных. Это первый случай эвтаназии в стране, одобренный в том числе по причине психической травмы и депрессии.
⠀
Родители лишились опеки, когда Ноэлия была ребёнком, — она и её сестра оказались под контролем правительства и провели несколько лет в учреждениях для несовершеннолетних. С 13 лет — интернаты, бездомность, полное отсутствие стабильного взрослого рядом. Потом — групповое изнасилование. Несколько попыток суицида, в том числе передозировки и самоповреждения. А потом, 4 октября 2022 года, — прыжок с 5 этажа, который не убил, но оставил её парализованной ниже пояса навсегда.
С тех пор — 8 месяцев в больницах, постоянная нейропатическая боль, катетеры каждые 6 часов, инвалидное кресло, 74% инвалидности.
⠀
Испанские суды признали её состояние «тяжёлым, хроническим и изнуряющим» — именно это открыло ей доступ к эвтаназии по закону 2021 года.
2 года она добивалась этого права юридически. Отец пытался остановить процедуру — буквально за несколько часов до её проведения в августе прошлого года ему удалось добиться отсрочки и последовало 8 месяцев судебных разбирательств. В итоге суд подтвердил: Ноэлия дееспособна, её решение осознанно, отец не имеет права его блокировать. Отец сказал ей, что она для него уже мертва, и отказался присутствовать на похоронах.
⠀
Накануне Ноэлия дала интервью на испанском телевидении. «После всего, что он сделал, я уже не чувствую себя виноватой», — сказала она об отце. И ещё: «Я хочу прекратить страдать».
⠀
Ноэлия — молодая женщина, которую система не защитила. Ни в детстве, когда она оказалась в государственных учреждениях без нормальной опеки. Ни после насилия, которое она пережила. Ни после первых попыток суицида. Ни после того, как выжила, упав с пятого этажа, и оказалась в больнице с разрушенным телом и травмой.
⠀
После эвтаназии в Конгрессе депутатов Испании прошли дебаты, где обсуждали, является ли это «смертью с достоинством» или «провалом системы» (особенно в контексте предшествующего группового изнасилования и попытки самоубийства).
⠀
Но это не индивидуальная трагедия — это статистически предсказуемый исход. Женщины, пережившие изнасилование, в 10 раз чаще совершают попытки суицида, чем те, кто не сталкивался с насилием. Каждая 4 из них предпринимает такую попытку. 1/3 думает о самоубийстве. Мета-анализ 2022 года, охвативший почти 90 тысяч человек, показал: среди переживших сексуальное насилие суицидальность фиксируется в 27% случаев против 9% среди тех, кто его не пережил. Если первое насилие произошло в подростковом возрасте — а у Ноэлии именно так — риск вырастает ещё в 3-4 раза.
⠀
Девочки и женщины с нестабильным социальным фоном, с психическими диагнозами, пережившие насилие, системно получают худшую помощь: их жалобы воспринимаются менее серьёзно, их страдания чаще объясняются «характером» или «расстройством личности», а не обстоятельствами, которые их сформировали. Пограничное расстройство личности — один из диагнозов Ноэлии — до сих пор стигматизировано настолько, что люди с этим диагнозом регулярно сталкиваются с отказом в помощи или с минимальным её объёмом.
⠀
Отдельный вопрос — роль отца. Мужчина два года судился, чтобы не дать ей умереть на её условиях. Не для того, чтобы быть рядом, а чтобы контролировать. Это тоже паттерн: право женщины распоряжаться собственным телом и собственной смертью оспаривается теми, кто не был рядом, когда это было нужно, но появляется, когда речь заходит о контроле.
⠀
Дискуссия о праве на смерть не может быть честной без разговора о праве на достойную жизнь, которого у Ноэлии фактически никогда не было.
⠀
Вместо заключения. Что стало с насильниками Ноэлии? Несколько независимых публикаций прямо указывают: «до сегодняшнего дня нет осуждённых за этот факт», «не сообщалось о задержаниях или окончательных приговорах», «агрессоры не были привлечены к суду с окончательным результатом», «se va sin justicia» (уходит без правосудия).
⠀
Minimizary
⠀
#НеМолчиУз
⠀
Родители лишились опеки, когда Ноэлия была ребёнком, — она и её сестра оказались под контролем правительства и провели несколько лет в учреждениях для несовершеннолетних. С 13 лет — интернаты, бездомность, полное отсутствие стабильного взрослого рядом. Потом — групповое изнасилование. Несколько попыток суицида, в том числе передозировки и самоповреждения. А потом, 4 октября 2022 года, — прыжок с 5 этажа, который не убил, но оставил её парализованной ниже пояса навсегда.
С тех пор — 8 месяцев в больницах, постоянная нейропатическая боль, катетеры каждые 6 часов, инвалидное кресло, 74% инвалидности.
⠀
Испанские суды признали её состояние «тяжёлым, хроническим и изнуряющим» — именно это открыло ей доступ к эвтаназии по закону 2021 года.
