«Почему ты просто не ушла?»
⠀
Анастасия ушла. Полтора года назад, и всё полтора года её преследовал бывший парень, Сергей Михайлов — следил, угрожал, обещал облить кислотой и убить. Она несколько раз обращалась в полицию, полиция не реагировала. По некоторым данным, Михайлов прямо говорил, что ему не страшно: он участник войны в Украине, и если что — снова уйдёт на фронт, а значит, никакой реальной ответственности ему не грозит.
⠀
23 мая он подкараулил Анастасию у двери её собственной квартиры на Железноводской улице. Когда она вышла в подъезд вместе с подругой, он уже стоял там: распылил перцовый баллончик в лицо подруге и силой затолкал Анастасию обратно в квартиру. Девушки попытались запереться на кухне, он выломал дверь. Он облил Анастасию азотной кислотой, выстрелил из сигнального пистолета, затем достал нож — она успела сгруппироваться, и он изрезал ей руки, ноги и колени. После этого ушёл.
⠀
Сейчас Анастасия в ожоговой реанимации в тяжёлом состоянии. Химические ожоги второй и третьей степени на лице, шее, груди, конечностях и голове, ожог роговицы третьей степени и конъюнктивы четвёртой, левый глаз почти не видит. Волос практически не осталось. Помимо ожогов — множественные резаные раны, колото-резаное ранение правого колена и огнестрельное сквозное левого. К ней пока никого не пускают. Подруга Кристина, которая пыталась оттащить нападавшего, получила ожоги рук от кислоты.
⠀
Сергею Михайлову 27 лет, он участник войны в Украине. После возвращения с войны работал охранником в клубе, потом перенёс операцию и остался без работы. Расставание с Анастасией он воспринял как предательство — и именно этим объяснял и слежку, и угрозы, и в итоге нападение. Сестра Анастасии говорит, что никаких измен не было и что он всё придумал сам. Угрозы при этом звучали вполне конкретно: Михайлов, по имеющимся сведениям, давал понять, что статус участника боевых действий — это своего рода страховка. Мол, в крайнем случае снова подпишет контракт и уедет, и тогда никакое уголовное дело его не достанет. Именно так работает действующая практика, при которой уголовное преследование военнослужащих фактически приостанавливается.
⠀
Михайлов задержан и арестован на два месяца, ему предъявлено обвинение в покушении на убийство. На суде он возражал против этой формулировки, настаивая на том, что умысла убивать не было. Также сообщил, что его собственное лицо повреждено — кислота попала и на него — и что обещанной медицинской помощи он не получил. Судья отклонила все его ходатайства. Уйти на войну, судя по всему, на этот раз не получилось.
⠀
Анастасия полтора года фиксировала угрозы и обращалась в полицию — и всё это время человек, который ей угрожал, имел все основания считать, что система на его стороне. Формально и фактически — так и было.
Источник: Фонтанка.ру
⠀
Minimizary
⠀
#НеМолчиУз #своихнебросают
#насилиевмире
⠀
Анастасия ушла. Полтора года назад, и всё полтора года её преследовал бывший парень, Сергей Михайлов — следил, угрожал, обещал облить кислотой и убить. Она несколько раз обращалась в полицию, полиция не реагировала. По некоторым данным, Михайлов прямо говорил, что ему не страшно: он участник войны в Украине, и если что — снова уйдёт на фронт, а значит, никакой реальной ответственности ему не грозит.
⠀
23 мая он подкараулил Анастасию у двери её собственной квартиры на Железноводской улице. Когда она вышла в подъезд вместе с подругой, он уже стоял там: распылил перцовый баллончик в лицо подруге и силой затолкал Анастасию обратно в квартиру. Девушки попытались запереться на кухне, он выломал дверь. Он облил Анастасию азотной кислотой, выстрелил из сигнального пистолета, затем достал нож — она успела сгруппироваться, и он изрезал ей руки, ноги и колени. После этого ушёл.
⠀
Сейчас Анастасия в ожоговой реанимации в тяжёлом состоянии. Химические ожоги второй и третьей степени на лице, шее, груди, конечностях и голове, ожог роговицы третьей степени и конъюнктивы четвёртой, левый глаз почти не видит. Волос практически не осталось. Помимо ожогов — множественные резаные раны, колото-резаное ранение правого колена и огнестрельное сквозное левого. К ней пока никого не пускают. Подруга Кристина, которая пыталась оттащить нападавшего, получила ожоги рук от кислоты.
⠀
Сергею Михайлову 27 лет, он участник войны в Украине. После возвращения с войны работал охранником в клубе, потом перенёс операцию и остался без работы. Расставание с Анастасией он воспринял как предательство — и именно этим объяснял и слежку, и угрозы, и в итоге нападение. Сестра Анастасии говорит, что никаких измен не было и что он всё придумал сам. Угрозы при этом звучали вполне конкретно: Михайлов, по имеющимся сведениям, давал понять, что статус участника боевых действий — это своего рода страховка. Мол, в крайнем случае снова подпишет контракт и уедет, и тогда никакое уголовное дело его не достанет. Именно так работает действующая практика, при которой уголовное преследование военнослужащих фактически приостанавливается.
⠀
Михайлов задержан и арестован на два месяца, ему предъявлено обвинение в покушении на убийство. На суде он возражал против этой формулировки, настаивая на том, что умысла убивать не было. Также сообщил, что его собственное лицо повреждено — кислота попала и на него — и что обещанной медицинской помощи он не получил. Судья отклонила все его ходатайства. Уйти на войну, судя по всему, на этот раз не получилось.
⠀
Анастасия полтора года фиксировала угрозы и обращалась в полицию — и всё это время человек, который ей угрожал, имел все основания считать, что система на его стороне. Формально и фактически — так и было.
Источник: Фонтанка.ру
⠀
Minimizary
⠀
#НеМолчиУз #своихнебросают
#насилиевмире
🤬44😢16❤4
Женская сборная Узбекистана завоевала бронзу чемпионата Азии по спортивной борьбе
На чемпионате Азии по спортивной борьбе среди спортсменок до 23 лет, который проходит во Вьетнаме, женская сборная Узбекистана заняла третье место в общекомандном зачете.
Медали для сборной завоевали:
• Дилшода Матназарова — бронза в весовой категории до 53 кг,
• Мияссар Кушмуратова — бронза в весовой категории до 62 кг.
По итогам соревнований команда набрала 134 очка. Результат позволил сборной Узбекистана занять третью строчку в командном зачете чемпионата Азии.
#НеМолчиУз #ЖенщиныВСпорте
На чемпионате Азии по спортивной борьбе среди спортсменок до 23 лет, который проходит во Вьетнаме, женская сборная Узбекистана заняла третье место в общекомандном зачете.
Медали для сборной завоевали:
• Дилшода Матназарова — бронза в весовой категории до 53 кг,
• Мияссар Кушмуратова — бронза в весовой категории до 62 кг.
По итогам соревнований команда набрала 134 очка. Результат позволил сборной Узбекистана занять третью строчку в командном зачете чемпионата Азии.
#НеМолчиУз #ЖенщиныВСпорте
❤22🔥4👍2
Зере Асылбек, (творческий псевдоним – Зере) — кыргызская певица, авторка песен и феминистка. Она родилась 4 декабря 1998 года в Бишкеке.
Широкую известность Зере получила в 2018 году после выхода песни Кыз («Девушка»). К маю 2026 года клип набрал около 394 тысяч просмотров на YouTube. Другая ее работа, Apam Aitkan, выпущенная в 2020 году, преодолела отметку в 438 тысяч просмотров.
В песне «Кыз» Зере говорит о теме, знакомой многим девушкам в традиционном кыргызском обществе. Это давление со стороны семьи и окружения, ожидания относительно «правильного» поведения и отсутствие уважения к личному выбору. В тексте песни звучат строки:
«Вот бы время пришло,
эпоха, где не учат, как жить.
И не говорили бы:
„Делай так, а так не делай“.
Почему я должна быть такой,
какой хочешь видеть меня ты или общество?
Я человек, у меня свобода слова.
Где твое уважение ко мне».
Но такая позиция получила не только поддержку. После выхода песни Зере столкнулась с резкой критикой со стороны части общества, придерживающейся традиционных взглядов. В клипе "Кыз", исполнительница предстает в пиджаке поверх бюстгальтера. После выхода клипа на девушку посыпались многочисленные угрозы. Сама певица выложила скрин переписки, где мужчина на кыргызском языке угрожает ей убийством, если она не удалит видео.
Сама Зере считает искусство одним из самых сильных инструментов общественных изменений. По ее словам, изменения начинаются с открытого разговора, а музыка помогает говорить о правах женщин и феминизме так, чтобы это услышали как можно больше людей.
