📣 OPEN CALL: Стань частью выставки #NeUyat26!
Искусство способно лечить, ломать стены и давать мощный голос там, где привыкли молчать.
Проект НеМолчиУз открывает приём заявок на участие в арт-проекте «NeUyat». Мы ищем сильные работы, посвященные теме преодоления насилия, работы со стыдом и травмой, обретению внутренней свободы и исцелению.
Приглашаем художниц, иллюстраторок, фотографок, исследовательниц и авторок инсталляций. Если вам важно говорить через творчество о глубоко личном и социальном — это пространство создано для вас.
«NeUyat» — точка безопасного диалога, поддержки и переосмысления опыта, который слишком долго оставался в тени.
В этом году выставка выходит на новый уровень и превращается в масштабный региональный тур по пяти областям Узбекистана — от Нукуса до Ферганской долины!
📅 Важные даты:
• 14–30 августа — приём заявок
• 2 сентября — объявление итогов отбора
• до 1 октября — сдача готовых работ
🔗 Форма заявки: https://forms.gle/6APN7gFPET5D8PUr8
Проект реализуется при поддержке Посольства Швейцарии в Узбекистане.
#NeUyat26 #НеМолчиУз
Искусство способно лечить, ломать стены и давать мощный голос там, где привыкли молчать.
Проект НеМолчиУз открывает приём заявок на участие в арт-проекте «NeUyat». Мы ищем сильные работы, посвященные теме преодоления насилия, работы со стыдом и травмой, обретению внутренней свободы и исцелению.
Приглашаем художниц, иллюстраторок, фотографок, исследовательниц и авторок инсталляций. Если вам важно говорить через творчество о глубоко личном и социальном — это пространство создано для вас.
«NeUyat» — точка безопасного диалога, поддержки и переосмысления опыта, который слишком долго оставался в тени.
В этом году выставка выходит на новый уровень и превращается в масштабный региональный тур по пяти областям Узбекистана — от Нукуса до Ферганской долины!
📅 Важные даты:
• 14–30 августа — приём заявок
• 2 сентября — объявление итогов отбора
• до 1 октября — сдача готовых работ
🔗 Форма заявки: https://forms.gle/6APN7gFPET5D8PUr8
Проект реализуется при поддержке Посольства Швейцарии в Узбекистане.
#NeUyat26 #НеМолчиУз
🔥9
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Ни один HR-отдел не спрашивает на собеседовании: «А вы бьете дома жену?». Ни одна компания не застрахована от того, что внутри ее штата окажется абьюзер. Но разница между профессиональным брендом и токсичным бизнес-пространством заключается в том, что происходит после вскрытия фактов.
Когда один сотрудник сети Fit City был уличён в домашнем насилии, сеть тренажёрных залов выбрала правильный путь с точки зрения PR — системную отработку негатива через ценности. Флешмоб, где каждый тренер записал сторис с высказыванием против насилия, показывает социальную позицию бренда. Когда авторитеты говорят о том, что насилие — это слабость и отклонение от нормы, рушится установка токсичной маскулинности.
Сейчас Fit City формирует новую социальную норму внутри спортсообщества: насилие перестает быть «приватным домашним делом» и становится тем, от чего общество публично отказывается. Знание того, что руководству, тренеркам и тренерам не всё равно, кто работает рядом, возвращает женщинам чувство безопасности.
Радует, что компания не стала прятаться за обтекаемыми формулировками, а заявила о важном. Мы пишем про бренды, когда они допускают ошибки, замалчивают проблемы или пытаются спустить всё на тормозах. Но также умеем отдавать должное, когда организация показывает достойную и взрослую реакцию.
Надеемся, этот кейс станет наглядным ориентиром для других компаний. Проблемы могут возникнуть у каждого, но то, как вы из них выходите, показывает реальное лицо бизнеса.
#НеМолчиУз #УзбекистанБезНасилия #НетНасилию
Когда один сотрудник сети Fit City был уличён в домашнем насилии, сеть тренажёрных залов выбрала правильный путь с точки зрения PR — системную отработку негатива через ценности. Флешмоб, где каждый тренер записал сторис с высказыванием против насилия, показывает социальную позицию бренда. Когда авторитеты говорят о том, что насилие — это слабость и отклонение от нормы, рушится установка токсичной маскулинности.
Сейчас Fit City формирует новую социальную норму внутри спортсообщества: насилие перестает быть «приватным домашним делом» и становится тем, от чего общество публично отказывается. Знание того, что руководству, тренеркам и тренерам не всё равно, кто работает рядом, возвращает женщинам чувство безопасности.
Радует, что компания не стала прятаться за обтекаемыми формулировками, а заявила о важном. Мы пишем про бренды, когда они допускают ошибки, замалчивают проблемы или пытаются спустить всё на тормозах. Но также умеем отдавать должное, когда организация показывает достойную и взрослую реакцию.
Надеемся, этот кейс станет наглядным ориентиром для других компаний. Проблемы могут возникнуть у каждого, но то, как вы из них выходите, показывает реальное лицо бизнеса.
#НеМолчиУз #УзбекистанБезНасилия #НетНасилию
❤30🔥17👎3
В Жамбылской области полиция расследует заявление 18-летней беременной девушки, которая сообщила, что муж вывез ее на кладбище, избивал, душил и угрожал ножом. По ее словам, насилие продолжалось даже после того, как у нее отошли воды и начались схватки.
По опубликованным рассказам, конфликт начался из-за того, что девушка вышла из дома без разрешения супруга. Мужчина силой посадил ее в автомобиль и бил по голове по дороге. На кладбище он забрал ее телефон, чтобы проверить переписку, угрожал ножом, бил по лицу и душил.
