Недавно случилась крайне неприятная ситуация. Я ехала с дочкой в автобусе. На одной из остановок зашёл мужчина лет 35-40. С ним была юная девушка (на вид лет 16-17). В коротких шортах и с ярким маникюром. Видно было, что девочка не распущенная, просто неопытная. И этот маникюр как бы сигнализировал, что на каникулах она может позволить себе быть взрослой. Что школьные учителя её не отругают за внешний вид. В остальном её внешний вид не был вызывающий.
⠀
Она держала руку так будто пыталась закрыться. Видно было что она очень напряжена. Что её спутник ей в тягость. Но по какой-то причине она с ним ехала. Похоже, что кто-то ей поручил с ним ехать. То есть, это не её выбор, но её согласие. Он очень сильно схватил ее за плечо и держал. Когда я посмотрела на него осуждающе, он приказал ей сесть на свободное сидение и сел рядом. Из-за того что я смотрела на него, он не решился её обнять или положить ей руку на колено. Она при этом сама положила руки на колени, как-бы прикрывая их от него. Когда они пошли к выходу он начал как-бы невзначай трогать ее спину и руки. На моё осуждение (Я прямо сказала: какой наглый! ) он начал вызывающе на меня смотреть и еще интенсивнее её трогать. После чего перевёл взгляд на мою дочь. Как она мне потом сказала: смотрел не столько вожделея, сколько оскорблял. Очень грязно смотрел. Выйдя из автобуса он пытался ухватить свою спутницу за руку, но она извернулась.
⠀
Дело в том, что я не знаю как реагировать в таких ситуациях. Если бы он её схватил за бедра или грудь, я бы устроила скандал. А так все было на грани, но не придерешься...
⠀
========================
Из писем в NeMolchi.uz. Вы можете отправить свою историю анонимно: https://goo.gl/forms/3nVmQXAFLb5dq5B92
⠀
#НеМолчиУз

Домашнее насилие остается серьезной проблемой во всем мире. Однако Испания считается одной из стран, которой удалось выстроить комплексную систему защиты пострадавших и профилактики повторного насилия.

Все началось после убийство Аны Орантес в 1997 году. За несколько дней до своей смерти она дала телевизионное интервью, в котором рассказала о десятилетиях домашнего насилия со стороны бывшего мужа. Несмотря на развод, супруги были вынуждены жить в одном доме, но на разных этажах. Спустя 13 дней после эфира бывший муж убил Ану, что вызвало широкий общественный резонанс и заставило власти пересмотреть подход к борьбе с гендерным насилием.

В 2004 году Испания приняла Органический закон о комплексных мерах защиты от гендерного насилия. Документ рассматривает насилие в отношении женщин не только как уголовное преступление, но и как серьезную социальную проблему. Закон объединил меры профилактики, защиты пострадавших, уголовного преследования и поддержки жертв.

Совет Европы отмечает, что Испания добилась значительного прогресса благодаря скоординированной работе полиции, судов, медицинских учреждений и социальных служб. Отдельно подчеркивается важность регулярной публикации статистики, а также участия СМИ и бизнеса в профилактике гендерного насилия.

Государственная поддержка не ограничивается судебным разбирательством. Пострадавшие могут бесплатно получить юридическую помощь, психологическую поддержку, финансовые выплаты, помощь с трудоустройством, социальным жильем, защитой персональных данных и мерами безопасности для детей. Для иностранных женщин также предусмотрены отдельные механизмы защиты, включая возможность получить вид на жительство независимо от семейного статуса.

Одним из ключевых элементов этой системы стала VioGén — государственная платформа оценки риска повторного насилия. После обращения женщины в полицию система анализирует вероятность новых нападений и определяет уровень угрозы. В зависимости от результата назначаются меры защиты: от регулярного наблюдения до усиленной полицейской охраны. Оценка риска регулярно обновляется, чтобы при необходимости оперативно усилить меры безопасности.

Сегодня испанская модель считается одной из наиболее комплексных в Европе. Она сочетает уголовное преследование виновных, систему оценки риска, специализированные суды, бесплатную помощь пострадавшим и постоянное взаимодействие полиции, медицинских учреждений и социальных служб.