2 года она добивалась этого права юридически. Отец пытался остановить процедуру — буквально за несколько часов до её проведения в августе прошлого года ему удалось добиться отсрочки и последовало 8 месяцев судебных разбирательств. В итоге суд подтвердил: Ноэлия дееспособна, её решение осознанно, отец не имеет права его блокировать. Отец сказал ей, что она для него уже мертва, и отказался присутствовать на похоронах.
⠀
Накануне Ноэлия дала интервью на испанском телевидении. «После всего, что он сделал, я уже не чувствую себя виноватой», — сказала она об отце. И ещё: «Я хочу прекратить страдать».
⠀
Ноэлия — молодая женщина, которую система не защитила. Ни в детстве, когда она оказалась в государственных учреждениях без нормальной опеки. Ни после насилия, которое она пережила. Ни после первых попыток суицида. Ни после того, как выжила, упав с пятого этажа, и оказалась в больнице с разрушенным телом и травмой.
⠀
После эвтаназии в Конгрессе депутатов Испании прошли дебаты, где обсуждали, является ли это «смертью с достоинством» или «провалом системы» (особенно в контексте предшествующего группового изнасилования и попытки самоубийства).
⠀
Но это не индивидуальная трагедия — это статистически предсказуемый исход. Женщины, пережившие изнасилование, в 10 раз чаще совершают попытки суицида, чем те, кто не сталкивался с насилием. Каждая 4 из них предпринимает такую попытку. 1/3 думает о самоубийстве. Мета-анализ 2022 года, охвативший почти 90 тысяч человек, показал: среди переживших сексуальное насилие суицидальность фиксируется в 27% случаев против 9% среди тех, кто его не пережил. Если первое насилие произошло в подростковом возрасте — а у Ноэлии именно так — риск вырастает ещё в 3-4 раза.
⠀
Девочки и женщины с нестабильным социальным фоном, с психическими диагнозами, пережившие насилие, системно получают худшую помощь: их жалобы воспринимаются менее серьёзно, их страдания чаще объясняются «характером» или «расстройством личности», а не обстоятельствами, которые их сформировали. Пограничное расстройство личности — один из диагнозов Ноэлии — до сих пор стигматизировано настолько, что люди с этим диагнозом регулярно сталкиваются с отказом в помощи или с минимальным её объёмом.
⠀
Отдельный вопрос — роль отца. Мужчина два года судился, чтобы не дать ей умереть на её условиях. Не для того, чтобы быть рядом, а чтобы контролировать. Это тоже паттерн: право женщины распоряжаться собственным телом и собственной смертью оспаривается теми, кто не был рядом, когда это было нужно, но появляется, когда речь заходит о контроле.
⠀
Дискуссия о праве на смерть не может быть честной без разговора о праве на достойную жизнь, которого у Ноэлии фактически никогда не было.
⠀
Вместо заключения. Что стало с насильниками Ноэлии? Несколько независимых публикаций прямо указывают: «до сегодняшнего дня нет осуждённых за этот факт», «не сообщалось о задержаниях или окончательных приговорах», «агрессоры не были привлечены к суду с окончательным результатом», «se va sin justicia» (уходит без правосудия).
⠀
Minimizary
⠀
#НеМолчиУз
😢58❤8🤯6🤬1
Поэтический вечер Тилланисо Нурёгди может оказаться одним из самых беспощадных экспериментов с привычной реальностью.
⠀
Атмосфера
Черно-белый зал, табуретки, тень люстры, как отдельного персонажа сцены, камерность, гитара и голос Фирдавса Хушназарова.
⠀
Точное попадание в атмосферу интеллектуального шика добавляет нужные нотки – это не просто интеллектуальный вечер, это эстетически выдержанное мероприятие, которое придется по душе тем, кто ценит общую эстетику экспериментальных студий, очарование downtown-сцен Нью-Йорка 90-х.
⠀
Надрыв - Дард
⠀
Тилланисо любит боль-тоску – дард. В ней она живет, и она определенно переработана в творческую силу, в начале вечера обращаясь к зрителям она говорит, что каждый человек рождается с болью. Речь не о жизненных неурядицах – экзестенциальная боль, дошедшая до нас с древнейших времен. Звучащая в каждом звуке. Мы боимся смотреть и чувствовать эту боль. Тилланисо исследует её в своем творчестве. Иногда под микроскопом, до мельчайших подробностей. Это производит сильное впечатление. Но вам может стать очень больно.
⠀
Честность
⠀
Творчество Тилланисо лишено украшения и утешения. Это крайне честная поэзия. Это как фотки без фильтров. Готов выложить их в Инстаграм? Поэтесса этого не боится. Её откровенность кажется почти беспощадной. Не потому, что в ней есть агрессия - просто она не смягчает правду.
Ловлю себя на мысли: мы, кажется, не очень готовы к такой степени откровенности.
Особенно на узбекском языке.