«У меня отошли воды и начались схватки, но он больше часа удерживал меня на кладбище. Чем сильнее я плакала, тем сильнее он меня бил», — передали журналисты слова пострадавшей. В итоге девушке удалось тайно написать подруге, которая помогла привлечь внимание к произошедшему и обратиться за помощью.
Подобные истории часто пытаются спрятать под менталитет за словами «личное дело семьи», «не надо выносить сор из избы» или «ради ребенка нужно сохранить семью». Но семья не может быть оправданием для страха, побоев и лишения свободы. Когда женщину контролируют, изолируют и бьют молчание не сохраняет отношения. Оно оставляет женщину один на один с насилием.
Подготовила Фарида Алиева
#НеМолчиУз #насилиевмире
По опубликованным рассказам, конфликт начался из-за того, что девушка вышла из дома без разрешения супруга. Мужчина силой посадил ее в автомобиль и бил по голове по дороге. На кладбище он забрал ее телефон, чтобы проверить переписку, угрожал ножом, бил по лицу и душил.
«У меня отошли воды и начались схватки, но он больше часа удерживал меня на кладбище. Чем сильнее я плакала, тем сильнее он меня бил», — передали журналисты слова пострадавшей. В итоге девушке удалось тайно написать подруге, которая помогла привлечь внимание к произошедшему и обратиться за помощью.
Подобные истории часто пытаются спрятать под менталитет за словами «личное дело семьи», «не надо выносить сор из избы» или «ради ребенка нужно сохранить семью». Но семья не может быть оправданием для страха, побоев и лишения свободы. Когда женщину контролируют, изолируют и бьют молчание не сохраняет отношения. Оно оставляет женщину один на один с насилием.
Подготовила Фарида Алиева
#НеМолчиУз #насилиевмире
😢36🤬17❤5🤯5🔥1🤔1
Мне почти 20 лет. Я родилась здесь, а когда мне было почти пять лет, мы с мамой переехали в другую страну, к моему отцу. Там прошло моё детство. Через несколько лет я вернулась обратно к своим сёстрам. Они говорили мне, что здесь у меня будет лучшая жизнь, что они будут за меня горой, будут поддерживать и помогать мне. Я им верила. Но постепенно всё стало совсем не так.
⠀
Примерно с 15 лет я начала чувствовать, что моя жизнь всё меньше принадлежит мне. Мне не давали свободно гулять, встречаться с друзьями, самостоятельно принимать решения. Я постоянно должна была спрашивать разрешение и думать о том, как отреагируют дома. Я очень рано привыкла жить не для себя. Когда мне было почти 15 лет, моя старшая сестра родила первого ребёнка, а через год — второго. После рождения второго ребёнка она уехала в другую страну. Дети были совсем маленькими, сестра периодически прилетала, но большую часть времени они находились здесь. Я вместе с мамой занималась ими: меняла подгузники, готовила смесь, вставала ночью, гуляла, помогала по дому.
⠀
Когда мне было почти 16 лет, другая сестра родила ребёнка. После родов у неё началась депрессия, и мама отправила меня к ней. Я жила у неё и практически занималась ребёнком и всем домом: ухаживала за малышом, готовила смесь, меняла подгузники, вставала ночью, убиралась, стирала, гладила, готовила.Я сама тогда была ещё ребёнком. Но я просто делала то, что от меня требовали. Потому что с детства привыкла, что нужно помогать семье, что нельзя отказывать, что нужно слушаться.
⠀
Я никогда не воспринимала своих племянников как обузу. Я люблю их и всегда старалась быть рядом. Но сейчас, оглядываясь назад, мне очень больно понимать, сколько своей юности я отдала заботе о других. Я почти не гуляла. Не жила той жизнью, которой обычно живут подростки. Я постоянно была дома или с детьми. И даже когда мне хотелось чего-то для себя, я привыкла сначала думать о том, что скажут родственники. Я научилась говорить «да», даже когда внутри кричало «нет».
⠀
Сейчас мне почти 20, а я всё ещё не умею нормально за себя постоять. Я очень боюсь своего брата. Это не просто «мне неприятно, когда он злится». Я действительно его боюсь. Когда он становится очень злым, у меня начинается дрожь, появляются мурашки по телу, внутри всё сжимается. Я перестаю нормально соображать и не могу сказать то, что хочу. Мне хочется просто замолчать, чтобы он не разозлился ещё сильнее. Раньше в моменты сильной злости он бил меня. Сейчас он меня не бьёт, но страх никуда не исчез. Я всё равно боюсь его реакции. И мне очень тяжело от того, что я не могу почувствовать себя в безопасности даже дома.
⠀
Мама тоже часто говорит мне очень жестокие вещи. Она может оскорблять меня, говорить, что зря меня родила, что лучше бы я умерла и говорить другие слова, которые очень сильно меня ранят. Я старалась не обращать внимания. Говорила себе: «Это же мама, она просто злится». Но когда такие слова слышишь много раз, они остаются внутри. При этом мне постоянно говорят, что брат работает и обеспечивает семью, поэтому я должна слушаться, делать всё по дому и быть благодарной. Я действительно помогала семье. Я занималась детьми, домом, делала всё, что могла. Я работаю и большую часть своей зарплаты отдавала маме. Но мне практически никогда не говорили «спасибо». И дело даже не в благодарности. Мне просто хотелось хотя бы иногда почувствовать, что мой труд и мои чувства тоже имеют значение.