Подготовила Милена
#НеМолчиУз
Широкую известность Зере получила в 2018 году после выхода песни Кыз («Девушка»). К маю 2026 года клип набрал около 394 тысяч просмотров на YouTube. Другая ее работа, Apam Aitkan, выпущенная в 2020 году, преодолела отметку в 438 тысяч просмотров.
В песне «Кыз» Зере говорит о теме, знакомой многим девушкам в традиционном кыргызском обществе. Это давление со стороны семьи и окружения, ожидания относительно «правильного» поведения и отсутствие уважения к личному выбору. В тексте песни звучат строки:
«Вот бы время пришло,
эпоха, где не учат, как жить.
И не говорили бы:
„Делай так, а так не делай“.
Почему я должна быть такой,
какой хочешь видеть меня ты или общество?
Я человек, у меня свобода слова.
Где твое уважение ко мне».
Но такая позиция получила не только поддержку. После выхода песни Зере столкнулась с резкой критикой со стороны части общества, придерживающейся традиционных взглядов. В клипе "Кыз", исполнительница предстает в пиджаке поверх бюстгальтера. После выхода клипа на девушку посыпались многочисленные угрозы. Сама певица выложила скрин переписки, где мужчина на кыргызском языке угрожает ей убийством, если она не удалит видео.
Сама Зере считает искусство одним из самых сильных инструментов общественных изменений. По ее словам, изменения начинаются с открытого разговора, а музыка помогает говорить о правах женщин и феминизме так, чтобы это услышали как можно больше людей.
Подготовила Милена
#НеМолчиУз
❤33👍6
У многих из нас была эта кукла. Barbie — это не просто игрушка из детства, а целая вселенная, в которой можно было примерять разные роли. И, сами того не осознавая, задавать себе вопрос, кем я могу стать.
Когда в 1959 году Рут Хэндлер представила первую Barbie, это стало культурным сдвигом. Идея появилась, когда она наблюдала за своей дочерью Барбарой, в честь которой и была названа кукла. Девочка не хотела играть в «дочки-матери», ей было интереснее представлять себя взрослой. В то время, когда игрушки готовили девочек к роли матерей, Barbie предложила другой образ, взрослую женщину с собственной жизнью, стилем и относительной свободой.
Прототипом стала немецкая кукла Bild Lilli, изначально созданная как сувенир для взрослых. Рут Хэндлер увидела ее в Швейцарии и поняла, что подобный образ может быть интересен детям. Уже в первый год было продано около 350 000 кукол.
Ранняя Barbie отражала стандарты своего времени. Идеализированная внешность, узкие представления о красоте и ограниченное понимание роли женщины. Тем не менее она несла новую идею, женщина может быть кем-то большим, чем только мать или жена.
В 1960–1980-е годы Barbie «примеряла» десятки профессий, от стюардессы до врача и астронавта. В космос она «полетела» в 1965 году, раньше, чем Нил Армстронг высадился на Луну. Это совпало с ростом феминистского движения и расширением возможностей для женщин. Кукла постепенно становилась отражением этих изменений, пусть и не без противоречий.
К 2000-м критика усилилась. Barbie обвиняли в нереалистичных стандартах тела и отсутствии разнообразия. Ответом стало переосмысление бренда. В 2016 году компания Mattel представила новые типы фигур и расширенную палитру оттенков кожи. Позже появились куклы с инвалидностью, витилиго, слуховыми аппаратами и другими особенностями. Бренд начал говорить на языке инклюзии.
Особенно заметным этот поворот стал после выхода фильма Барби в 2023 году. Картина собрала более 1,4 миллиарда долларов и стала культурным событием. Образ Barbie был переосмыслен. Она предстала как сложный и противоречивый символ, а не недостижимый идеал.
Сегодня Barbie — это уже не просто игрушка. За более чем 60 лет она сменила сотни профессий, объехала весь мир и стала культурным маркером. Ее история отражает путь, который прошли женщины, от ограниченных ролей к разнообразию возможностей.
И, возможно, главный вопрос, который сегодня задает Barbie, остается тем же, что и в детстве. Не «какой ты должна быть», а «кем ты хочешь стать».
Исакова Амелия
#немолчиуз #ликбез
Когда в 1959 году Рут Хэндлер представила первую Barbie, это стало культурным сдвигом. Идея появилась, когда она наблюдала за своей дочерью Барбарой, в честь которой и была названа кукла. Девочка не хотела играть в «дочки-матери», ей было интереснее представлять себя взрослой. В то время, когда игрушки готовили девочек к роли матерей, Barbie предложила другой образ, взрослую женщину с собственной жизнью, стилем и относительной свободой.
Прототипом стала немецкая кукла Bild Lilli, изначально созданная как сувенир для взрослых. Рут Хэндлер увидела ее в Швейцарии и поняла, что подобный образ может быть интересен детям. Уже в первый год было продано около 350 000 кукол.
Ранняя Barbie отражала стандарты своего времени. Идеализированная внешность, узкие представления о красоте и ограниченное понимание роли женщины. Тем не менее она несла новую идею, женщина может быть кем-то большим, чем только мать или жена.
В 1960–1980-е годы Barbie «примеряла» десятки профессий, от стюардессы до врача и астронавта. В космос она «полетела» в 1965 году, раньше, чем Нил Армстронг высадился на Луну. Это совпало с ростом феминистского движения и расширением возможностей для женщин. Кукла постепенно становилась отражением этих изменений, пусть и не без противоречий.
К 2000-м критика усилилась. Barbie обвиняли в нереалистичных стандартах тела и отсутствии разнообразия. Ответом стало переосмысление бренда. В 2016 году компания Mattel представила новые типы фигур и расширенную палитру оттенков кожи. Позже появились куклы с инвалидностью, витилиго, слуховыми аппаратами и другими особенностями. Бренд начал говорить на языке инклюзии.
Особенно заметным этот поворот стал после выхода фильма Барби в 2023 году. Картина собрала более 1,4 миллиарда долларов и стала культурным событием. Образ Barbie был переосмыслен. Она предстала как сложный и противоречивый символ, а не недостижимый идеал.
Сегодня Barbie — это уже не просто игрушка. За более чем 60 лет она сменила сотни профессий, объехала весь мир и стала культурным маркером. Ее история отражает путь, который прошли женщины, от ограниченных ролей к разнообразию возможностей.
И, возможно, главный вопрос, который сегодня задает Barbie, остается тем же, что и в детстве. Не «какой ты должна быть», а «кем ты хочешь стать».
Исакова Амелия
#немолчиуз #ликбез
❤20👍6🤔1
Когда в нашей стране плательщики алиментов, играя в прятки с государством, скрываются внутри стопки курпачей, в разломах стен, внутри колодцев или идут на чудовищные преступления против собственных жен и детей, лишь бы не платить, в западных странах участие отца в жизни ребенка намного чаще воспринимается как нормальная часть родительства, а не как «война за деньги с собственными детьми».
Разница между тем, как устроены алименты и участие отцов в жизни детей в странах СНГ и на Западе, действительно существует, хотя ее часто либо слишком идеализируют, либо сводят к стереотипам. Тем не менее некоторые тенденции вполне очевидны.
В странах Центральной Азии и части постсоветского пространства после развода ребенок почти всегда остается с матерью, а отец нередко постепенно исчезает из повседневной жизни ребенка, «разводясь и с детьми». Причин этому много: традиционная модель семьи, слабое участие мужчин в бытовом уходе за детьми еще до развода, неформальная экономика и сложности с взысканием алиментов. Из-за «серых» зарплат, отсутствия имущества на человеке и неофициальной занятости многие женщины годами не могут добиться стабильных выплат.
На Западе система обычно работает жестче и технологичнее. В США алименты тесно связаны с налоговой системой и банковским контролем. Деньги могут автоматически удерживаться из зарплаты, а при больших долгах человеку ограничивают доступ к некоторым государственным услугам или профессиональным лицензиям. В ряде европейских стран существуют государственные алиментные фонды: если отец не платит, минимальную сумму временно выплачивает государство, а затем само взыскивает долг.
Но представление о том, что на Западе «невозможно скрыться», тоже не совсем соответствует реальности. В США существуют миллиарды долларов задолженности по алиментам, а часть родителей так же скрывает доходы или уходит в неофициальную занятость. Разница скорее в том, что государство имеет больше инструментов давления и лучше отслеживает финансовую активность человека.
Есть и культурная разница. В странах Северной Европы участие отцов в воспитании детей считается нормой еще до развода. Мужчины чаще берут отпуск по уходу за ребенком, занимаются бытовыми вопросами, водят детей к врачам и в школу. Поэтому после развода совместная опека воспринимается как продолжение уже существующей модели семьи. В Швеции и ряде других стран дети нередко живут попеременно у обоих родителей.