Подготовила Милена

#законы #НеМолчиУз #насилиевмире

Чтобы понять, как действующее трудовое законодательство работает на практике, достаточно представить несколько типичных ситуаций.

Руководитель систематически делает сотруднице унизительные замечания и намекает, что ее карьерный рост зависит от личной лояльности. Специальной нормы, позволяющей квалифицировать такое поведение как домогательство, в Трудовом кодексе нет. Теоретически можно попытаться рассматривать ситуацию как дискриминацию, однако трудовое законодательство понимает дискриминацию прежде всего как ограничение трудовых прав, а не как создание унизительной или враждебной рабочей среды.
В результате суд будет оценивать, были ли формально нарушены права работницы, а не сам характер происходящего. 


Женщина сообщает работодателю о домогательствах со стороны коллеги. Спустя месяц ее переводят на другую должность с более низкой оплатой труда, объясняя это производственной необходимостью. Если она не относится к категориям работников, для которых предусмотрены специальные гарантии, закон не предоставляет ей дополнительной защиты. Более того, именно она должна доказать, что ухудшение условий труда связано с поданной жалобой. 

Практикантка подвергается домогательствам со стороны сотрудника организации. Поскольку трудовой договор с ней не заключен, положения Трудового кодекса на нее не распространяются.


Работница хочет сообщить о домогательствах, но опасается огласки. Закон не предусматривает специальной конфиденциальной процедуры подачи и рассмотрения таких обращений. На практике это нередко означает выбор между молчанием и публичным конфликтом.

Во всех этих ситуациях действующее трудовое законодательство не предоставляет специальных механизмов защиты.

Альбина Курмычкина

#НеМолчиУз #мот190

❓Существует ли культура репутации?

Сабина Бакиева — о том, почему одна конфликтная ситуация может разрушить образ, который создавался годами, и как агентство старается предотвращать репутационные риски и дипломатично решать спорные моменты.

❗️Полное интервью на YouTube канале

Продакшн: MEZARCHILD

#НеМолчиУз #героини_немолчи

Инспектор профилактики, пользуясь служебным положением, насиловал и развращал малолетнюю девочку. Мы писали об этом деле ранее.

22 июля 2026 года Денауский районный суд вынес приговор по делу А. Рахматова. Суд признал его виновным по ст. 118 ч. 4 (изнасилование лица, не достигшего 14 лет) и ст. 206 ч. 1 УК (превышение должностных полномочий). Обвинение по ст. 129 ч. 3 (развратные действия) в приговор не вошло.

Назначено наказание 15 лет 1 месяц лишения свободы с отбыванием в колонии общего режима и лишением права работать в органах внутренних дел на 2 года.

Приговор пока не обжалован и не опротестован.

Приговор - это ответственность конкретного человека, но вопрос, который мы поднимали изначально, остаётся открытым: пока отбор и контроль на таких должностях не изменятся системно, единичные приговоры не защитят детей от повторения подобных случаев.

#НемолчиУз #ТребуемСправедливости

Я дочь известных родителей и живу в обеспеченной семье, но проживаю сущий невыносимый ад.
⠀
Раньше я была творческим человеком, которая сменила деятельность, но на работе я часто заикаюсь и путаю слова и приходится переснимать всё. У меня огромные скандалы дома сейчас, которые начинались как мелкие избиения меня сестрой. С детства отец игнорировал и посоветовал просто давать сдачи. А маму она не слушалась. Она нападала на меня выбив дверь, а я стояла за дверью чтобы защищаться и звала участкового.
Второй раз попыталась задушить меня во сне, родители разняли. В третий раз побила.
⠀
Выгоняла из дома, когда родителей нет. Оскорбляла мой темный цвет кожи и внешность. Снимает на видео каждый мой шаг и издевается.
⠀
Органы выдали мне охранный ордер после 5 раза, но отказывали вначале. Психологи увидев меня крайне измученной сжалились и дали ордер. Она снимала на видео все мои нервные срывы. После ежедневных издевательств и угроз и милиция думает, что я провокатор очень хороший и говорит, что сестре тоже нужен ордер срочно и нас двоих упекут в психушку. Маме плохо, но органы игнорируют. У неё начались проблемы со здоровьем из-за стресса. Нам некуда идти, ведь я болею и много работать не могу, у мамы частые повышения давления из-за конфликтов и с сердцем плохо. Сестра пыталась покончить с собой, у неё много шрамов на руке и недавно она сделала передозировку медикаментами.
⠀
У меня было несколько нервных срывов за короткое время. Все это видели и думают что агрессор. Но они не знают, насколько она агрессивная. Если меня не станет, мама этого не переживет, так как я так я защищаю её от пьяного отца, который ей часто угрожает. Родители меня не обеспечивают, так как и так у них много затрат. Продукты и так далее всё есть, но квартиру будь добра снимать сама.
⠀
Нахожусь в состоянии сильнейшего шока, трясусь от громких звуков, мне тяжело дышать.
⠀
Люди подходили, жалели, но ничем не могли помочь. Я спала одна в заброшке, в тёмном и грязном месте с бездомными собаками, которые на удивление не тронули меняи даже не лаяли. К родственникам уйти не смогу, так как они мягко намекают, что я исчерпала лимит, постоянно сбегая к ним домой...
⠀
========================
Из писем в NeMolchi.uz. Вы можете отправить свою историю анонимно: https://goo.gl/forms/3nVmQXAFLb5dq5B92
⠀
#НеМолчиУз