⠀
Несколько месяцев назад моих племянников отвезли в другую страну, к их маме. Сейчас они уже живут с ней. И только теперь я особенно остро почувствовала пустоту и поняла, насколько много лет я жила чужими проблемами. Я очень устала. Устала постоянно быть удобной. Устала бояться сказать «нет». Устала чувствовать вину за то, что хочу жить своей жизнью. Устала от того, что мои решения постоянно пытаются принимать за меня...
⠀
========================
Из писем в NeMolchi.uz. Вы можете отправить свою историю анонимно: https://goo.gl/forms/3nVmQXAFLb5dq5B92
⠀
#НеМолчиУз #УзбекистанБезНасилия #НеМолчи #ЯНеБоюсьСказать
⠀
Примерно с 15 лет я начала чувствовать, что моя жизнь всё меньше принадлежит мне. Мне не давали свободно гулять, встречаться с друзьями, самостоятельно принимать решения. Я постоянно должна была спрашивать разрешение и думать о том, как отреагируют дома. Я очень рано привыкла жить не для себя. Когда мне было почти 15 лет, моя старшая сестра родила первого ребёнка, а через год — второго. После рождения второго ребёнка она уехала в другую страну. Дети были совсем маленькими, сестра периодически прилетала, но большую часть времени они находились здесь. Я вместе с мамой занималась ими: меняла подгузники, готовила смесь, вставала ночью, гуляла, помогала по дому.
⠀
Когда мне было почти 16 лет, другая сестра родила ребёнка. После родов у неё началась депрессия, и мама отправила меня к ней. Я жила у неё и практически занималась ребёнком и всем домом: ухаживала за малышом, готовила смесь, меняла подгузники, вставала ночью, убиралась, стирала, гладила, готовила.Я сама тогда была ещё ребёнком. Но я просто делала то, что от меня требовали. Потому что с детства привыкла, что нужно помогать семье, что нельзя отказывать, что нужно слушаться.
⠀
Я никогда не воспринимала своих племянников как обузу. Я люблю их и всегда старалась быть рядом. Но сейчас, оглядываясь назад, мне очень больно понимать, сколько своей юности я отдала заботе о других. Я почти не гуляла. Не жила той жизнью, которой обычно живут подростки. Я постоянно была дома или с детьми. И даже когда мне хотелось чего-то для себя, я привыкла сначала думать о том, что скажут родственники. Я научилась говорить «да», даже когда внутри кричало «нет».
⠀
Сейчас мне почти 20, а я всё ещё не умею нормально за себя постоять. Я очень боюсь своего брата. Это не просто «мне неприятно, когда он злится». Я действительно его боюсь. Когда он становится очень злым, у меня начинается дрожь, появляются мурашки по телу, внутри всё сжимается. Я перестаю нормально соображать и не могу сказать то, что хочу. Мне хочется просто замолчать, чтобы он не разозлился ещё сильнее. Раньше в моменты сильной злости он бил меня. Сейчас он меня не бьёт, но страх никуда не исчез. Я всё равно боюсь его реакции. И мне очень тяжело от того, что я не могу почувствовать себя в безопасности даже дома.
⠀
Мама тоже часто говорит мне очень жестокие вещи. Она может оскорблять меня, говорить, что зря меня родила, что лучше бы я умерла и говорить другие слова, которые очень сильно меня ранят. Я старалась не обращать внимания. Говорила себе: «Это же мама, она просто злится». Но когда такие слова слышишь много раз, они остаются внутри. При этом мне постоянно говорят, что брат работает и обеспечивает семью, поэтому я должна слушаться, делать всё по дому и быть благодарной. Я действительно помогала семье. Я занималась детьми, домом, делала всё, что могла. Я работаю и большую часть своей зарплаты отдавала маме. Но мне практически никогда не говорили «спасибо». И дело даже не в благодарности. Мне просто хотелось хотя бы иногда почувствовать, что мой труд и мои чувства тоже имеют значение.
⠀
Несколько месяцев назад моих племянников отвезли в другую страну, к их маме. Сейчас они уже живут с ней. И только теперь я особенно остро почувствовала пустоту и поняла, насколько много лет я жила чужими проблемами. Я очень устала. Устала постоянно быть удобной. Устала бояться сказать «нет». Устала чувствовать вину за то, что хочу жить своей жизнью. Устала от того, что мои решения постоянно пытаются принимать за меня...
⠀
========================
Из писем в NeMolchi.uz. Вы можете отправить свою историю анонимно: https://goo.gl/forms/3nVmQXAFLb5dq5B92
⠀
#НеМолчиУз #УзбекистанБезНасилия #НеМолчи #ЯНеБоюсьСказать
😢55❤7🤔3
Дисменорея — это медицинский термин для болезненных менструаций, и она делится на два вида.
Первичная дисменорея — это боль, не связанная с каким-либо заболеванием органов малого таза. Она появляется обычно в подростковом возрасте, вскоре после начала месячных, и ее причина — избыточная выработка простагландинов, веществ, которые заставляют матку сокращаться сильнее, чем нужно. Это самая распространенная гинекологическая жалоба. По разным данным, с болезненными месячными сталкивается от 50 до 90% менструирующих женщин, а у 5–10% боль настолько сильная, что мешает работать или учиться.
Вторичная дисменорея — это боль, которая вызвана конкретным диагностированным заболеванием: эндометриозом, миомой матки, воспалительными процессами в малом тазу, аденомиозом, полипами эндометрия или синдромом поликистозных яичников. Она чаще появляется позже, во взрослом возрасте, и требует не просто обезболивания, а лечения основного заболевания.
Именно вторичную дисменорею — то есть боль с подтвержденным диагнозом и признают законодательства Испании, Португалии и Черногории как основание для отпуска.