Главное отличие, пожалуй, не только в законах, а в самой модели отцовства. В постсоветской культуре мужчина исторически чаще воспринимался как «добытчик», а уход за ребенком — как женская обязанность. На Западе за последние десятилетия эта модель заметно изменилась под влиянием экономических перемен, феминистских движений и государственной политики поддержки родительства. Поэтому там развод чаще воспринимается как конец супружеских отношений, но не как конец отцовства. Пока финансовая безответственность не станет социально маргинальной и экономически невыгодной, паттерн «исчезающих отцов» и бесконечных «пряток в курпачах» искоренить крайне трудно.
При этом западную систему тоже не стоит идеализировать. Там хватает конфликтов вокруг опеки, судебных войн и попыток использовать ребенка как инструмент давления. В США и Европе даже существует отдельная проблема родительских похищений, когда один из родителей нарушает соглашение об опеке и увозит ребенка в другой регион или страну.
Ведь чем больше времени ребенок проводит с отцом, тем меньше сумма алиментов, которую он обязан выплачивать матери. Да, даже проводя время вместе 50/50 со своим ребенком, участвуя в его жизни наравне с его матерью, отцы могут платить алименты. Об этом мы поговорим в следующей части.
Алия Темурийзода
#НемолчиУз #Алименты #Отцовство
Разница между тем, как устроены алименты и участие отцов в жизни детей в странах СНГ и на Западе, действительно существует, хотя ее часто либо слишком идеализируют, либо сводят к стереотипам. Тем не менее некоторые тенденции вполне очевидны.
В странах Центральной Азии и части постсоветского пространства после развода ребенок почти всегда остается с матерью, а отец нередко постепенно исчезает из повседневной жизни ребенка, «разводясь и с детьми». Причин этому много: традиционная модель семьи, слабое участие мужчин в бытовом уходе за детьми еще до развода, неформальная экономика и сложности с взысканием алиментов. Из-за «серых» зарплат, отсутствия имущества на человеке и неофициальной занятости многие женщины годами не могут добиться стабильных выплат.
На Западе система обычно работает жестче и технологичнее. В США алименты тесно связаны с налоговой системой и банковским контролем. Деньги могут автоматически удерживаться из зарплаты, а при больших долгах человеку ограничивают доступ к некоторым государственным услугам или профессиональным лицензиям. В ряде европейских стран существуют государственные алиментные фонды: если отец не платит, минимальную сумму временно выплачивает государство, а затем само взыскивает долг.
Но представление о том, что на Западе «невозможно скрыться», тоже не совсем соответствует реальности. В США существуют миллиарды долларов задолженности по алиментам, а часть родителей так же скрывает доходы или уходит в неофициальную занятость. Разница скорее в том, что государство имеет больше инструментов давления и лучше отслеживает финансовую активность человека.
Есть и культурная разница. В странах Северной Европы участие отцов в воспитании детей считается нормой еще до развода. Мужчины чаще берут отпуск по уходу за ребенком, занимаются бытовыми вопросами, водят детей к врачам и в школу. Поэтому после развода совместная опека воспринимается как продолжение уже существующей модели семьи. В Швеции и ряде других стран дети нередко живут попеременно у обоих родителей.
Главное отличие, пожалуй, не только в законах, а в самой модели отцовства. В постсоветской культуре мужчина исторически чаще воспринимался как «добытчик», а уход за ребенком — как женская обязанность. На Западе за последние десятилетия эта модель заметно изменилась под влиянием экономических перемен, феминистских движений и государственной политики поддержки родительства. Поэтому там развод чаще воспринимается как конец супружеских отношений, но не как конец отцовства. Пока финансовая безответственность не станет социально маргинальной и экономически невыгодной, паттерн «исчезающих отцов» и бесконечных «пряток в курпачах» искоренить крайне трудно.
При этом западную систему тоже не стоит идеализировать. Там хватает конфликтов вокруг опеки, судебных войн и попыток использовать ребенка как инструмент давления. В США и Европе даже существует отдельная проблема родительских похищений, когда один из родителей нарушает соглашение об опеке и увозит ребенка в другой регион или страну.
Ведь чем больше времени ребенок проводит с отцом, тем меньше сумма алиментов, которую он обязан выплачивать матери. Да, даже проводя время вместе 50/50 со своим ребенком, участвуя в его жизни наравне с его матерью, отцы могут платить алименты. Об этом мы поговорим в следующей части.
Алия Темурийзода
#НемолчиУз #Алименты #Отцовство
👍23❤9
Чехия в 2025 году зафиксировала рекордное число случаев, когда из дома выдворяли не пострадавших, а агрессоров - 1640 предписаний о покидании жилья, самый высокий показатель с момента введения этой практики в 2007 году. За этой цифрой - 1619 женщин и 1743 ребёнка, которые остались в своём доме, а не оказались на улице или в приюте.
Если насилие совершил один человек, то именно ему следует нести бремя последствий, а не тем, кому причинили вред. Чешский закон это закрепил институционально почти двадцать лет назад, и сегодня механизм работает достаточно отлажено, чтобы ставить рекорды.
В Узбекистане за последние годы тоже произошли серьёзные законодательные изменения. В 2019 году был принят Закон «О защите женщин от притеснения и насилия» и введена система охранных ордеров. В 2023 году домашнее насилие было криминализировано, а само государство официально признало, что происходящее в семье - не «частный конфликт», а вопрос безопасности и прав человека.
Формально законодательство уже предусматривает механизмы защиты пострадавших, включая ограничения в отношении агрессора. Но закон и правоприменение - разные вещи, особенно когда неформальные механизмы давления продолжают работать эффективнее формальных механизмов защиты.
На практике давление всё ещё нередко направлено не на прекращение насилия, а на сохранение совместного проживания любой ценой. Обращение в органы внутренних дел часто воспринимается не как попытка защитить себя, а как «вынос семейной проблемы наружу». Разговор быстро смещается к примирению, «интересам детей», репутации семьи и необходимости «сохранить дом».
В результате именно пострадавшая сторона чаще оказывается вынуждена менять свою жизнь после насилия. Женщины уезжают к родственникам, срочно ищут жильё, забирают детей, выпадают из работы и привычной среды. Особенно тяжёлой ситуация становится при экономической зависимости - когда жильё оформлено на мужа или его родственников, а у женщины нет собственного дохода или ресурсов для самостоятельной жизни.
Формально право на защиту существует. Но на практике возможность воспользоваться этим правом напрямую зависит от того, есть ли у женщины деньги, жильё и поддержка.
Именно поэтому домашнее насилие невозможно рассматривать только как «семейный конфликт». Это ещё и вопрос распределения власти, ресурсов и безопасности внутри семьи.
Разговоры о «сохранении семьи» почти всегда ведутся взрослыми. Но последствия этого «сохранения» ежедневно проживают дети. Даже если ребёнок не подвергается прямому насилию, он продолжает жить в пространстве угроз, страха и контроля.
Поэтому вопрос о том, кто должен покинуть дом после насилия - это не только вопрос защиты женщины, а о том, какую модель безопасности государство вообще считает нормой. Когда агрессор продолжает жить в том же пространстве, а женщина фактически вынуждена искать выход самостоятельно, последствия насилия продолжают ежедневно переживать и дети.
Разница между двумя системами в том, чьи интересы в первую очередь защищает государство - конкретного человека или семейной конструкции как таковой.
В Чехии полиция за первый квартал 2026 года уже зафиксировала на 70 предписаний больше, чем за тот же период 2025-го. Местные специалисты связывают рост с тем, что пострадавшие стали лучше понимать свои права и чаще обращаться за помощью. То есть статистика растёт не потому, что насилия стало больше, а потому что о нём перестают молчать.
И пока после насилия именно женщина чаще оказывается вынуждена уходить сама - вместе с детьми и необходимостью заново выстраивать свою жизнь, разрыв между двумя моделями остаётся принципиальным.
Minimizary
#НемолчиУз #статистика
Если насилие совершил один человек, то именно ему следует нести бремя последствий, а не тем, кому причинили вред. Чешский закон это закрепил институционально почти двадцать лет назад, и сегодня механизм работает достаточно отлажено, чтобы ставить рекорды.
В Узбекистане за последние годы тоже произошли серьёзные законодательные изменения. В 2019 году был принят Закон «О защите женщин от притеснения и насилия» и введена система охранных ордеров. В 2023 году домашнее насилие было криминализировано, а само государство официально признало, что происходящее в семье - не «частный конфликт», а вопрос безопасности и прав человека.
Формально законодательство уже предусматривает механизмы защиты пострадавших, включая ограничения в отношении агрессора. Но закон и правоприменение - разные вещи, особенно когда неформальные механизмы давления продолжают работать эффективнее формальных механизмов защиты.