⠀
Продолжение в карусели
⠀
Мизерикордия
⠀
#НеМолчиУз
⠀
Атмосфера
Черно-белый зал, табуретки, тень люстры, как отдельного персонажа сцены, камерность, гитара и голос Фирдавса Хушназарова.
⠀
Точное попадание в атмосферу интеллектуального шика добавляет нужные нотки – это не просто интеллектуальный вечер, это эстетически выдержанное мероприятие, которое придется по душе тем, кто ценит общую эстетику экспериментальных студий, очарование downtown-сцен Нью-Йорка 90-х.
⠀
Надрыв - Дард
⠀
Тилланисо любит боль-тоску – дард. В ней она живет, и она определенно переработана в творческую силу, в начале вечера обращаясь к зрителям она говорит, что каждый человек рождается с болью. Речь не о жизненных неурядицах – экзестенциальная боль, дошедшая до нас с древнейших времен. Звучащая в каждом звуке. Мы боимся смотреть и чувствовать эту боль. Тилланисо исследует её в своем творчестве. Иногда под микроскопом, до мельчайших подробностей. Это производит сильное впечатление. Но вам может стать очень больно.
⠀
Честность
⠀
Творчество Тилланисо лишено украшения и утешения. Это крайне честная поэзия. Это как фотки без фильтров. Готов выложить их в Инстаграм? Поэтесса этого не боится. Её откровенность кажется почти беспощадной. Не потому, что в ней есть агрессия - просто она не смягчает правду.
Ловлю себя на мысли: мы, кажется, не очень готовы к такой степени откровенности.
Особенно на узбекском языке.
⠀
Продолжение в карусели
⠀
Мизерикордия
⠀
#НеМолчиУз
❤12👍1
В Telegram появилась функция, которая может стать важным инструментом цифровой безопасности, особенно для девушек
Теперь можно ограничить действия собеседника, запретить пересылку сообщений, копирование текста, возможность делать скриншоты и даже запись экрана переписки. Это значит меньше шансов, что ваши личные данные, фото или признания окажутся в чужих руках без вашего согласия.
Слишком часто личная переписка становится инструментом давления. Скриншоты используют для шантажа, угроз, манипуляций и публичного унижения. И чаще всего жертвами становятся именно женщины и девушки. Возможность заранее защитить свои сообщения — это способ сохранить контроль над своей приватностью.
Важно понимать: никакая функция не дает 100% гарантии безопасности. Но это еще один шаг к тому, чтобы снизить риски и чувствовать себя увереннее в цифровом пространстве.
В карточках мы пошагово показали, как включить эту функцию и настроить защиту переписки.
❗️Функция доступна только для пользователей с премиум-подпиской в Telegram.
Берегите себя и в реальной жизни, и в онлайне.
Подготовила: Рина Эргашева
#НеМолчиУз
Теперь можно ограничить действия собеседника, запретить пересылку сообщений, копирование текста, возможность делать скриншоты и даже запись экрана переписки. Это значит меньше шансов, что ваши личные данные, фото или признания окажутся в чужих руках без вашего согласия.
Слишком часто личная переписка становится инструментом давления. Скриншоты используют для шантажа, угроз, манипуляций и публичного унижения. И чаще всего жертвами становятся именно женщины и девушки. Возможность заранее защитить свои сообщения — это способ сохранить контроль над своей приватностью.
Важно понимать: никакая функция не дает 100% гарантии безопасности. Но это еще один шаг к тому, чтобы снизить риски и чувствовать себя увереннее в цифровом пространстве.
В карточках мы пошагово показали, как включить эту функцию и настроить защиту переписки.
❗️Функция доступна только для пользователей с премиум-подпиской в Telegram.
Берегите себя и в реальной жизни, и в онлайне.
Подготовила: Рина Эргашева
#НеМолчиУз
❤17🔥4👍3
Вчера Айшат Баймурадову похоронили в Ереване, за счёт армянских властей, в день и час, которые выбрали не она и не её близкие. Никто из родственников не приехал — ни сейчас, ни за пять месяцев до этого, пока тело лежало в морге. О похоронах сообщили меньше чем за сутки.
⠀
Айшат было 23 года и она никогда не жила в безопасности.
Мать отец выгнал из дома на третий день после рождения дочери и запретил любое общение. С четырёх лет отец бил её физически — за любые контакты с мальчиками в школе, за отступление от правил строгого воспитания. Она рассказывала друзьям в Армении, что это была «травма на всю жизнь». В новой семье отца она выполняла роль прислуги: убирала за всеми, ела только после мужчин. Правозащитница Светлана Анохина передавала её слова: «били и колотили, чтобы вырастить нормальную девушку». Айшат также сообщала о сексуализированном насилии в детстве — со стороны отца и деда.
⠀
В 17 лет её выдали замуж за человека, которого она видела трижды, не спрашивая ее мнения. Муж — инструктор по стрельбе, обучавший силовиков — с первых дней установил тотальный контроль: камеры видеонаблюдения по всему дому, запрет на телефон, запрет выходить. Она показывала друзьям фотографии со следами побоев. Несколько раз он приставлял пистолет к её голове и говорил, что убьёт, если она не будет подчиняться.