Логика законодателей понятна, вторичная дисменорея — это симптом более широкой проблемы со здоровьем, которую нужно официально зафиксировать, чтобы отпуск не выглядел как произвольная льгота «для всех, кому не хочется идти на работу». Диагноз дает объективный критерий, который можно проверить справкой, так государству проще администрировать льготу и избежать злоупотреблений.
Однако, у этого подхода есть слабое место, и о нем открыто говорят исследователи и правозащитные организации в самих странах, принявших такие законы. Проблема в том, что диагноз вторичной дисменореи получить не так просто и не так быстро, как кажется. Например, для эндометриоза — одной из самых частых причин вторичной дисменореи — среднемировая задержка между появлением симптомов и постановкой диагноза составляет около 6,6–7 лет, а в некоторых странах доходит до 10–11 лет.
Причины разные: женщины годами списывают боль на «нормальные месячные», врачи не всегда направляют на нужные обследования, а диагностика (например, лапароскопия для подтверждения эндометриоза) не везде доступна.
Получается парадокс, на который указывают критики таких законов: женщина с изнуряющей первичной дисменореей, у которой просто не было возможности (денег, времени, доступа к специалисту) годами должна добиваться диагноза, при этом юридически не имеет права на отпуск — в отличие от женщины с официально подтвержденным, но не обязательно более тяжелым по ощущениям диагнозом. То есть закон, задуманный как признание женской боли, на практике может воспроизводить то же самое неравенство в доступе к медицине, которое и мешает женщинам получать диагнозы вовремя.
Есть и более широкая версия этой критики — против самой идеи «менструального отпуска» как отдельной категории: часть исследователей и активисток опасается, что выделение месячных в особую причину для отпуска может, наоборот, усилить стереотип о женщинах как о менее надежных работницах и подтолкнуть работодателей к скрытой дискриминации при найме. Как альтернативу иногда предлагают более простой путь — просто расширить обычный больничный на случаи сильной менструальной боли, без отдельной бюрократии и без необходимости доказывать конкретный диагноз.
Подготовила А. Курмычкина
#НемолчиУз
Первичная дисменорея — это боль, не связанная с каким-либо заболеванием органов малого таза. Она появляется обычно в подростковом возрасте, вскоре после начала месячных, и ее причина — избыточная выработка простагландинов, веществ, которые заставляют матку сокращаться сильнее, чем нужно. Это самая распространенная гинекологическая жалоба. По разным данным, с болезненными месячными сталкивается от 50 до 90% менструирующих женщин, а у 5–10% боль настолько сильная, что мешает работать или учиться.
Вторичная дисменорея — это боль, которая вызвана конкретным диагностированным заболеванием: эндометриозом, миомой матки, воспалительными процессами в малом тазу, аденомиозом, полипами эндометрия или синдромом поликистозных яичников. Она чаще появляется позже, во взрослом возрасте, и требует не просто обезболивания, а лечения основного заболевания.
Именно вторичную дисменорею — то есть боль с подтвержденным диагнозом и признают законодательства Испании, Португалии и Черногории как основание для отпуска.
Логика законодателей понятна, вторичная дисменорея — это симптом более широкой проблемы со здоровьем, которую нужно официально зафиксировать, чтобы отпуск не выглядел как произвольная льгота «для всех, кому не хочется идти на работу». Диагноз дает объективный критерий, который можно проверить справкой, так государству проще администрировать льготу и избежать злоупотреблений.
Однако, у этого подхода есть слабое место, и о нем открыто говорят исследователи и правозащитные организации в самих странах, принявших такие законы. Проблема в том, что диагноз вторичной дисменореи получить не так просто и не так быстро, как кажется. Например, для эндометриоза — одной из самых частых причин вторичной дисменореи — среднемировая задержка между появлением симптомов и постановкой диагноза составляет около 6,6–7 лет, а в некоторых странах доходит до 10–11 лет.
Причины разные: женщины годами списывают боль на «нормальные месячные», врачи не всегда направляют на нужные обследования, а диагностика (например, лапароскопия для подтверждения эндометриоза) не везде доступна.
Получается парадокс, на который указывают критики таких законов: женщина с изнуряющей первичной дисменореей, у которой просто не было возможности (денег, времени, доступа к специалисту) годами должна добиваться диагноза, при этом юридически не имеет права на отпуск — в отличие от женщины с официально подтвержденным, но не обязательно более тяжелым по ощущениям диагнозом. То есть закон, задуманный как признание женской боли, на практике может воспроизводить то же самое неравенство в доступе к медицине, которое и мешает женщинам получать диагнозы вовремя.
Есть и более широкая версия этой критики — против самой идеи «менструального отпуска» как отдельной категории: часть исследователей и активисток опасается, что выделение месячных в особую причину для отпуска может, наоборот, усилить стереотип о женщинах как о менее надежных работницах и подтолкнуть работодателей к скрытой дискриминации при найме. Как альтернативу иногда предлагают более простой путь — просто расширить обычный больничный на случаи сильной менструальной боли, без отдельной бюрократии и без необходимости доказывать конкретный диагноз.
Подготовила А. Курмычкина
#НемолчиУз
👍10❤6🔥1🤯1
Постмодернистский (постструктуралистский) феминизм смещает фокус с материальных и политических институтов на язык, дискурс, знания и представления о норме. Если предыдущие течения спорили о том, как освободить женщин, то постмодернистский феминизм спрашивает: «А что мы вообще имеем в виду, когда говорим "женщина"? И кто задал эти рамки?»