На практике давление всё ещё нередко направлено не на прекращение насилия, а на сохранение совместного проживания любой ценой. Обращение в органы внутренних дел часто воспринимается не как попытка защитить себя, а как «вынос семейной проблемы наружу». Разговор быстро смещается к примирению, «интересам детей», репутации семьи и необходимости «сохранить дом».
В результате именно пострадавшая сторона чаще оказывается вынуждена менять свою жизнь после насилия. Женщины уезжают к родственникам, срочно ищут жильё, забирают детей, выпадают из работы и привычной среды. Особенно тяжёлой ситуация становится при экономической зависимости - когда жильё оформлено на мужа или его родственников, а у женщины нет собственного дохода или ресурсов для самостоятельной жизни.
Формально право на защиту существует. Но на практике возможность воспользоваться этим правом напрямую зависит от того, есть ли у женщины деньги, жильё и поддержка.
Именно поэтому домашнее насилие невозможно рассматривать только как «семейный конфликт». Это ещё и вопрос распределения власти, ресурсов и безопасности внутри семьи.
Разговоры о «сохранении семьи» почти всегда ведутся взрослыми. Но последствия этого «сохранения» ежедневно проживают дети. Даже если ребёнок не подвергается прямому насилию, он продолжает жить в пространстве угроз, страха и контроля.
Поэтому вопрос о том, кто должен покинуть дом после насилия - это не только вопрос защиты женщины, а о том, какую модель безопасности государство вообще считает нормой. Когда агрессор продолжает жить в том же пространстве, а женщина фактически вынуждена искать выход самостоятельно, последствия насилия продолжают ежедневно переживать и дети.
Разница между двумя системами в том, чьи интересы в первую очередь защищает государство - конкретного человека или семейной конструкции как таковой.
В Чехии полиция за первый квартал 2026 года уже зафиксировала на 70 предписаний больше, чем за тот же период 2025-го. Местные специалисты связывают рост с тем, что пострадавшие стали лучше понимать свои права и чаще обращаться за помощью. То есть статистика растёт не потому, что насилия стало больше, а потому что о нём перестают молчать.
И пока после насилия именно женщина чаще оказывается вынуждена уходить сама - вместе с детьми и необходимостью заново выстраивать свою жизнь, разрыв между двумя моделями остаётся принципиальным.
Minimizary
#НемолчиУз #статистика
🔥20❤8
В предыдущей части мы говорили про различия между опытом отцовства западных и восточных отцов. Сегодня мы поговорим о том, почему отцы продолжают платить алименты, даже когда участвуют в жизни детей и уходе за ними наравне с их матерью.
Во многих западных странах совместная опека 50/50 вовсе не означает автоматическую отмену алиментов. В США, Канаде, Великобритании и ряде стран Европы один из родителей все равно может выплачивать другому деньги на содержание ребенка, даже если ребенок живет у них поровну.
Связано это с тем, что западные суды обычно исходят не из принципа «кто сколько дней провел с ребенком», а из принципа сохранения для ребенка примерно одинакового уровня жизни в обоих домах. Если, например, отец зарабатывает значительно больше матери, суд может решить, что ребенок не должен одну неделю жить в большом доме с поездками, гаджетами и стабильным комфортом, а вторую — в условиях постоянной экономии. Поэтому даже при совместной опеке более обеспеченный родитель нередко продолжает платить алименты.
В большинстве штатов США действует так называемая модель Income Shares Model. Система пытается посчитать, сколько в среднем семья тратила бы на ребенка, если бы родители жили вместе, а затем распределяет эту сумму пропорционально доходам родителей. Поэтому если один родитель зарабатывает условные 70% общего дохода семьи, а второй — 30%, финансовая нагрузка тоже распределяется примерно в этой пропорции, даже если время с ребенком поделено поровну.
Кроме того, существуют расходы, которые невозможно просто разделить по дням недели. Это медицинская страховка, частная школа, детский сад, кружки, спортивные секции, терапия и другие постоянные траты. Во многих странах суд отдельно определяет, кто и какую часть этих расходов оплачивает.
При этом утверждение, что западные отцы массово «воюют за детей только ради снижения алиментов», все же слишком упрощает ситуацию. Финансовый фактор действительно существует, и адвокаты по семейному праву этого не скрывают. Переход, например, с графика 30/70 на 50/50 может уменьшить размер выплат. Но одновременно во многих странах отцы объективно намного сильнее вовлечены в повседневную жизнь детей еще до развода: они берут отпуск по уходу за ребенком, водят детей в школу, готовят, сидят на больничных. Поэтому борьба за совместную опеку часто связана не только с деньгами, но и с желанием сохранить полноценное участие в жизни ребенка.
В Скандинавии ситуация действительно отличается. В Швеции, например, при совместной опеке 50/50 родители нередко сами делят основные расходы напрямую, а государственные пособия частично сглаживают разницу. Но и там система не всегда полностью отменяет выплаты: многое зависит от разницы в доходах и конкретных договоренностей между родителями.
При этом западную модель не стоит идеализировать. В США задолженность по алиментам исчисляется десятками миллиардов долларов, а конфликты вокруг опеки могут длиться годами. Просто сама логика системы отличается от постсоветской: там после развода государство старается сохранить участие обоих родителей в жизни ребенка и одновременно выровнять для него базовые условия жизни в двух домах.
Еще один нюанс: на Западе существуют и супружеские алименты (на содержание бывшей жены), в то время как у нас бывшую супругу и собственных детей порой убивают, лишь бы уклониться от выплат. Про супружеские алименты мы поговорим в следующей части.
Алия Темурийзода
#НемолчиУз #Алименты #Отцовство
Во многих западных странах совместная опека 50/50 вовсе не означает автоматическую отмену алиментов. В США, Канаде, Великобритании и ряде стран Европы один из родителей все равно может выплачивать другому деньги на содержание ребенка, даже если ребенок живет у них поровну.
Связано это с тем, что западные суды обычно исходят не из принципа «кто сколько дней провел с ребенком», а из принципа сохранения для ребенка примерно одинакового уровня жизни в обоих домах. Если, например, отец зарабатывает значительно больше матери, суд может решить, что ребенок не должен одну неделю жить в большом доме с поездками, гаджетами и стабильным комфортом, а вторую — в условиях постоянной экономии. Поэтому даже при совместной опеке более обеспеченный родитель нередко продолжает платить алименты.
В большинстве штатов США действует так называемая модель Income Shares Model. Система пытается посчитать, сколько в среднем семья тратила бы на ребенка, если бы родители жили вместе, а затем распределяет эту сумму пропорционально доходам родителей. Поэтому если один родитель зарабатывает условные 70% общего дохода семьи, а второй — 30%, финансовая нагрузка тоже распределяется примерно в этой пропорции, даже если время с ребенком поделено поровну.
Кроме того, существуют расходы, которые невозможно просто разделить по дням недели. Это медицинская страховка, частная школа, детский сад, кружки, спортивные секции, терапия и другие постоянные траты. Во многих странах суд отдельно определяет, кто и какую часть этих расходов оплачивает.
При этом утверждение, что западные отцы массово «воюют за детей только ради снижения алиментов», все же слишком упрощает ситуацию. Финансовый фактор действительно существует, и адвокаты по семейному праву этого не скрывают. Переход, например, с графика 30/70 на 50/50 может уменьшить размер выплат. Но одновременно во многих странах отцы объективно намного сильнее вовлечены в повседневную жизнь детей еще до развода: они берут отпуск по уходу за ребенком, водят детей в школу, готовят, сидят на больничных. Поэтому борьба за совместную опеку часто связана не только с деньгами, но и с желанием сохранить полноценное участие в жизни ребенка.
В Скандинавии ситуация действительно отличается. В Швеции, например, при совместной опеке 50/50 родители нередко сами делят основные расходы напрямую, а государственные пособия частично сглаживают разницу. Но и там система не всегда полностью отменяет выплаты: многое зависит от разницы в доходах и конкретных договоренностей между родителями.
При этом западную модель не стоит идеализировать. В США задолженность по алиментам исчисляется десятками миллиардов долларов, а конфликты вокруг опеки могут длиться годами. Просто сама логика системы отличается от постсоветской: там после развода государство старается сохранить участие обоих родителей в жизни ребенка и одновременно выровнять для него базовые условия жизни в двух домах.
Еще один нюанс: на Западе существуют и супружеские алименты (на содержание бывшей жены), в то время как у нас бывшую супругу и собственных детей порой убивают, лишь бы уклониться от выплат. Про супружеские алименты мы поговорим в следующей части.