⠀
Когда она забеременела, то плакала всю беременность — она не хотела этого ребёнка, не хотела этого брака. После рождения сына муж начал изменять: Айшат нашла доказательства на флешке и потребовала развод. В ответ он пообещал «не оставить на ней живого места».
⠀
Дважды она пыталась сбежать к родителям и оба раза отец возвращал ее мужу.
⠀
В январе 2025 года, с помощью правозащитных организаций, ей удалось добраться до Армении. Она завела открытые соцсети, начала говорить публично, критиковала власть и патриархат. Планировала переехать в Европу, но не получилось.
⠀
15 октября 2025 года она пошла на встречу с женщиной, с которой познакомилась в Instagram, и не вернулась обратно. Тело обнаружили 19–20 октября в съёмной квартире в Ереване. По заключению следствия — механическая асфиксия. Источники указывают, что смерть была долгой и тяжёлой.
⠀
Следственный комитет Армении установил двух подозреваемых: Карину Иминову, неоднократно бывавшую в Чечне и имевшую связи с окружением Кадырова, и Саид-Хамзата Байсарова, уроженца Чечни, судимого за финансирование ИГИЛ. Оба объявлены в розыск. Следствие считает, что они действовали по указанию «неустановленного лица». Россия на запрос о правовой помощи не ответила.
⠀
Айшат убивали всю жизнь — сначала методично, в семье, потом в браке, потом физически, в чужой квартире в чужом городе, куда она добралась, спасая себя. Система, которая это допустила, не сломалась в октябре 2025 года. Она работала именно так, как была устроена: женщина без права голоса, без права уйти, без права на защиту — и в итоге без права на похороны среди людей, которые её любили.
⠀
Жизнь Айшат была циклом передачи «из рук в руки»: от отца, который видел в ней лишь прислугу и объект для выплеска агрессии, к мужу, который закрепил этот статус через принудительный брак и тотальный контроль. Тот факт, что родственники отказались забирать тело и оно пять месяцев пролежало в морге как «невостребованное», — это финальный акт дегуманизации. В логике «убийств чести» женщина перестает существовать для семьи в тот момент, когда заявляет о своей субъектности (побег, критика системы). Отказ от погребения — это попытка стереть саму память о человеке, лишив его права даже на имя и могилу.
⠀
Правозащитники называют это «убийством чести». Честь здесь — это не личное качество и не моральная категория. Это репутация семьи, которая хранится в теле женщины. Пока женщина подчиняется — молчит, терпит, остаётся — честь семьи в порядке. Как только она уходит, говорит публично, отказывается быть собственностью — честь «нарушена». Восстановить её, по логике патриархата, можно только одним способом.
⠀
Minimizary
⠀
#НеМолчиУз #фемицид
⠀
Айшат было 23 года и она никогда не жила в безопасности.
Мать отец выгнал из дома на третий день после рождения дочери и запретил любое общение. С четырёх лет отец бил её физически — за любые контакты с мальчиками в школе, за отступление от правил строгого воспитания. Она рассказывала друзьям в Армении, что это была «травма на всю жизнь». В новой семье отца она выполняла роль прислуги: убирала за всеми, ела только после мужчин. Правозащитница Светлана Анохина передавала её слова: «били и колотили, чтобы вырастить нормальную девушку». Айшат также сообщала о сексуализированном насилии в детстве — со стороны отца и деда.
⠀
В 17 лет её выдали замуж за человека, которого она видела трижды, не спрашивая ее мнения. Муж — инструктор по стрельбе, обучавший силовиков — с первых дней установил тотальный контроль: камеры видеонаблюдения по всему дому, запрет на телефон, запрет выходить. Она показывала друзьям фотографии со следами побоев. Несколько раз он приставлял пистолет к её голове и говорил, что убьёт, если она не будет подчиняться.
⠀
Когда она забеременела, то плакала всю беременность — она не хотела этого ребёнка, не хотела этого брака. После рождения сына муж начал изменять: Айшат нашла доказательства на флешке и потребовала развод. В ответ он пообещал «не оставить на ней живого места».
⠀
Дважды она пыталась сбежать к родителям и оба раза отец возвращал ее мужу.
⠀
В январе 2025 года, с помощью правозащитных организаций, ей удалось добраться до Армении. Она завела открытые соцсети, начала говорить публично, критиковала власть и патриархат. Планировала переехать в Европу, но не получилось.
⠀
15 октября 2025 года она пошла на встречу с женщиной, с которой познакомилась в Instagram, и не вернулась обратно. Тело обнаружили 19–20 октября в съёмной квартире в Ереване. По заключению следствия — механическая асфиксия. Источники указывают, что смерть была долгой и тяжёлой.
⠀
Следственный комитет Армении установил двух подозреваемых: Карину Иминову, неоднократно бывавшую в Чечне и имевшую связи с окружением Кадырова, и Саид-Хамзата Байсарова, уроженца Чечни, судимого за финансирование ИГИЛ. Оба объявлены в розыск. Следствие считает, что они действовали по указанию «неустановленного лица». Россия на запрос о правовой помощи не ответила.