⠀
Постмодернизм сомневается в существовании некой единой «женской природы» или врожденной эссенции. Понятия «мужчина» и «женщина» — это не застывшие биологические данности, а социальные и языковые конструкты, которые меняются от эпохи к эпохе.
⠀
Власть работает не только через полицию или законы, но и через то, как мы говорим, думаем и какие слова используем. Медицинский дискурс, медиа, художественная литература и даже бытовой язык конструируют представления о том, что «нормально», а что «отклонение».
⠀
Гендер — это не то, кем человек является, а то, что человек постоянно делает. Это ежедневный социальный перформанс (стиль одежды, манера речи, походка, привычки), который мы повторяем из дня в день, тем самым подтверждая его «естественность».
⠀
Представьте актера на театральной сцене.
Человек надевает костюм, заучивает реплики и играет роль «галантного кавалера» или «скромной девушки». Со временем и зрители, и сам актер начинают верить, что эта роль — его настоящая личность, а костюм прирос к телу.
Постмодернистский феминизм приходит и говорит: «Снимите костюм и посмотрите на сценарий. Эта роль написана не вами, а культурой. Вы можете переписать сценарий, импровизировать или вообще отказаться играть по заданным правилам».
⠀
Пример: на рабочей встрече мужчина громко отстаивает свою позицию, и коллегам кажется: «Он уверенный лидер, проявляет харизму». Когда точно так же ведет себя женщина, окружающие считывают это иначе: «Она истеричная, эмоциональная, у нее синдром ПМС». Одно и то же физическое действие наделяется совершенно разным смыслом в зависимости от гендерного дискурса, через который общество на него смотрит.
⠀
Девочкам с детства повторяют: «Ты же девочка, сиди аккуратно, не пачкайся, будь мягче», а мальчикам — «Не плачь, ты же мужчина». Спустя 20 лет общество указывает на них и говорит: «Вот видите, женщины от природы более аккуратные и эмоциональные, а мужчины — хладнокровные». Постмодернистский феминизм показывает, что эта «природа» на самом деле выдрессирована ежедневным повторением ритуалов.
⠀
Знакомимся с активистками в карусели.
⠀
Minimizary
⠀
#НеМолчиУз #ликбез #гайдпофеминизму
⠀
Постмодернизм сомневается в существовании некой единой «женской природы» или врожденной эссенции. Понятия «мужчина» и «женщина» — это не застывшие биологические данности, а социальные и языковые конструкты, которые меняются от эпохи к эпохе.
⠀
Власть работает не только через полицию или законы, но и через то, как мы говорим, думаем и какие слова используем. Медицинский дискурс, медиа, художественная литература и даже бытовой язык конструируют представления о том, что «нормально», а что «отклонение».
⠀
Гендер — это не то, кем человек является, а то, что человек постоянно делает. Это ежедневный социальный перформанс (стиль одежды, манера речи, походка, привычки), который мы повторяем из дня в день, тем самым подтверждая его «естественность».
⠀
Представьте актера на театральной сцене.
Человек надевает костюм, заучивает реплики и играет роль «галантного кавалера» или «скромной девушки». Со временем и зрители, и сам актер начинают верить, что эта роль — его настоящая личность, а костюм прирос к телу.
Постмодернистский феминизм приходит и говорит: «Снимите костюм и посмотрите на сценарий. Эта роль написана не вами, а культурой. Вы можете переписать сценарий, импровизировать или вообще отказаться играть по заданным правилам».
⠀
Пример: на рабочей встрече мужчина громко отстаивает свою позицию, и коллегам кажется: «Он уверенный лидер, проявляет харизму». Когда точно так же ведет себя женщина, окружающие считывают это иначе: «Она истеричная, эмоциональная, у нее синдром ПМС». Одно и то же физическое действие наделяется совершенно разным смыслом в зависимости от гендерного дискурса, через который общество на него смотрит.
⠀
Девочкам с детства повторяют: «Ты же девочка, сиди аккуратно, не пачкайся, будь мягче», а мальчикам — «Не плачь, ты же мужчина». Спустя 20 лет общество указывает на них и говорит: «Вот видите, женщины от природы более аккуратные и эмоциональные, а мужчины — хладнокровные». Постмодернистский феминизм показывает, что эта «природа» на самом деле выдрессирована ежедневным повторением ритуалов.
⠀
Знакомимся с активистками в карусели.
⠀
Minimizary
⠀
#НеМолчиУз #ликбез #гайдпофеминизму
👍10❤7🤯2
Я познакомилась с мужчиной на сайте знакомств, общались в соц сетях. Сразу уточнила, свободен ли он, на что он сказал что не женат и живет с сестрой временно... Общались несколько дней, в его профиле соц сетях часто была отмеченна какая-то девушка. Я ей написала, так как было подозрение, что этот мужчина женат.
⠀
Оказалось у него есть жена и дети. После этого мужчина начал мне угрожать, что найдет меня и расправится со мной, что я разрушаю семью. Я даже в реале не встречалась с этим человеком, просто почувствовала враньё и уточнила у женщины, не женат ли он.
⠀
Затем его жена начала всё расспрашивать, я ей скинула скриншоты переписки, где видно что это её муж врёт и зовёт встретиться. Сначала женщина поблагодарила, что я ей сказала правду. На следующий день эта женщина тоже начала писать и проклинать меня. Хотя моей вины нет.
⠀
Что в голове у женщин? Их мужья сидят на сайтах знакомств и при этом остальные виноваты в этом. Несколько дней было такое противное состояние, теперь не доверяю и нет желания знакомиться, так как вообще за угрозы можно было обратится в органы, но так поняла таким мужикам безразлично, они сами косячат и привыкли что виноваты женщины...
