Хуанита Гомес ждала одиннадцать лет. В 2015 году, во время командировки, старший коллега попытался силой поцеловать её в лифте. Она оттолкнула его и промолчала — не потому что не понимала, что произошло, а потому что понимала слишком хорошо: слово молодой журналистки против слова известного ведущего в профессиональной среде не весит ничего. Страх оказаться неудобной, потерять репутацию, прослыть той, которая «раздувает из мухи слона» — всё это работает эффективнее любого прямого запрета.
Механизм молчания устроен именно так.

Жертва не столько боится последствий, сколько заранее берёт на себя работу по защите своего обидчика, прокручивая в голове все сценарии, в которых она окажется виноватой. Это рациональный ответ на среду, которая последовательно даёт понять: говорить не стоит.

Когда в прошлом месяце стало известно, что Caracol отстранил двух журналистов из-за обвинений в харассменте, Гомес написала о своём случае публично — не называя имён, просто рассказав, что произошло. И добавила, что возможность для других женщин говорить о насилии даёт ей ощущение, которое она назвала почти божественной справедливостью.

В этой фразе звучит облегчение от того, что реальность наконец совпала с тем, что она знала все эти годы.
Именно это совпадение и запускает лавину. Когда одна женщина говорит вслух и её не уничтожают — другие понимают, что среда изменилась достаточно, чтобы рискнуть. Психологи называют это эффектом социального доказательства: публичное свидетельство снижает внутренний барьер для всех, кто хранил похожую историю.

Десятки журналисток по всей Колумбии начали делиться своими историями под хештегами #MeTooColombia и #YoTeCreoColega. Caracol расторг контракты с двумя известными журналистами. Заместитель министра равенства ушёл в отставку после того, как всплыли доказательства отправки непристойных фото подчинённой. В парламенте потребовали отставки главы государственной медиасети RTVC.

Гомес вместе с четырьмя коллегами создала специальный адрес для сбора свидетельств.
Пришло больше 220 писем — из медицины, образования, крупных компаний, НКО. Как только возникло безопасное, анонимное пространство, выяснилось, что истории есть у всех и везде. Они просто ждали условий, при которых их можно рассказать.

Молчание кажется нейтральным выбором, но у него есть конкретная цена — следующий случай с кем-то другим, которому тоже не с кем будет сравнить свой опыт и убедиться, что он не один.​​​​​​​​​​​​​​​​

Minimizary

#НеМолчиУз #ЯНеБоюсьСказать

Существует распространенное заблуждение, что если ребенок не видел насилия напрямую, значит, оно его не коснулось.

Но детям не нужно быть свидетелями, чтобы понимать происходящее. Они слышат интонации за стеной, замечают напряжение между взрослыми и чувствуют изменение атмосферы в доме. Ребенок постоянно считывает, безопасно ли сейчас.

По данным ЮНИСЕФ, опубликованным в 2025 году, каждый четвертый ребенок в мире, около 610 миллионов, живет с матерью, подвергавшейся физическому, эмоциональному или сексуализированному насилию со стороны партнера.

Центральная и Южная Азия остаются регионами с одними из самых высоких показателей. Здесь 29% детей живут в условиях, где насилие является частью повседневной жизни. В абсолютных числах это около 201 миллиона детей.

При этом 90% родителей, переживающих насилие, уверены, что дети ничего не знают. Однако сами дети в подавляющем большинстве случаев понимают, что происходит.

Исследования фиксируют снижение успеваемости, трудности в общении, симптомы депрессии, тревожности и посттравматического стресса. Формируется устойчивое ощущение, что «со мной что-то не так», и оно может сохраняться во взрослом возрасте.

Когда ребенок становится агрессивным, замкнутым или теряет способность концентрироваться, это часто воспринимается как черта характера. На деле это реакция на небезопасную среду.

Дети дошкольного возраста могут регрессировать, снова начинать мочиться в постель, бояться засыпать, заикаться. Школьники могут винить себя, избегать сверстников, жаловаться на головные боли и боли в животе. Подростки — прогуливать школу, употреблять алкоголь и вступать в нестабильные отношения.

Каждый из этих «сигналов» — скорее признак того, что с ребенком что-то происходит.

Ребенок учится отношениям через повседневный опыт. Если рядом присутствуют страх и агрессия, они начинают восприниматься как часть нормы.

Исследования показывают, что мальчики, которые в детстве становились свидетелями насилия со стороны отца по отношению к матери, во взрослом возрасте в 1,5–3 раза чаще применяют насилие в отношении партнерши. Девочки, выросшие в такой среде, в 2–4 раза чаще становятся жертвами насилия.

Это последствия среды, которую ребенок не выбирал.

В опросах о домашнем насилии только около 10% респондентов упоминают детей. Они остаются невидимыми жертвами, хотя именно эта среда во многом формирует их будущее.

Психолог проекта Nemolchi Лиана Натрошвили отмечает:

«Насилие в семье является одной из самых высокотравмирующих ситуаций для ребенка. Даже если взрослым кажется, что удается уберечь детей и скрыть происходящее, они все равно улавливают напряжение, страх и нестабильность на эмоциональном и телесном, бессознательном уровне. Ребенок чувствует, что его мир небезопасен.