Алия Темурийзода
#НемолчиУз #Алименты #Отцовство
❤12👍3
Сегодня, 30 мая, отмечается Международный день феминизма — и дата выбрана не случайно. В этот день в 1431 году в Руане была сожжена Жанна д’Арк. Молодая женщина, которая возглавляла французские войска в Столетней войне, была осуждена инквизицией именно потому, что делала то, что считалось недопустимым для женщины: принимала решения, командовала армией, носила мужскую одежду. Система не нашла другого способа с ней справиться. Спустя почти пять веков активистки выбрали эту дату осознанно — как символ силы, которую патриархальная логика так и не смогла объяснить иначе, чем ересью.
Праздник появился в 1960-х годах по инициативе общественных организаций и до сих пор не имеет официального статуса — только признание женских движений в десятках стран. Но за этой неофициальностью стоит почти двести лет последовательной борьбы. В 1848 году в американском Сенека-Фоллсе суфражистки приняли «Декларацию чувств» — документ, в котором прямо говорилось, что дискриминация по половому признаку недопустима. Тогда это звучало радикально. Сегодня это норма международного права, хотя и далеко не повсеместная практика.
В 1960-е феминизм вышел на новый уровень: вторая волна движения сосредоточилась на репродуктивных правах, равенстве на рабочем месте, доступе женщин к профессиям, которые считались исключительно мужскими. В СССР женщины в это время действительно работали инженерами, врачами и космонавтами — но при этом по-прежнему несли на себе весь домашний труд, который никто не считал трудом вообще. Равенство на бумаге и равенство в жизни — это разные вещи, и этот разрыв феминизм фиксирует до сих пор.
Цель сегодняшней даты — напомнить, что дискриминация по половому, расовому или религиозному признаку существует не только в учебниках истории. В ряде стран требования к женщинам закреплены законодательно и прямо ограничивают их свободу. В других — действуют негласно: в разнице зарплат за одинаковую работу, в стеклянных потолках, в том, как распределяется неоплачиваемый труд внутри семьи.
Сегодня одни возможности по умолчанию открыты, а другие — по умолчанию закрыты, в зависимости от того, кем ты родился. Менять эту систему выгодно всем — просто не все об этом знают.
Minimizary
#НемолчиУз
Праздник появился в 1960-х годах по инициативе общественных организаций и до сих пор не имеет официального статуса — только признание женских движений в десятках стран. Но за этой неофициальностью стоит почти двести лет последовательной борьбы. В 1848 году в американском Сенека-Фоллсе суфражистки приняли «Декларацию чувств» — документ, в котором прямо говорилось, что дискриминация по половому признаку недопустима. Тогда это звучало радикально. Сегодня это норма международного права, хотя и далеко не повсеместная практика.
В 1960-е феминизм вышел на новый уровень: вторая волна движения сосредоточилась на репродуктивных правах, равенстве на рабочем месте, доступе женщин к профессиям, которые считались исключительно мужскими. В СССР женщины в это время действительно работали инженерами, врачами и космонавтами — но при этом по-прежнему несли на себе весь домашний труд, который никто не считал трудом вообще. Равенство на бумаге и равенство в жизни — это разные вещи, и этот разрыв феминизм фиксирует до сих пор.
Цель сегодняшней даты — напомнить, что дискриминация по половому, расовому или религиозному признаку существует не только в учебниках истории. В ряде стран требования к женщинам закреплены законодательно и прямо ограничивают их свободу. В других — действуют негласно: в разнице зарплат за одинаковую работу, в стеклянных потолках, в том, как распределяется неоплачиваемый труд внутри семьи.
Сегодня одни возможности по умолчанию открыты, а другие — по умолчанию закрыты, в зависимости от того, кем ты родился. Менять эту систему выгодно всем — просто не все об этом знают.
Minimizary
#НемолчиУз
❤27🔥2
На площади Мариенплац в Мюнхене стоит бронзовая Джульетта. У фонтана Нептуна в Берлине находится фигура фрау Рейн. В бременском Хётгерхофе установлена скульптура «Юность». Эти памятники создавались в разное время и по разным причинам, но сегодня их объединяет одна деталь: на груди каждой из фигур бронза заметно светлее остальной поверхности.
⠀
Со временем бронза покрывается тёмной патиной, однако постоянное механическое воздействие стирает этот слой. Там, где люди касаются памятника снова и снова, появляются блестящие участки. В случае с женскими статуями такие следы чаще всего возникают именно на груди.
⠀
Подобное можно увидеть не только в Германии. Один из самых известных примеров находится в Вероне: на протяжении десятилетий туристы прикасались к груди статуи Джульетты, следуя популярному поверью о любви и удаче. В результате оригинальная скульптура получила серьёзные повреждения и была заменена копией. Схожая ситуация сложилась вокруг статуи Молли Мэлоун в Дублине, где прикосновения также стали частью туристического ритуала, который долгое время воспринимался как безобидная традиция.
⠀
Сами ритуалы объясняются по-разному. Одни связывают их с местными легендами, другие с желанием повторить популярную фотографию или туристический маршрут. Однако социальные исследователи обращают внимание на другой аспект этого явления: независимо от первоначальных объяснений, объектом массовых прикосновений оказываются именно определённые части женского тела. Памятник, созданный как культурный или исторический символ, начинает восприниматься прежде всего через призму его телесности.
⠀
В 2024 году немецкая правозащитная организация Terre des Femmes использовала этот феномен в кампании Unsilence the Violence. Возле трёх бронзовых статуй в Мюнхене, Берлине и Бремене были размещены инсталляции с надписью: «Сексуализированные домогательства оставляют свой след». Плакаты располагались именно там, где следы прикосновений были наиболее заметны, рядом размещались QR-коды, ведущие к историям женщин, столкнувшихся с домогательствами, и к материалам о проблеме.
⠀
Кампания опиралась на статистику, согласно которой две из трёх женщин сталкиваются с сексуальными домогательствами в повседневной жизни. При этом значительная часть подобных случаев остаётся вне публичного обсуждения: женщины не обращаются за помощью, опасаясь недоверия, обвинений или обесценивания собственного опыта.
⠀
Следы на бронзе обладают одной особенностью — они видны сразу. Их невозможно объяснить случайностью или не заметить, проходя мимо. Тысячи прикосновений буквально меняют поверхность металла и делают историю взаимодействия с памятником материальной.
⠀
Домогательства редко оставляют столь очевидные отметины. Последствия могут проявляться в изменении поведения, ощущении небезопасности, постоянной настороженности в общественных местах. Со стороны такие изменения часто остаются незаметными.
⠀
Поэтому кампания Terre des Femmes обращалась не столько к самим памятникам, сколько к механизму общественного восприятия. Если следы на металле способны привлечь внимание прохожих, почему следы, которые остаются в жизни реальных женщин, так часто остаются без внимания?
⠀
Minimizary
⠀
#НемолчиУз
⠀
Со временем бронза покрывается тёмной патиной, однако постоянное механическое воздействие стирает этот слой. Там, где люди касаются памятника снова и снова, появляются блестящие участки. В случае с женскими статуями такие следы чаще всего возникают именно на груди.
⠀
Подобное можно увидеть не только в Германии. Один из самых известных примеров находится в Вероне: на протяжении десятилетий туристы прикасались к груди статуи Джульетты, следуя популярному поверью о любви и удаче. В результате оригинальная скульптура получила серьёзные повреждения и была заменена копией. Схожая ситуация сложилась вокруг статуи Молли Мэлоун в Дублине, где прикосновения также стали частью туристического ритуала, который долгое время воспринимался как безобидная традиция.
⠀
Сами ритуалы объясняются по-разному. Одни связывают их с местными легендами, другие с желанием повторить популярную фотографию или туристический маршрут. Однако социальные исследователи обращают внимание на другой аспект этого явления: независимо от первоначальных объяснений, объектом массовых прикосновений оказываются именно определённые части женского тела. Памятник, созданный как культурный или исторический символ, начинает восприниматься прежде всего через призму его телесности.
⠀
В 2024 году немецкая правозащитная организация Terre des Femmes использовала этот феномен в кампании Unsilence the Violence. Возле трёх бронзовых статуй в Мюнхене, Берлине и Бремене были размещены инсталляции с надписью: «Сексуализированные домогательства оставляют свой след». Плакаты располагались именно там, где следы прикосновений были наиболее заметны, рядом размещались QR-коды, ведущие к историям женщин, столкнувшихся с домогательствами, и к материалам о проблеме.
⠀
Кампания опиралась на статистику, согласно которой две из трёх женщин сталкиваются с сексуальными домогательствами в повседневной жизни. При этом значительная часть подобных случаев остаётся вне публичного обсуждения: женщины не обращаются за помощью, опасаясь недоверия, обвинений или обесценивания собственного опыта.
⠀
Следы на бронзе обладают одной особенностью — они видны сразу. Их невозможно объяснить случайностью или не заметить, проходя мимо. Тысячи прикосновений буквально меняют поверхность металла и делают историю взаимодействия с памятником материальной.