⠀
Айшат убивали всю жизнь — сначала методично, в семье, потом в браке, потом физически, в чужой квартире в чужом городе, куда она добралась, спасая себя. Система, которая это допустила, не сломалась в октябре 2025 года. Она работала именно так, как была устроена: женщина без права голоса, без права уйти, без права на защиту — и в итоге без права на похороны среди людей, которые её любили.
⠀
Жизнь Айшат была циклом передачи «из рук в руки»: от отца, который видел в ней лишь прислугу и объект для выплеска агрессии, к мужу, который закрепил этот статус через принудительный брак и тотальный контроль. Тот факт, что родственники отказались забирать тело и оно пять месяцев пролежало в морге как «невостребованное», — это финальный акт дегуманизации. В логике «убийств чести» женщина перестает существовать для семьи в тот момент, когда заявляет о своей субъектности (побег, критика системы). Отказ от погребения — это попытка стереть саму память о человеке, лишив его права даже на имя и могилу.
⠀
Правозащитники называют это «убийством чести». Честь здесь — это не личное качество и не моральная категория. Это репутация семьи, которая хранится в теле женщины. Пока женщина подчиняется — молчит, терпит, остаётся — честь семьи в порядке. Как только она уходит, говорит публично, отказывается быть собственностью — честь «нарушена». Восстановить её, по логике патриархата, можно только одним способом.
⠀
Minimizary
⠀
#НеМолчиУз #фемицид
😢64❤9🤯8🤬3
Несмотря на то что похищение девушки с целью принудительного брака признано преступлением, эта практика до сих пор сохраняется в странах Центральной Азии. Давление общества, отсутствие поддержки со стороны семьи и страх «позора» часто заставляют девушек не заявлять о преступлении .
Сценарий похищения
«Жених» с друзьями насильно сажает девушку в машину и увозит в дом своей семьи. Уже в доме, девушку удерживают и уговоривают согласиться на брак. Часто у порога ложится пожилая родственница, грехом считается переступить через старшего человека. Таким образом культурные ограничения используются против похищенной девушки. Ночь, проведённая в доме похитителя, играет важную роль. Если сексуального насилия не было, окружение начинает сомневаться в «чести» девушки. Возвращение домой может восприниматься как «позор». В результате, многие похищенные женщины оказываются перед выбором без выбора и вынуждены согласиться на брак со своим похитителем.
Исторический контекст
После распада Советского Союза в конце XX века практика похищения невест в некоторых странах Центральной Азии начала распространяться с особой силой. Многие воспринимали это как возвращение к «традициям».
Однако некоторые
этнографические описания XIX–начала XX веков указывают, что традиция выглядела иначе. В описаниях, похищение чаще представляло собой побег по взаимному согласию, когда влюбленные решились на него из-за запрета родителей, высокого калыма или других препятствий для брака.
Насильственное похищение без согласия девушки не считалось нормой и могло привести к серьезному конфликту между родами. Подобные действия воспринимались как оскорбление семьи невесты и могли повлечь требования компенсации или даже кровную месть.
Писатель Канат Тасибеков рассказал, что подразумевает истинная суть традиции:
«Похищение девушки – такого обычая в казахской культуре не существует. Надо смотреть на этимологию слов. Само наименование обычая «қыз алып қашу» означает «вместе с ней убежать». Это не кража в банальном смысле, это побег девушки со своим женихом, которого она любит»
Какой закон защищает женщин от незаконной традиции?
Страны Центральной Азии постепенно ужесточают ответственность за похищение женщин и принуждение к браку, однако подходы к регулированию этой проблемы остаются разными.
🇰🇬Кыргызстан
Ст. 175 «Похищение женщины с целью вступления в брак» прямо признано уголовным преступлением. Уголовный кодекс предусматривает ответственность в виде лишения свободы на срок от 5 до 7 лет, даже если похититель позже отпустил девушку.
🇰🇿Казахстан
Ст. 125-1 «Принуждение к браку» предусматривает уголовную ответственность за похищение или иное давление с целью заставить человека вступить в брак, предусмотрены: штрафы, исправительные работы, ограничение свободы до 10 лет в зависимости от тяжести преступления.
🇺🇿Узбекистан
Ст. 136 «Принуждение женщины к вступлению в брак» предусматривает наказание в виде штрафа, общественных работ или лишения свободы на срок до 3 лет.
То, что происходит сегодня, во многом отличается от исторических описаний. Во многих случаях речь идёт не о традиционном обряде, а о насильственной практике, которая противоречит как закону, так и тем культурным нормам, на которые ее сторонники пытаются ссылаться.