Если вы стали свидетелем насилия, жестокого обращения, пренебрежения нуждами ребёнка или ситуации, которая угрожает его жизни и здоровью, обязательно сообщите об этом.

Позвоните по короткому номеру 1246.

Ваше обращение будет принято, а конфиденциальность личности заявителя гарантируется.

Обращайтесь незамедлительно, если вы стали свидетелем:
-физического, психологического или сексуализированного насилия в отношении ребёнка;
-жестокого обращения или пренебрежения его основными потребностями;
-любых других обстоятельств, угрожающих жизни, здоровью или безопасности ребёнка.

В настоящее время горячая линия 1246 работает в тестовом режиме.

Один звонок может спасти ребёнка и изменить его жизнь.

Не молчите! Защита детей - ответственность каждого из нас.

#НемолчиУз #дети

Не каждое проявление насилия оставляет синяки. Когда мы слышим словосочетание «насилие на работе», обычно представляем крики, оскорбления или даже драку. Но в реальности давление на рабочем месте гораздо чаще выглядит иначе. Оно может быть почти незаметным и потому долго оставаться без внимания.

Сотрудники нередко мирятся с постоянными унижениями, изоляцией или психологическим давлением, объясняя это тяжелым характером руководителя или «такой корпоративной культурой». По международным стандартам это не считается нормой. Конвенция Международной организации труда № 190 закрепляет право каждого человека работать в среде, свободной от физического, психологического, сексуального и экономического насилия.
Разберем формы такого давления, которые не всегда очевидны, но с точки зрения международного права считаются недопустимыми.

Если бойкот в школе обычно вызывает осуждение, то на работе его легко выдают за «рабочие моменты» или особенности коллектива.

На самом деле это моббинг — систематическая травля одного сотрудника со стороны коллег. 
Она может проявляться по-разному. Человека намеренно не включают в рабочие обсуждения, скрывают важную информацию, распространяют о нем слухи, высмеивают или постепенно исключают из жизни команды.

Последствия затрагивают не только эмоциональное состояние человека.  Постоянное давление разрушает профессиональную репутацию, подрывает уверенность в себе и нередко приводит к выгоранию, депрессии или увольнению.

С переходом многих процессов в онлайн рабочее общение вышло далеко за пределы офиса. Вместе с ним появились и новые формы давления.
Рабочий чат легко превращается в место, где можно унизить человека одним сообщением.

Язвительные комментарии, публичный разбор ошибок, задачи, отправленные вне рабочего времени с ожиданием мгновенного ответа, капслок, агрессивные эмодзи. Иногда против одного сотрудника создают отдельный чат, где его обсуждают, высмеивают или намеренно исключают из общего общения. По сути, это кибербуллинг, который переносится в рабочую коммуникацию.
Такое поведение размывает границы между работой и личной жизнью и создает атмосферу постоянного психологического давления.

Экран не делает насилие менее болезненным. Унижение в цифровом пространстве остается в переписке, его видят коллеги, к нему можно возвращаться снова и снова. Поэтому последствия такого давления нередко оказываются не менее тяжелыми, чем при личном конфликте.