⠀
Домогательства редко оставляют столь очевидные отметины. Последствия могут проявляться в изменении поведения, ощущении небезопасности, постоянной настороженности в общественных местах. Со стороны такие изменения часто остаются незаметными.
⠀
Поэтому кампания Terre des Femmes обращалась не столько к самим памятникам, сколько к механизму общественного восприятия. Если следы на металле способны привлечь внимание прохожих, почему следы, которые остаются в жизни реальных женщин, так часто остаются без внимания?
⠀
Minimizary
⠀
#НемолчиУз
❤10😢8🔥2🤯1
В предыдущих частях мы говорили о различиях в опыте отцовства западных и восточных отцов, а также о выплатах алиментов западными отцами, вовлеченными в уход за ребенком наравне с матерями. Сегодня мы поговорим про супружеские алименты, а также про выплаты, связанные с родами и грудным вскармливанием детей.
На Западе беременность, роды и грудное вскармливание действительно рассматриваются не как «личное дело женщины», а как обстоятельства, имеющие прямые юридические и финансовые последствия. При этом формулировки вроде «муж полностью обязан содержать женщину, пока она кормит грудью» зависят от конкретной страны, штата, доходов семьи и длительности брака.
В США, Канаде и ряде европейских стран помимо алиментов на ребенка действительно могут существовать выплаты бывшему супругу или супруге — spousal support или alimony. Суд учитывает, что женщина временно потеряла доход из-за беременности, родов и ухода за младенцем — особенно если она находилась в декрете, выпала из профессии или отказалась от карьеры ради семьи. В таких случаях суд нередко назначает временные выплаты на восстановительный период после развода.
При этом сама по себе лактация автоматически не означает пожизненное или безусловное содержание женщины. Суд всегда оценивает совокупность факторов: доходы сторон, возраст ребенка, возможность матери работать, наличие оплачиваемого декрета, а также продолжительность брака и уровень жизни семьи до развода.
Расходы, связанные с беременностью и родами, тоже нередко делятся между родителями. В США медицинские счета за ведение беременности и роды могут быть очень высокими, поэтому суды часто обязуют второго родителя участвовать в оплате дородового наблюдения, госпиталя, страховки и сопутствующих медицинских расходов. В некоторых странах Европы похожие механизмы тоже существуют, особенно если речь идет о расходах на восстановление матери после родов.
Отдельно защищается и само право на грудное вскармливание. В США действует федеральный закон PUMP Act, который обязывает работодателей предоставлять кормящим сотрудницам перерывы и отдельное изолированное помещение для сцеживания молока. Через систему медицинского страхования женщинам также бесплатно предоставляются молокоотсосы и консультации специалистов.
Факт грудного вскармливания напрямую влияет и на решения судов об опеке. В США и Европе возраст ребенка и лактация становятся весомым аргументом против немедленного перехода к жесткой схеме 50/50 с младенцем. Судьи стремятся сохранить стабильный режим кормления и психологическую привязанность ребенка к основному опекуну (caregiver) в первые месяцы жизни. Поэтому с грудными детьми совместная опека чаще выглядит как короткие, но регулярные визиты второго родителя, а не как равное разделение времени между двумя домами.
В целом западная система намного подробнее учитывает биологическую и бытовую нагрузку, связанную с материнством. Это выражается не только в супружеских алиментах, но и в трудовом законодательстве, страховой системе, декретных выплатах и судебной практике по опеке над младенцами.
#НемолчиУз #Алименты #Отцовство #Материнство #СупружескийАлимент
На Западе беременность, роды и грудное вскармливание действительно рассматриваются не как «личное дело женщины», а как обстоятельства, имеющие прямые юридические и финансовые последствия. При этом формулировки вроде «муж полностью обязан содержать женщину, пока она кормит грудью» зависят от конкретной страны, штата, доходов семьи и длительности брака.
В США, Канаде и ряде европейских стран помимо алиментов на ребенка действительно могут существовать выплаты бывшему супругу или супруге — spousal support или alimony. Суд учитывает, что женщина временно потеряла доход из-за беременности, родов и ухода за младенцем — особенно если она находилась в декрете, выпала из профессии или отказалась от карьеры ради семьи. В таких случаях суд нередко назначает временные выплаты на восстановительный период после развода.
При этом сама по себе лактация автоматически не означает пожизненное или безусловное содержание женщины. Суд всегда оценивает совокупность факторов: доходы сторон, возраст ребенка, возможность матери работать, наличие оплачиваемого декрета, а также продолжительность брака и уровень жизни семьи до развода.
Расходы, связанные с беременностью и родами, тоже нередко делятся между родителями. В США медицинские счета за ведение беременности и роды могут быть очень высокими, поэтому суды часто обязуют второго родителя участвовать в оплате дородового наблюдения, госпиталя, страховки и сопутствующих медицинских расходов. В некоторых странах Европы похожие механизмы тоже существуют, особенно если речь идет о расходах на восстановление матери после родов.
Отдельно защищается и само право на грудное вскармливание. В США действует федеральный закон PUMP Act, который обязывает работодателей предоставлять кормящим сотрудницам перерывы и отдельное изолированное помещение для сцеживания молока. Через систему медицинского страхования женщинам также бесплатно предоставляются молокоотсосы и консультации специалистов.
Факт грудного вскармливания напрямую влияет и на решения судов об опеке. В США и Европе возраст ребенка и лактация становятся весомым аргументом против немедленного перехода к жесткой схеме 50/50 с младенцем. Судьи стремятся сохранить стабильный режим кормления и психологическую привязанность ребенка к основному опекуну (caregiver) в первые месяцы жизни. Поэтому с грудными детьми совместная опека чаще выглядит как короткие, но регулярные визиты второго родителя, а не как равное разделение времени между двумя домами.
В целом западная система намного подробнее учитывает биологическую и бытовую нагрузку, связанную с материнством. Это выражается не только в супружеских алиментах, но и в трудовом законодательстве, страховой системе, декретных выплатах и судебной практике по опеке над младенцами.
#НемолчиУз #Алименты #Отцовство #Материнство #СупружескийАлимент
❤9👍2
Когда в 1763 году семья Моцарт приехала в Париж, местные газеты писали о двух детях-вундеркиндах: Наннерль и Вольфганге. Марии Анне Моцарт (Наннерль) было 12 лет. Она выступала вместе с братом и получала не меньше внимания публики.
С 1763 по 1769 год отец, Леопольд Моцарт, возил детей по европейским дворам: Мюнхен, Вена, Париж, Лондон, Амстердам. Современники часто отмечали талант обоих детей. В 1765 году британский ученый Дейнс Бэррингтон подготовил отчет для Лондонского королевского общества, где отдельно отметил высокий уровень исполнения и музыкальную зрелость Наннерль.
Об успехе Наннерль говорят и семейные записи. В дневниках Леопольда и воспоминаниях современников сохранились упоминания о теплой реакции публики, аплодисментах и положительных отзывах.
В 1769 году Наннерль исполнилось 18 лет, и отец перестал брать ее в большие концертные поездки. Для незамужней взрослой женщины публичные выступления в то время считались неподобающими. Она осталась в Зальцбурге и начала давать уроки фортепиано. Концертную карьеру продолжил только Вольфганг Амадей Моцарт.
Наннерль не только выступала, но и сочиняла музыку. В 1770 году Вольфганг в письме из Италии положительно отзывался о ее произведениях. Однако ни одно из них не сохранилось полностью. До наших дней дошел только небольшой найденный фрагмент. Почему так произошло, неизвестно. Возможно, рукописи не считали важным сохранять. Возможно, сама Наннерль постепенно отказалась от сочинительства, понимая, насколько ограничены для нее возможности публикации.
Сохранившаяся переписка показывает, что Наннерль была внимательной и наблюдательной собеседницей. Ее письма до сих пор используют как источник для изучения жизни семьи Моцартов, хотя чаще всего они появляются в исследованиях как дополнение к биографии брата.
В 1784 году, в возрасте 33 лет, Наннерль вышла замуж за Иоганна Бертхольда фон Зонненбурга, вдовца с пятью детьми. Брак, как считают исследователи, скорее был практическим союзом. Она переехала в Санкт-Гильген и занималась семьей.
После смерти мужа в 1801 году Наннерль вернулась в Зальцбург и продолжила преподавать музыку. В старости она потеряла зрение, но продолжала вести занятия на слух. Умерла в 1829 году в возрасте 78 лет.
История Наннерль не исключение, а один из примеров того, какие ограничения европейское общество XVIII века создавало для женщин, даже очень талантливых. Девочкам могли позволить быть вундеркиндами, но после взросления путь к публичной профессиональной карьере часто закрывался.