Исакова Амелия
#НемолчиУз #законы
Сценарий похищения
«Жених» с друзьями насильно сажает девушку в машину и увозит в дом своей семьи. Уже в доме, девушку удерживают и уговоривают согласиться на брак. Часто у порога ложится пожилая родственница, грехом считается переступить через старшего человека. Таким образом культурные ограничения используются против похищенной девушки. Ночь, проведённая в доме похитителя, играет важную роль. Если сексуального насилия не было, окружение начинает сомневаться в «чести» девушки. Возвращение домой может восприниматься как «позор». В результате, многие похищенные женщины оказываются перед выбором без выбора и вынуждены согласиться на брак со своим похитителем.
Исторический контекст
После распада Советского Союза в конце XX века практика похищения невест в некоторых странах Центральной Азии начала распространяться с особой силой. Многие воспринимали это как возвращение к «традициям».
Однако некоторые
этнографические описания XIX–начала XX веков указывают, что традиция выглядела иначе. В описаниях, похищение чаще представляло собой побег по взаимному согласию, когда влюбленные решились на него из-за запрета родителей, высокого калыма или других препятствий для брака.
Насильственное похищение без согласия девушки не считалось нормой и могло привести к серьезному конфликту между родами. Подобные действия воспринимались как оскорбление семьи невесты и могли повлечь требования компенсации или даже кровную месть.
Писатель Канат Тасибеков рассказал, что подразумевает истинная суть традиции:
«Похищение девушки – такого обычая в казахской культуре не существует. Надо смотреть на этимологию слов. Само наименование обычая «қыз алып қашу» означает «вместе с ней убежать». Это не кража в банальном смысле, это побег девушки со своим женихом, которого она любит»
Какой закон защищает женщин от незаконной традиции?
Страны Центральной Азии постепенно ужесточают ответственность за похищение женщин и принуждение к браку, однако подходы к регулированию этой проблемы остаются разными.
🇰🇬Кыргызстан
Ст. 175 «Похищение женщины с целью вступления в брак» прямо признано уголовным преступлением. Уголовный кодекс предусматривает ответственность в виде лишения свободы на срок от 5 до 7 лет, даже если похититель позже отпустил девушку.
🇰🇿Казахстан
Ст. 125-1 «Принуждение к браку» предусматривает уголовную ответственность за похищение или иное давление с целью заставить человека вступить в брак, предусмотрены: штрафы, исправительные работы, ограничение свободы до 10 лет в зависимости от тяжести преступления.
🇺🇿Узбекистан
Ст. 136 «Принуждение женщины к вступлению в брак» предусматривает наказание в виде штрафа, общественных работ или лишения свободы на срок до 3 лет.
То, что происходит сегодня, во многом отличается от исторических описаний. Во многих случаях речь идёт не о традиционном обряде, а о насильственной практике, которая противоречит как закону, так и тем культурным нормам, на которые ее сторонники пытаются ссылаться.
Исакова Амелия
#НемолчиУз #законы
🤬15😢5❤4🤔2
Гавхаршод бегим родилась в 1379 году в семье Гиясиддина Тархана. В 1393 году она стала супругой Шахрух Мирзо, младшего сына Амир Темур. В этом браке родились три сына и две дочери, среди них Улугбек, Байсунгур Мирзо и Мухаммад Джуки Мирзо.
⠀
Источники описывают Гавхаршод бегим как умную и политически сильную женщину. После смерти Темура её влияние усилилось. Шахрух Мирзо опирался на её советы, а в сложных ситуациях её решения давали результат. Она участвовала в походах, была вовлечена в государственные дела и влияла на назначения и выбор наследника.
⠀
Когда Шахрух Мирзо тяжело заболел, именно по распоряжению Гавхаршод бегим часть знати присягнула Алауд Давла Мирзо. Этот эпизод показывает её реальный вес в системе власти.
⠀
В период правления Шахруха государство укрепилось, а Герат стал одним из главных культурных центров Востока. В этом процессе вклад Гавхаршод бегим был значительным. Она активно занималась развитием образования, науки и архитектуры, покровительствовала учёным и мастерам.
⠀
Гиясиддин Хондамир писал:
«Гавхаршод ога была женщиной, прославленной своей чистотой и справедливостью. Она направляла свою щедрость на строительство благотворительных сооружений и раздачу милостыни. Среди построенных ею зданий были мадраса и соборная мечеть на севере Герата, украшенные изысканным орнаментом. В Машхаде, в комплексе мавзолея имама Ризы, она возвела величественную пятничную мечеть и передала этому месту земли и имущество в вакф».
⠀
Её деятельность не ограничивалась строительством. Она оставалась фигурой, к которой обращались за советом и поддержкой.
⠀
После смерти Шахруха в 1447 году начались внутренние конфликты, и Гавхаршод бегим пыталась удержать баланс и сохранить стабильность, используя свой политический вес.
⠀
Её роль выходит за рамки формального статуса супруги. Это фигура, которая участвовала в управлении, влияла на решения и оставила заметный след в культурном развитии государства.