Если ребенок становится прямым участником насилия, это уже не просто хронический стресс, а ситуация, связанная с угрозой его безопасности и жизни. В таких условиях психика и тело вынуждены постоянно адаптироваться к опасности, у ребенка формируются реакции выживания, повышенная тревожность, гипернастороженность или, наоборот, «отключение» чувств.

Мы можем говорить о травме развития, когда все ресурсы направлены на выживание, а не на гармоничное становление и рост. Насилие в семье редко бывает разовым эпизодом. Чаще это длительный, повторяющийся опыт, который может продолжаться годами. Именно такая хроническая травматизация глубоко влияет на развитие ребенка, его ощущение себя, способность доверять, строить отношения и чувствовать себя уверенно».

Исакова Амелия

#немолчи #NemolchiUz #статистика #дети

Недавно я ехала на учёбу на такси из-за дождя, водитель начал задавать вопросы и общаться.
⠀
Я это приняла как что-то обычное, что он любит поболтать (мне часто попадались доброжелательные водители, которые желали мне всего хорошего и добиваться большего на учебе и т.д) поэтому я по доброму общалась и отвечала на вопросы. Позже он начал говорить, что мне пора уже замуж и если выйдет "клиент", выскочить не раздумывая, так как я уже в возрасте (мне всего 21). Дальше он начал рекламировать своего племянника, что он чинит моторы машин и легко меня обеспечит, что рядом с ним я отложу учебу. Я отказывалась и говорила, что у нас другой менталитет и мне это не нужно. Потом он спросил "может нужно по другому принять меры?", на что я уже ответила: "вы что захотели в суд?" и он посмеялся сказал: "а я уже отсидел, знаю как там и мне не жалко ради племянника" и дальше начал настаивать, что знает мой адрес и скажет племяннику украсть меня, а вину возьмет на себя.
⠀
Мне теперь страшно за свою безопасность, я не знаю сколько правды было в его «шуточных» словах. Я конечно сразу написала в поддержку, на что они просто дали мне промокод и всё.
⠀
========================
Из писем в NeMolchi.uz. Вы можете отправить свою историю анонимно: https://goo.gl/forms/3nVmQXAFLb5dq5B92
⠀
#НеМолчиУз #УзбекистанБезНасилия #НеМолчи #ЯНеБоюсьСказать

Сын знакомой рассказал историю про одну девушку. Девушка была покрытая, делал ей подарки, возил по красивым местам, обещал жениться на ней. Отправил к ней сватов, сперва они согласились, но потом через 3 дня передумали, как оказалось мать девушки покончила с собой. Поэтому у девушки в понимании его родных репутация не чистая. На вопрос знал ли он про это, ответил знал, но думал, что не узнают. В словах не было раскаяния, не было сожалений, говорил что погружается в работу с ног до головы, поэтому нет времени думать про это.
⠀
После этого случая несколько недель спустя нашли девушку с чистой репутацией и скоро у них будет свадьба.
⠀
========================
Из писем в NeMolchi.uz. Вы можете отправить свою историю анонимно: https://goo.gl/forms/3nVmQXAFLb5dq5B92
⠀
#НеМолчиУз #менталитет

Проект Nemolchi.Uz опубликовал новое расследование. Оно о девочке 15 лет, которую использовали в притоне в Хорезмской области.

Владелица притона получила 6 лет (суд учёл смягчающие обстоятельства). Известны имена более 10 подозреваемых мужчин, никто не понёс наказания. К процессу много вопросов, пишет проект.

«Газета» приводит текст расследования, написанный основательницей Nemolchi.Uz Ириной Матвиенко, с небольшими сокращениями. Публикация основана на судебных решениях и справках, полученных в МВД и Генеральной прокуратуре.

https://www.gazeta.uz/ru/2026/04/30/new-khorezm-case/

Telegram | Instagram | YouTube

‼️ «Это какой-то позор»: проект Nemolchi.Uz опубликовал новое расследование о 15-летней девочке в Хорезмской области, которую, по данным материалов дела, использовали в притоне — несмотря на установленных фигурантов, ни один из мужчин не понёс наказания

👉 Публикация основана на судебных решениях и справках МВД и Генпрокуратуры.

Девочка 2009 года рождения после конфликта с близкими ушла из дома. Некоторое время жила у подруги, где познакомилась с молодым человеком, после чего оказалась у женщины 1982 года рождения.
Данная женщина ранее уже дважды привлекалась к ответственности за мошенничество и на момент событий находилась на пробационном контроле. Несмотря на это, по данным расследования, она продолжала противоправную деятельность и организовала притон.

❗️Отдельный эпизод касается визита в РОВД: девочку привезли к сотруднику профилактики, однако её возраст и ситуация должным образом не были выяснены, и она не была передана в профильные службы.
Спустя время девочка ушла, но позже, как утверждается, была вновь привлечена под предлогом работы и жилья. После этого, по версии расследования, начались угрозы и принуждение к сексуальной эксплуатации.

Суд приговорил владелицу притона к 6 годам лишения свободы. При этом, по данным авторов, установлены более 10 мужчин, причастных к происходящему, однако они не были привлечены к ответственности.

Подробнее

@Tashkent_Land