Вольфганг Амадей Моцарт оставил более 600 произведений, которые сохраняли, публиковали и изучали. От музыкального наследия Наннерль почти ничего не осталось. Они начинали вместе, получили похожее образование и рано получили признание. Но ожидания общества в отношении мужчины и женщины оказались разными.
Исакова Амелия
#NemolchiUz #женщинывистории #невидимыеженщины
С 1763 по 1769 год отец, Леопольд Моцарт, возил детей по европейским дворам: Мюнхен, Вена, Париж, Лондон, Амстердам. Современники часто отмечали талант обоих детей. В 1765 году британский ученый Дейнс Бэррингтон подготовил отчет для Лондонского королевского общества, где отдельно отметил высокий уровень исполнения и музыкальную зрелость Наннерль.
Об успехе Наннерль говорят и семейные записи. В дневниках Леопольда и воспоминаниях современников сохранились упоминания о теплой реакции публики, аплодисментах и положительных отзывах.
В 1769 году Наннерль исполнилось 18 лет, и отец перестал брать ее в большие концертные поездки. Для незамужней взрослой женщины публичные выступления в то время считались неподобающими. Она осталась в Зальцбурге и начала давать уроки фортепиано. Концертную карьеру продолжил только Вольфганг Амадей Моцарт.
Наннерль не только выступала, но и сочиняла музыку. В 1770 году Вольфганг в письме из Италии положительно отзывался о ее произведениях. Однако ни одно из них не сохранилось полностью. До наших дней дошел только небольшой найденный фрагмент. Почему так произошло, неизвестно. Возможно, рукописи не считали важным сохранять. Возможно, сама Наннерль постепенно отказалась от сочинительства, понимая, насколько ограничены для нее возможности публикации.
Сохранившаяся переписка показывает, что Наннерль была внимательной и наблюдательной собеседницей. Ее письма до сих пор используют как источник для изучения жизни семьи Моцартов, хотя чаще всего они появляются в исследованиях как дополнение к биографии брата.
В 1784 году, в возрасте 33 лет, Наннерль вышла замуж за Иоганна Бертхольда фон Зонненбурга, вдовца с пятью детьми. Брак, как считают исследователи, скорее был практическим союзом. Она переехала в Санкт-Гильген и занималась семьей.
После смерти мужа в 1801 году Наннерль вернулась в Зальцбург и продолжила преподавать музыку. В старости она потеряла зрение, но продолжала вести занятия на слух. Умерла в 1829 году в возрасте 78 лет.
История Наннерль не исключение, а один из примеров того, какие ограничения европейское общество XVIII века создавало для женщин, даже очень талантливых. Девочкам могли позволить быть вундеркиндами, но после взросления путь к публичной профессиональной карьере часто закрывался.
Вольфганг Амадей Моцарт оставил более 600 произведений, которые сохраняли, публиковали и изучали. От музыкального наследия Наннерль почти ничего не осталось. Они начинали вместе, получили похожее образование и рано получили признание. Но ожидания общества в отношении мужчины и женщины оказались разными.
Исакова Амелия
#NemolchiUz #женщинывистории #невидимыеженщины
❤13😢8🤔2
Как работают с изнасилованными в Узбекистане в 2026.
Примерно так. Девушку изнасиловал таксист. Она сразу обратилась в органы, там стали её обвинять. Она не мылась, сохранила бельё, сделала фото синяков на руках. Направления на судмедэкспертизу у неё до сих пор нет, хотя в делах по изнасилованию это критично. Зачем-то ей хотят устроить с насильником очную ставку, задают неуместные вопросы - кажется, делают всё возможное, чтобы она забрала заявление.
Обратиться за государственной защитой в случае изнасилования - значит, подвергнуть себя повторным унижениям и стрессу. Доказывать, что ты не хотела. Терпеть неприличные намёки. Ждать, а потом услышать, что нет биоматериала.
Ах да, это Ташкент. Мужчина продолжает таксовать. Женщины, будьте осторожны. Родители, берегите детей. Насильник на свободе и, возможно, не понесёт наказания. Как и сотрудники, которые так обращаются с пострадавшими, и дальше будут расследовать такие дела.
Ирина Матвиенко.
#НемолчиУз #ТребуемСправедливости
Примерно так. Девушку изнасиловал таксист. Она сразу обратилась в органы, там стали её обвинять. Она не мылась, сохранила бельё, сделала фото синяков на руках. Направления на судмедэкспертизу у неё до сих пор нет, хотя в делах по изнасилованию это критично. Зачем-то ей хотят устроить с насильником очную ставку, задают неуместные вопросы - кажется, делают всё возможное, чтобы она забрала заявление.
Обратиться за государственной защитой в случае изнасилования - значит, подвергнуть себя повторным унижениям и стрессу. Доказывать, что ты не хотела. Терпеть неприличные намёки. Ждать, а потом услышать, что нет биоматериала.
Ах да, это Ташкент. Мужчина продолжает таксовать. Женщины, будьте осторожны. Родители, берегите детей. Насильник на свободе и, возможно, не понесёт наказания. Как и сотрудники, которые так обращаются с пострадавшими, и дальше будут расследовать такие дела.
Ирина Матвиенко.
#НемолчиУз #ТребуемСправедливости
1🤬104😢14🤯9❤3👍1👎1
1 июня — День защиты детей.
Каждый год в этот день мы говорим о детях — но реже задаём следующий вопрос: о каких именно детях? Потому что если смотреть на данные честно, «ребёнок» в глобальном контексте защиты прав — это почти всегда девочка, которая находится в принципиально другой позиции уязвимости, чем её брат.
Сегодня каждая пятая девушка в мире была выдана замуж в детстве.  Десять лет назад эта цифра составляла каждую четвёртую — прогресс есть, но он катастрофически медленный.  При нынешнем темпе на полное искоренение детских браков уйдёт ещё 300 лет. 
В Узбекистане картина более обнадёживающая, чем в среднем по региону. Уровень детских браков здесь один из самых низких среди сопоставимых стран — около 3,4%, и за последнее десятилетие он значительно снизился.  Всемирный банк в 2024 году включил Узбекистан в топ-5 стран-реформаторов по гендерному равенству среди 190 государств мира.  Это реальный прогресс, который важно признавать.
Детские браки, ранняя беременность, насилие в семье, ограниченный доступ к образованию — всё это одна система, в которой девочка воспринимается как объект управления: семейного, социального, экономического. Детский брак — это форма гендерного насилия, которая нарушает права, здоровье и достоинство ребёнка. Он обрывает образование, автономию и возможность безопасного взросления. 
Но 2026 год добавил к этому уравнению новую переменную, которую ещё несколько лет назад не принимали всерьёз. Цифровое насилие стало детским вопросом.
Недавнее исследование ЮНИСЕФ в 11 странах показало: не менее 1,2 миллиона детей сообщили, что их изображения были обработаны ИИ-инструментами и превращены в сексуализированный контент. Это не фантастика про далёкое будущее — это уже происходит в школьных чатах, в приложениях, которые скачаны на телефон в кармане любой девочки-подростка.
По данным на 2025 год, 1,8 миллиарда женщин и девочек всё ещё не имеют правовой защиты от онлайн-преследований и других форм цифрового насилия.  Из 117 стран, сообщивших об усилиях по борьбе с цифровым насилием, большинство действует фрагментарно — тогда как проблема давно стала транснациональной. 
Цифровые платформы используются для домогательств, сталкинга, угроз насилием, распространения интимных изображений без согласия и онлайн-грумминга — и женщины с девочками страдают от этого непропорционально больше. 
Что это означает на практике? То, что защита детей в 2026 году — это не только закон о минимальном возрасте вступления в брак и не только работа социальных служб. Это ещё и вопрос о том, кто проектирует алгоритмы, кто модерирует контент, кто несёт ответственность, когда платформа становится инструментом насилия. Регулирование систематически отстаёт от технологий — и эксперты требуют не просто более жёстких законов, но встроенной этики уже на стадии проектирования. 
Пока девочка воспринимается как менее ценный ребёнок — дома, в общине, в алгоритме рекомендаций — ни одна система защиты не будет работать достаточно. Права детей начинаются с вопроса о том, чьи именно права мы готовы защищать по-настоящему.
Minimizary
#НемолчиУз #дети
Каждый год в этот день мы говорим о детях — но реже задаём следующий вопрос: о каких именно детях? Потому что если смотреть на данные честно, «ребёнок» в глобальном контексте защиты прав — это почти всегда девочка, которая находится в принципиально другой позиции уязвимости, чем её брат.
Сегодня каждая пятая девушка в мире была выдана замуж в детстве.  Десять лет назад эта цифра составляла каждую четвёртую — прогресс есть, но он катастрофически медленный.  При нынешнем темпе на полное искоренение детских браков уйдёт ещё 300 лет. 