⠀
========================
Из писем в NeMolchi.uz. Вы можете отправить свою историю анонимно: https://goo.gl/forms/3nVmQXAFLb5dq5B92
⠀
#НеМолчиУз
⠀
Оказалось у него есть жена и дети. После этого мужчина начал мне угрожать, что найдет меня и расправится со мной, что я разрушаю семью. Я даже в реале не встречалась с этим человеком, просто почувствовала враньё и уточнила у женщины, не женат ли он.
⠀
Затем его жена начала всё расспрашивать, я ей скинула скриншоты переписки, где видно что это её муж врёт и зовёт встретиться. Сначала женщина поблагодарила, что я ей сказала правду. На следующий день эта женщина тоже начала писать и проклинать меня. Хотя моей вины нет.
⠀
Что в голове у женщин? Их мужья сидят на сайтах знакомств и при этом остальные виноваты в этом. Несколько дней было такое противное состояние, теперь не доверяю и нет желания знакомиться, так как вообще за угрозы можно было обратится в органы, но так поняла таким мужикам безразлично, они сами косячат и привыкли что виноваты женщины...
⠀
========================
Из писем в NeMolchi.uz. Вы можете отправить свою историю анонимно: https://goo.gl/forms/3nVmQXAFLb5dq5B92
⠀
#НеМолчиУз
🤯15😢14🤔4❤1🤬1
Недавний инцидент в одном из казахстанских пляжных клубов вызвал волну обсуждений в соцсетях. Беременную девушку по имени Лия не пустили на территорию заведения. Сначала администрация объяснила отказ стандартным фейсконтролем, но позже представители клуба подтвердили в Threads: причиной стало именно то, что девушка была беременна.
Случай снова поднял вопрос, который кажется странным в XXI веке: почему беременность до сих пор может становиться поводом ограничить женщине доступ в общественное пространство? И почему беременное тело вызывает не только любопытство, но и откровенную агрессию?
Под публикацией Лии развернулся настоящий шквал хейта. Среди комментариев были: «Лично я не хочу видеть пузатых женщин в бассейне», «Фуууу, еще и этот некрасивый пупок», «Бедное потомство… Не повезло ребенку с мамой. Кому-то достаются алкаши, кому-то психопатки, кому-то хамло, а кому-то воспитанные и образованные», «Вылечись до родов, чтобы ребенка не заразить».
Особенно показательно, что часть этих комментариев оставляли женщины. В том числе те, кто сами однажды могут оказаться на месте Лии. Вместо того чтобы поставить под сомнение такое отношение к беременному телу, они воспроизводят те же требования и стыд, которым сами могут подвергнуться.
Долгое время беременность воспринималась как состояние, которое женщина должна была по возможности скрывать. Округлившийся живот прятали под свободной одеждой, а беременной женщине негласно предписывалось становиться менее заметной.
Одним из заметных переломов в поп-культуре стала беременность Рианны. В 2022 году певица не стала прятать изменившееся тело под одеждой и, наоборот, сделала беременность частью своего публичного образа. Ее пример показал, что беременность не обязывает женщину отказываться от привычной одежды, стиля или публичности.
Сегодня все больше знаменитостей, от Хейли Бибер и Барбары Палвин до Жасмин Тукс и Энн Хэтэуэй, также не пытаются скрывать беременность за бесформенной одеждой.
Но проблема выходит далеко за пределы того, что женщина надевает во время беременности. Отношение к беременному телу связано с тем, как общество воспринимает саму беременную женщину: как человека с теми же правами и свободой выбора или как человека, чье тело теперь должно соответствовать чужим представлениям о том, где ей можно находиться и как ей следует выглядеть.
В трудовой сфере такие представления могут иметь уже вполне конкретные последствия. Статья 392 Трудового кодекса Республики Узбекистан запрещает отказ в приеме на работу, увольнение или снижение заработной платы по причинам, связанным с беременностью или наличием детей. С февраля 2025 года эта норма была усилена, теперь работодателю также запрещено увольнять сотрудницу по таким мотивам.
Кроме того, заведомо незаконный отказ в приеме на работу или увольнение женщины из-за беременности или ухода за ребенком в Узбекистане влечет уголовную ответственность.
Беременность не лишает женщину права работать, отдыхать, посещать общественные места, выбирать одежду или просто занимать пространство. И уж точно не дает окружающим права решать, насколько «уместно» выглядит ее тело.
Подготовила Фарида Алиева
#НеМолчиУз
Случай снова поднял вопрос, который кажется странным в XXI веке: почему беременность до сих пор может становиться поводом ограничить женщине доступ в общественное пространство? И почему беременное тело вызывает не только любопытство, но и откровенную агрессию?
Под публикацией Лии развернулся настоящий шквал хейта. Среди комментариев были: «Лично я не хочу видеть пузатых женщин в бассейне», «Фуууу, еще и этот некрасивый пупок», «Бедное потомство… Не повезло ребенку с мамой. Кому-то достаются алкаши, кому-то психопатки, кому-то хамло, а кому-то воспитанные и образованные», «Вылечись до родов, чтобы ребенка не заразить».
Особенно показательно, что часть этих комментариев оставляли женщины. В том числе те, кто сами однажды могут оказаться на месте Лии. Вместо того чтобы поставить под сомнение такое отношение к беременному телу, они воспроизводят те же требования и стыд, которым сами могут подвергнуться.
Долгое время беременность воспринималась как состояние, которое женщина должна была по возможности скрывать. Округлившийся живот прятали под свободной одеждой, а беременной женщине негласно предписывалось становиться менее заметной.