⠀
Подготовила Minimizary
⠀
#НемолчиУз #женщинывистории
⠀
Источники описывают Гавхаршод бегим как умную и политически сильную женщину. После смерти Темура её влияние усилилось. Шахрух Мирзо опирался на её советы, а в сложных ситуациях её решения давали результат. Она участвовала в походах, была вовлечена в государственные дела и влияла на назначения и выбор наследника.
⠀
Когда Шахрух Мирзо тяжело заболел, именно по распоряжению Гавхаршод бегим часть знати присягнула Алауд Давла Мирзо. Этот эпизод показывает её реальный вес в системе власти.
⠀
В период правления Шахруха государство укрепилось, а Герат стал одним из главных культурных центров Востока. В этом процессе вклад Гавхаршод бегим был значительным. Она активно занималась развитием образования, науки и архитектуры, покровительствовала учёным и мастерам.
⠀
Гиясиддин Хондамир писал:
«Гавхаршод ога была женщиной, прославленной своей чистотой и справедливостью. Она направляла свою щедрость на строительство благотворительных сооружений и раздачу милостыни. Среди построенных ею зданий были мадраса и соборная мечеть на севере Герата, украшенные изысканным орнаментом. В Машхаде, в комплексе мавзолея имама Ризы, она возвела величественную пятничную мечеть и передала этому месту земли и имущество в вакф».
⠀
Её деятельность не ограничивалась строительством. Она оставалась фигурой, к которой обращались за советом и поддержкой.
⠀
После смерти Шахруха в 1447 году начались внутренние конфликты, и Гавхаршод бегим пыталась удержать баланс и сохранить стабильность, используя свой политический вес.
⠀
Её роль выходит за рамки формального статуса супруги. Это фигура, которая участвовала в управлении, влияла на решения и оставила заметный след в культурном развитии государства.
⠀
Подготовила Minimizary
⠀
#НемолчиУз #женщинывистории
❤10
Даже если женщина не беременна и не планирует детей, на рынке труда она может столкнуться с дискриманацией в свою сторону. Работодатели порой воспринимают молодых сотрудниц как потенциальный «декретный риск».
Исследования показывают, что из-за этого фактора женщины детородного возраста могут реже получать приглашения на работу или предложения о повышении. Работодатель предполагает будущий декрет и заранее учитывает возможные организационные расходы.
В научной литературе существует термин shadow mommy effect - «эффект тени материнства». Он описывает ситуацию, когда дискриминация возникает ещё до рождения ребёнка. В одном из крупных экспериментов исследователи отправили более 35 тысяч резюме на реальные вакансии и обнаружили, что женщины детородного возраста получали меньше откликов работодателей, даже если в резюме не было информации о семье или детях.
После рождения ребёнка ситуация часто становится ещё сложнее. Социологи называют это motherhood penalty — «штраф за материнство». Исследования показывают, что матерей чаще воспринимают как менее вовлечённых сотрудников и реже продвигают по карьерной лестнице. Экономические данные подтверждают этот эффект. В среднем заработная плата матерей может снижаться на 5–10 % за каждого ребёнка, даже если их образование и опыт сопоставимы с коллегами без детей.
Интересно, что для мужчин иногда наблюдается обратная динамика. После рождения ребёнка работодатели могут воспринимать их как более стабильных и ответственных сотрудников. Это явление называют fatherhood premium — «бонус за отцовство». Воспринимая отцов как надежных семьянинов = ответственных работников.
Многие страны пытаются снизить влияние этих факторов на рынок труда.
Самый распространённый шаг — перенос декретных выплат с работодателя на государство. Это снижает финансовый стимул избегать найма молодых женщин.
В странах Северной Европы часть отпуска закреплена именно за отцом. Если он не использует эти недели, семья их теряет. Это делает уход за ребёнком не только «женским риском».
Третье направление — развитие системы детских садов и гибкой занятости. Чем быстрее родители могут вернуться на работу, тем меньше перерыв в карьере.
На мой взгляд, проблема «тени материнства» показывает, что дискриминация на рынке труда может возникать не только из-за реальных обстоятельств, но и из-за ожиданий и стереотипов. Работодатель часто принимает решения, исходя из предположений о будущем поведении сотрудницы, а не из её профессиональных качеств. Однако справедливый рынок труда возможен, когда забота о ребёнке рассматривается как общая ответственность семьи, а не только женщины.
Исакова Амелия
#НемолчиУз #двойныестандарты
Исследования показывают, что из-за этого фактора женщины детородного возраста могут реже получать приглашения на работу или предложения о повышении. Работодатель предполагает будущий декрет и заранее учитывает возможные организационные расходы.
В научной литературе существует термин shadow mommy effect - «эффект тени материнства». Он описывает ситуацию, когда дискриминация возникает ещё до рождения ребёнка. В одном из крупных экспериментов исследователи отправили более 35 тысяч резюме на реальные вакансии и обнаружили, что женщины детородного возраста получали меньше откликов работодателей, даже если в резюме не было информации о семье или детях.