Рина Эргашева

#НемолчиУз #мот190

❓Где проходит грань между традициями и манипуляцией?

Героиня нашего выпуска Сабина Бакиева рассуждает о том, когда традиции становятся инструментом контроля, можно ли сохранять старые обычаи в современных реалиях и насколько важно выстраивать здоровую преемственность между поколениями.

Полное интервью смотрите на нашем YouTube-канале по ссылке.

Продакшн: MEZARCHILD

#НемолчиУз #героини_немолчи

9 июля в парке «Истироҳат» в Шайхантахурском районе города Ташкента мужчина напал на девушку после того, как она отказалась выходить за него замуж. По материалам дела, он схватил её за волосы, закрыл рукой рот и начал приставать, несмотря на её отказ.

Шайхантахурский районный суд по уголовным делам признал мужчину виновным по ст. 41-1 КоАО РУз («Сексуальные домогательства») и назначил ему наказание в виде 5 суток административного ареста. Во время судебного заседания мужчина признал свою вину и попросил прощения.

Статья 41-1 КоАО РУз действует с 2021 года и предусматривает административную ответственность за сексуальные домогательства. Несмотря на это, многие до сих пор не знают о существовании этой нормы и о том, что подобные действия могут повлечь административную ответственность.

Девушка отказалась выходить за него замуж. На этом история должна была закончиться. Но вместо того чтобы принять её решение, мужчина решил применить силу. К сожалению, подобные случаи до сих пор показывают, что некоторые воспринимают отказ не как окончательный ответ, а как повод продолжать добиваться своего.

#НеМолчиУз #универсальные5суток

У токсичной корпоративной культуры есть цена. Ее платят сотрудники своим здоровьем и карьерой. Компании — деньгами, репутацией и людьми.

В этом материале речь пойдет об экономическом давлении, о том, почему женщины чаще сталкиваются с дискриминацией и домогательствами на рабочем месте, а также о том, почему атмосфера страха дорого обходится не только сотрудникам, но и бизнесу.

Не выплатить премию. Задержать зарплату. Попросить бесплатно поработать вечером. Намекнуть, что повышение придется подождать, если сотрудник не будет задавать лишних вопросов. Или урезать бюджет проекта так, чтобы человек сам написал заявление.
Бывает и иначе: повышение или даже сохранение должности становятся платой за молчание о нарушениях или выполнение чужих неформальных требований. 

Когда от зарплаты зависит возможность платить за квартиру, содержать семью или просто жить, деньги становятся удобным инструментом давления. Конвенция МОТ № 190 рассматривает такие ситуации как одну из форм насилия на работе.

Насилие на работе может коснуться любого человека. Но женщины сталкиваются с ним чаще — и далеко не всегда в очевидной форме. 
«Когда собираешься в декрет?», «После рождения ребенка ты уже не сможешь работать как раньше», «Для девушки ты слишком амбициозная». Сексистские шутки, вопросы о беременности, комментарии о внешности, сомнения в профессиональных качествах, сексуализированные домогательства или давление после рождения ребенка до сих пор остаются частью рабочего опыта многих женщин.
Во многих случаях эти ситуации настолько привычны, что сами пострадавшие перестают воспринимать их как нарушение своих прав.

Многие руководители до сих пор считают жесткий прессинг эффективным стилем менеджмента. Это довольно опасное заблуждение. Токсичная атмосфера снижает продуктивность коллектива и в конечном итоге приводит к финансовым потерям. 
Люди, которые постоянно работают в стрессе, чаще ошибаются, быстрее выгорают и перестают проявлять инициативу. Вместо того чтобы решать рабочие задачи, они тратят силы на то, чтобы избежать очередного конфликта. 

Сотрудники уходят из токсичных компаний, забирая с собой опыт и клиентов. Оставшиеся работают по минимуму. Есть и репутационные риски: в эпоху открытости информация о нарушении трудовых прав быстро становится публичной, уничтожая имидж компании и доверие к ней.

Как мы уже сказали, насилие на работе не всегда оставляет синяки. Иногда после него остаются бессонница, тревога, страх идти на работу и чувство собственной никчемности. Терпеть такое не входит в должностные обязанности.

Рина Эргашева

#НеМолчиУз #мот190