Одним из заметных переломов в поп-культуре стала беременность Рианны. В 2022 году певица не стала прятать изменившееся тело под одеждой и, наоборот, сделала беременность частью своего публичного образа. Ее пример показал, что беременность не обязывает женщину отказываться от привычной одежды, стиля или публичности.
Сегодня все больше знаменитостей, от Хейли Бибер и Барбары Палвин до Жасмин Тукс и Энн Хэтэуэй, также не пытаются скрывать беременность за бесформенной одеждой.
Но проблема выходит далеко за пределы того, что женщина надевает во время беременности. Отношение к беременному телу связано с тем, как общество воспринимает саму беременную женщину: как человека с теми же правами и свободой выбора или как человека, чье тело теперь должно соответствовать чужим представлениям о том, где ей можно находиться и как ей следует выглядеть.
В трудовой сфере такие представления могут иметь уже вполне конкретные последствия. Статья 392 Трудового кодекса Республики Узбекистан запрещает отказ в приеме на работу, увольнение или снижение заработной платы по причинам, связанным с беременностью или наличием детей. С февраля 2025 года эта норма была усилена, теперь работодателю также запрещено увольнять сотрудницу по таким мотивам.
Кроме того, заведомо незаконный отказ в приеме на работу или увольнение женщины из-за беременности или ухода за ребенком в Узбекистане влечет уголовную ответственность.
Беременность не лишает женщину права работать, отдыхать, посещать общественные места, выбирать одежду или просто занимать пространство. И уж точно не дает окружающим права решать, насколько «уместно» выглядит ее тело.
Подготовила Фарида Алиева
#НеМолчиУз
❤14🔥8
Постколониальный феминизм смещает фокус с локальных западных дискуссий на глобальное неравенство, наследие империализма и культурную специфику.
Его главный тезис: западный феминизм долгое время пытался выступать от имени абсолютно всех женщин мира, навязывая свои ценности как «единственно верные». Нельзя «спасать» женщин из других культур, не понимая их контекста, истории и реальных потребностей.
⠀
Постколониальные исследовательницы подсвечивают, что идеалы белого западного феминизма среднего класса часто воспринимаются как универсальный стандарт. Однако борьба за права в условной Великобритании или США кардинально отличается от повседневной реальности женщин в странах Глобального Юга или постсоветского пространства.
⠀
Колониальные империи не просто захватывали территории — они разрушали местный уклад, часто принося с собой еще более жесткие патриархальные законы, и одновременно использовали тезис «спасения местных женщин» для оправдания своей военной и экономической экспансии.
⠀
Незападные женщины — это не пассивные, бессловесные жертвы («сабальтерны»), требующие приезда западных активистов для своего просвещения. У них есть собственный голос, агентность и свои формы сопротивления, которые могут выглядеть непривычно для внешнего наблюдателя.
⠀
Представьте, что к вам в дом приходит чужая «заботливая» соседка.
Она с порога заявляет: «У тебя тут мебель стоит не по фэншую, обои слишком темные, а готовишь ты совсем не то, что полезно для здоровья! Я сейчас научу тебя правильно жить и все переделаю!»
При этом соседка совершенно не интересовалась, почему ваш дом обустроен именно так, удобно ли вам и какова история вашей семьи. Постколониальный феминизм говорит этой соседке: «Сначала выслушай хозяйку дома, изучи контекст и перестань считать свои вкус и правила единственной истиной в последней инстанции».
Пример: западная активистка приезжает на Ближний Восток или в регионы Центральной Азии и публично заявляет, что главная цель освобождения местных женщин — снять хиджаб/платок, так как это «символ угнетения». В ответ местная женщина объясняет, что для нее ношение платка — это сознательный религиозный выбор и элемент идентичности, а ее главные жизненные проблемы сейчас — доступ к качественной медицине, чистой воде и экономическая независимость. Внешний наблюдатель навязывает свои маркеры «свободы», абсолютно игнорируя реальные приоритеты и субъектность самой женщины.
Или, к примеру, международный фонд запускает в развивающейся стране тренинг о «разрушении гендерных стереотипов в карьерном росте». Однако местные женщины живут в условиях, где транснациональные корпорации выкачивают из их региона ресурсы, а работодатели платят нищенские зарплаты на фабриках.
Постколониальный феминизм показывает: проблема женщин здесь не столько в «стереотипах», сколько в глобальной экономической эксплуатации их страны.
⠀
Постколониальный феминизм критикует западный феминизм за универсализацию опыта белых женщин и игнорирование колониализма, расы, класса и культурного контекста женщин других регионов. Он показывает, как империализм и патриархат работают вместе.
⠀
Знакомимся с активистками в карусели
⠀
Minimizary
⠀
#НеМолчиУз #гайдпофеминизму #ликбез
Его главный тезис: западный феминизм долгое время пытался выступать от имени абсолютно всех женщин мира, навязывая свои ценности как «единственно верные». Нельзя «спасать» женщин из других культур, не понимая их контекста, истории и реальных потребностей.
⠀
Постколониальные исследовательницы подсвечивают, что идеалы белого западного феминизма среднего класса часто воспринимаются как универсальный стандарт. Однако борьба за права в условной Великобритании или США кардинально отличается от повседневной реальности женщин в странах Глобального Юга или постсоветского пространства.
⠀
Колониальные империи не просто захватывали территории — они разрушали местный уклад, часто принося с собой еще более жесткие патриархальные законы, и одновременно использовали тезис «спасения местных женщин» для оправдания своей военной и экономической экспансии.