После рождения ребёнка ситуация часто становится ещё сложнее. Социологи называют это motherhood penalty — «штраф за материнство». Исследования показывают, что матерей чаще воспринимают как менее вовлечённых сотрудников и реже продвигают по карьерной лестнице. Экономические данные подтверждают этот эффект. В среднем заработная плата матерей может снижаться на 5–10 % за каждого ребёнка, даже если их образование и опыт сопоставимы с коллегами без детей.
Интересно, что для мужчин иногда наблюдается обратная динамика. После рождения ребёнка работодатели могут воспринимать их как более стабильных и ответственных сотрудников. Это явление называют fatherhood premium — «бонус за отцовство». Воспринимая отцов как надежных семьянинов = ответственных работников.
Многие страны пытаются снизить влияние этих факторов на рынок труда.
Самый распространённый шаг — перенос декретных выплат с работодателя на государство. Это снижает финансовый стимул избегать найма молодых женщин.
В странах Северной Европы часть отпуска закреплена именно за отцом. Если он не использует эти недели, семья их теряет. Это делает уход за ребёнком не только «женским риском».
Третье направление — развитие системы детских садов и гибкой занятости. Чем быстрее родители могут вернуться на работу, тем меньше перерыв в карьере.
На мой взгляд, проблема «тени материнства» показывает, что дискриминация на рынке труда может возникать не только из-за реальных обстоятельств, но и из-за ожиданий и стереотипов. Работодатель часто принимает решения, исходя из предположений о будущем поведении сотрудницы, а не из её профессиональных качеств. Однако справедливый рынок труда возможен, когда забота о ребёнке рассматривается как общая ответственность семьи, а не только женщины.
Исакова Амелия
#НемолчиУз #двойныестандарты
❤11👍5🔥1
Самопомощь при последствиях сексуализированного насилия — это не лечение, а поддержка. При выраженных симптомах ПТСР, депрессии, тревоги или диссоциации она не заменяет работу со специалистом, и это важно понимать с самого начала. Обратиться к психологу или психотерапевту с опытом работы с травмой — не слабость и не крайняя мера, а разумный шаг, который улучшает прогноз.
⠀
Главное, что следует запомнить — насилие — не ваша вина. Чувства стыда, вины и самообвинения после пережитого распространены, но они не отражают реальность. Злость — тоже нормальная и даже здоровая реакция: она говорит о том, что вы понимаете, что произошедшее было несправедливо, и это важно.
⠀
Первый шаг — признать эти чувства и попробовать говорить о своём опыте без осуждения себя. Это само по себе снижает ощущение вины.
⠀
Что может помочь
⠀
Отслеживание триггеров через дневник — один из базовых инструментов. Записывайте, что вызвало обострение (запах, слово, ситуация), какие мысли и эмоции появились следом. Это помогает замечать закономерности и постепенно снижать автоматические реакции.
⠀
Дыхательные и релаксационные техники помогают возвращаться в настоящее и снижать тревогу. Глубокое дыхание, сканирование тела, травмо-информированная йога и практики осознанности работают на восстановление связи с телом — той самой связи, которую насилие нарушает. Цель — вернуть себе ощущение, что тело принадлежит вам.
⠀
Поддерживающее окружение и небольшие самостоятельные действия — тоже часть восстановления. Избегайте самоизоляции, планируйте небольшие шаги, которые возвращают ощущение контроля над собственной жизнью.
⠀
Если вам нужна поддержка прямо сейчас, вы можете обратиться в бот @nemolchibot — за бесплатной психологической помощью от специалисток проекта НеМолчиУз.
⠀
#НемолчиУз #психологическаяпомощь
⠀
Главное, что следует запомнить — насилие — не ваша вина. Чувства стыда, вины и самообвинения после пережитого распространены, но они не отражают реальность. Злость — тоже нормальная и даже здоровая реакция: она говорит о том, что вы понимаете, что произошедшее было несправедливо, и это важно.
⠀
Первый шаг — признать эти чувства и попробовать говорить о своём опыте без осуждения себя. Это само по себе снижает ощущение вины.
⠀
Что может помочь
⠀
Отслеживание триггеров через дневник — один из базовых инструментов. Записывайте, что вызвало обострение (запах, слово, ситуация), какие мысли и эмоции появились следом. Это помогает замечать закономерности и постепенно снижать автоматические реакции.
⠀
Дыхательные и релаксационные техники помогают возвращаться в настоящее и снижать тревогу. Глубокое дыхание, сканирование тела, травмо-информированная йога и практики осознанности работают на восстановление связи с телом — той самой связи, которую насилие нарушает. Цель — вернуть себе ощущение, что тело принадлежит вам.
⠀
Поддерживающее окружение и небольшие самостоятельные действия — тоже часть восстановления. Избегайте самоизоляции, планируйте небольшие шаги, которые возвращают ощущение контроля над собственной жизнью.
⠀
Если вам нужна поддержка прямо сейчас, вы можете обратиться в бот @nemolchibot — за бесплатной психологической помощью от специалисток проекта НеМолчиУз.
⠀
#НемолчиУз #психологическаяпомощь
❤6👍6😢2