⠀
Незападные женщины — это не пассивные, бессловесные жертвы («сабальтерны»), требующие приезда западных активистов для своего просвещения. У них есть собственный голос, агентность и свои формы сопротивления, которые могут выглядеть непривычно для внешнего наблюдателя.
⠀
Представьте, что к вам в дом приходит чужая «заботливая» соседка.
Она с порога заявляет: «У тебя тут мебель стоит не по фэншую, обои слишком темные, а готовишь ты совсем не то, что полезно для здоровья! Я сейчас научу тебя правильно жить и все переделаю!»
При этом соседка совершенно не интересовалась, почему ваш дом обустроен именно так, удобно ли вам и какова история вашей семьи. Постколониальный феминизм говорит этой соседке: «Сначала выслушай хозяйку дома, изучи контекст и перестань считать свои вкус и правила единственной истиной в последней инстанции».
Пример: западная активистка приезжает на Ближний Восток или в регионы Центральной Азии и публично заявляет, что главная цель освобождения местных женщин — снять хиджаб/платок, так как это «символ угнетения». В ответ местная женщина объясняет, что для нее ношение платка — это сознательный религиозный выбор и элемент идентичности, а ее главные жизненные проблемы сейчас — доступ к качественной медицине, чистой воде и экономическая независимость. Внешний наблюдатель навязывает свои маркеры «свободы», абсолютно игнорируя реальные приоритеты и субъектность самой женщины.
Или, к примеру, международный фонд запускает в развивающейся стране тренинг о «разрушении гендерных стереотипов в карьерном росте». Однако местные женщины живут в условиях, где транснациональные корпорации выкачивают из их региона ресурсы, а работодатели платят нищенские зарплаты на фабриках.
Постколониальный феминизм показывает: проблема женщин здесь не столько в «стереотипах», сколько в глобальной экономической эксплуатации их страны.
⠀
Постколониальный феминизм критикует западный феминизм за универсализацию опыта белых женщин и игнорирование колониализма, расы, класса и культурного контекста женщин других регионов. Он показывает, как империализм и патриархат работают вместе.
⠀
Знакомимся с активистками в карусели
⠀
Minimizary
⠀
#НеМолчиУз #гайдпофеминизму #ликбез
❤8
Мне было лет 11 и мама отправила меня на летние каникулы к тётям за город.
⠀
Там на меня глаз положил один мальчик, ему было 13 лет. У него была сестрёнка, не родная, лет 10. Она всегда подшучивала, что вот её брат любит меня, а я отшучивалась что это не так. Её брат тоже мне признавался в любви, говорил какая я светленькая и хорошенькая, а я его отшивала, говорила что не люблю, а он отвечал что полюблю. Дети специально вместе с ним меня ставили в одну группу, типо как любовники и меня это бесило.
⠀
Однажды он, три его друга и его сестренка насильно затолкали меня к нему домой, а сестрёнка осталась караулить снаружи. Я кричала и орала, но мне не давали уйти. Тот мальчик подошёл ко мне со словами "красавица", "любимая" и когда он подошёл слишком близко я ударила его по лицу, он на минуту посмотрел на меня, а я на него и начала реветь, умоляя отпустить. Тогда он сказал отойти своим друзьям и выпустил меня. Я пулей умчалась к себе и плакала до вечера. Вечером я вышла на улицу и увидела их старшую сестру. Я рассказала ей что случилось, при мне она наказала ту девочку и начала отчитывать, говорить что я девочка и у меня есть честь. Дома она наказала своего брата и сестру, как мне рассказали.
⠀
Я понимаю, что могло бы случиться. Одна я и трое мальчишек и мне жутко повезло, что у него включилась жалость ко мне...
⠀
========================
Из писем в NeMolchi.uz. Вы можете отправить свою историю анонимно: https://goo.gl/forms/3nVmQXAFLb5dq5B92
⠀
#НеМолчиУз #УзбекистанБезНасилия #НеМолчи #ЯНеБоюсьСказать
⠀
Там на меня глаз положил один мальчик, ему было 13 лет. У него была сестрёнка, не родная, лет 10. Она всегда подшучивала, что вот её брат любит меня, а я отшучивалась что это не так. Её брат тоже мне признавался в любви, говорил какая я светленькая и хорошенькая, а я его отшивала, говорила что не люблю, а он отвечал что полюблю. Дети специально вместе с ним меня ставили в одну группу, типо как любовники и меня это бесило.
⠀
Однажды он, три его друга и его сестренка насильно затолкали меня к нему домой, а сестрёнка осталась караулить снаружи. Я кричала и орала, но мне не давали уйти. Тот мальчик подошёл ко мне со словами "красавица", "любимая" и когда он подошёл слишком близко я ударила его по лицу, он на минуту посмотрел на меня, а я на него и начала реветь, умоляя отпустить. Тогда он сказал отойти своим друзьям и выпустил меня. Я пулей умчалась к себе и плакала до вечера. Вечером я вышла на улицу и увидела их старшую сестру. Я рассказала ей что случилось, при мне она наказала ту девочку и начала отчитывать, говорить что я девочка и у меня есть честь. Дома она наказала своего брата и сестру, как мне рассказали.
⠀
Я понимаю, что могло бы случиться. Одна я и трое мальчишек и мне жутко повезло, что у него включилась жалость ко мне...
⠀
========================
Из писем в NeMolchi.uz. Вы можете отправить свою историю анонимно: https://goo.gl/forms/3nVmQXAFLb5dq5B92
⠀
#НеМолчиУз #УзбекистанБезНасилия #НеМолчи #ЯНеБоюсьСказать
😢10❤4🤔1🤯1