В Узбекистане картина более обнадёживающая, чем в среднем по региону. Уровень детских браков здесь один из самых низких среди сопоставимых стран — около 3,4%, и за последнее десятилетие он значительно снизился.  Всемирный банк в 2024 году включил Узбекистан в топ-5 стран-реформаторов по гендерному равенству среди 190 государств мира.  Это реальный прогресс, который важно признавать.
Детские браки, ранняя беременность, насилие в семье, ограниченный доступ к образованию — всё это одна система, в которой девочка воспринимается как объект управления: семейного, социального, экономического. Детский брак — это форма гендерного насилия, которая нарушает права, здоровье и достоинство ребёнка. Он обрывает образование, автономию и возможность безопасного взросления. 
Но 2026 год добавил к этому уравнению новую переменную, которую ещё несколько лет назад не принимали всерьёз. Цифровое насилие стало детским вопросом.
Недавнее исследование ЮНИСЕФ в 11 странах показало: не менее 1,2 миллиона детей сообщили, что их изображения были обработаны ИИ-инструментами и превращены в сексуализированный контент. Это не фантастика про далёкое будущее — это уже происходит в школьных чатах, в приложениях, которые скачаны на телефон в кармане любой девочки-подростка.
По данным на 2025 год, 1,8 миллиарда женщин и девочек всё ещё не имеют правовой защиты от онлайн-преследований и других форм цифрового насилия.  Из 117 стран, сообщивших об усилиях по борьбе с цифровым насилием, большинство действует фрагментарно — тогда как проблема давно стала транснациональной. 
Цифровые платформы используются для домогательств, сталкинга, угроз насилием, распространения интимных изображений без согласия и онлайн-грумминга — и женщины с девочками страдают от этого непропорционально больше. 
Что это означает на практике? То, что защита детей в 2026 году — это не только закон о минимальном возрасте вступления в брак и не только работа социальных служб. Это ещё и вопрос о том, кто проектирует алгоритмы, кто модерирует контент, кто несёт ответственность, когда платформа становится инструментом насилия. Регулирование систематически отстаёт от технологий — и эксперты требуют не просто более жёстких законов, но встроенной этики уже на стадии проектирования. 
Пока девочка воспринимается как менее ценный ребёнок — дома, в общине, в алгоритме рекомендаций — ни одна система защиты не будет работать достаточно. Права детей начинаются с вопроса о том, чьи именно права мы готовы защищать по-настоящему.
Minimizary
#НемолчиУз #дети
❤13😢6
Я много раз сталкивалась с угрозами в свой адрес от разных парней или слышала о себе разные слухи — что кто-то хочет достать мой номер или выложить что-то на каких-то сайтах.
⠀
Знакомый мне угрожал тем, что сольет мои фото и видео, хотя там я просто танцую в майке с шортами. Он скринил и записывал, когда я выкладывала сторис. Мы были знакомы, он мне нравился, но после первой встречи мне стало очень некомфортно, и я везде его заблокировала. На это он сказал, что пусть будет мне уроком. Я тогда очень испугалась и растерялась. После этого он приходил ко мне на работу. Я думала, что всё само забудется и мы разберёмся без конфликтов, но его поведение вызывало отвращение: он хотел стать моим рабом и при этом запугивал — мол, не удивляйся, если тебе будут звонить и ты увидишь свои видео в интернете. Мерзость. И ещё удивляется, почему я его ненавижу.
⠀
Сейчас думаю встретиться с ним и всё обсудить. Скажу ему, что если он позволит себе лишнего, просто напишу заявление. Вот такая история. В моих глазах он мазохист и трус, и по его сестре никогда не скажешь, что он такое вытворяет и обижает девушек.
⠀
========================
Из писем в NeMolchi.uz. Вы можете отправить свою историю анонимно: https://goo.gl/forms/3nVmQXAFLb5dq5B92
⠀
#НеМолчиУз #УзбекистанБезНасилия #НеМолчи #ЯНеБоюсьСказать
⠀
Знакомый мне угрожал тем, что сольет мои фото и видео, хотя там я просто танцую в майке с шортами. Он скринил и записывал, когда я выкладывала сторис. Мы были знакомы, он мне нравился, но после первой встречи мне стало очень некомфортно, и я везде его заблокировала. На это он сказал, что пусть будет мне уроком. Я тогда очень испугалась и растерялась. После этого он приходил ко мне на работу. Я думала, что всё само забудется и мы разберёмся без конфликтов, но его поведение вызывало отвращение: он хотел стать моим рабом и при этом запугивал — мол, не удивляйся, если тебе будут звонить и ты увидишь свои видео в интернете. Мерзость. И ещё удивляется, почему я его ненавижу.
⠀
Сейчас думаю встретиться с ним и всё обсудить. Скажу ему, что если он позволит себе лишнего, просто напишу заявление. Вот такая история. В моих глазах он мазохист и трус, и по его сестре никогда не скажешь, что он такое вытворяет и обижает девушек.
⠀
========================
Из писем в NeMolchi.uz. Вы можете отправить свою историю анонимно: https://goo.gl/forms/3nVmQXAFLb5dq5B92
⠀
#НеМолчиУз #УзбекистанБезНасилия #НеМолчи #ЯНеБоюсьСказать
🤯19❤5🤬2
В начале апреля 2026 года в Италии разгорелся скандал вокруг 25-летнего пакистанского имама Али Кашифа, который более шести лет проживал в стране. В интервью, записанном скрытой камерой для телепрограммы Fuori dal Coro, он заявил, что девочки могут вступать в брак с девяти лет, после наступления первой менструации.
По словам имама, в этом возрасте девочка считается взрослой, а брак с мужчиной значительно старше нее допустим. Свои взгляды он объяснил религиозными убеждениями.
Общественность увидела в словах Кашифа прямую угрозу безопасности детей и фундаментальным ценностям общества. Кроме того, в ходе проверки были выявлены нарушения, связанные с его документами на проживание.
Вскоре после этого имама депортировали из страны. Его доставили в аэропорт Милан-Мальпенса и отправили рейсом в Исламабад.
По данным международных организаций, детские браки рассматриваются как нарушение прав ребенка и связаны с повышенными рисками для здоровья, образования и безопасности девочек.
Исакова Амелия
#НеМолчи #ЗащитаДетей #ДетскиеБраки #НетНасилию
По словам имама, в этом возрасте девочка считается взрослой, а брак с мужчиной значительно старше нее допустим. Свои взгляды он объяснил религиозными убеждениями.
Общественность увидела в словах Кашифа прямую угрозу безопасности детей и фундаментальным ценностям общества. Кроме того, в ходе проверки были выявлены нарушения, связанные с его документами на проживание.
Вскоре после этого имама депортировали из страны. Его доставили в аэропорт Милан-Мальпенса и отправили рейсом в Исламабад.
По данным международных организаций, детские браки рассматриваются как нарушение прав ребенка и связаны с повышенными рисками для здоровья, образования и безопасности девочек.
Исакова Амелия
#НеМолчи #ЗащитаДетей #ДетскиеБраки #НетНасилию
1👍49🤯10❤2
Знакомая ситуация: женщина говорит о харассменте на работе, неравной оплате труда, домашнем насилии или дискриминации и в ответ слышит: «Чего ты жалуешься? Вот в Иране женщинам запрещают петь. Вот в Афганистане девочкам закрыли школы. Езжай туда и борись за права женщин, если тебе это так важно».
На первый взгляд это может звучать как призыв обратить внимание на более тяжелые ситуации. На практике такой аргумент часто используется, чтобы перевести разговор от обсуждаемой проблемы.
Он не работает по нескольким причинам.
Во-первых, он основан на ложной логике сравнения. То, что кому-то хуже, не означает, что у других нет проблем. Боль и несправедливость не нуждаются в сравнении, чтобы заслуживать внимания.
Во-вторых, такой аргумент предполагает, что права женщин существуют как некий конечный результат. Будто где-то они уже достигнуты, а где-то их нет. На самом деле права не появляются раз и навсегда. Их добиваются, защищают и иногда теряют.
В-третьих, этот аргумент редко связан с реальной заботой о женщинах в Иране или Афганистане. Чаще всего он используется для того, чтобы прекратить неудобный разговор. Люди, которые предлагают «ехать бороться туда», как правило, сами не участвуют в защите прав женщин ни там, ни здесь.
История показывает, что даже в странах, которые сегодня считаются образцом демократии, права женщин появились не сами собой.
В США долгое время действовала английская доктрина Coverture, согласно которой после замужества юридическая личность женщины фактически сливалась с личностью мужа. Каждый шаг к равноправию стал результатом многолетней борьбы, судебных процессов и политического давления.
Первая конвенция по правам женщин в США состоялась в Сенека-Фолс в 1848 году. Тогда 68 женщин и 32 мужчины подписали «Декларацию чувств», в которой требовали равного обращения перед законом и права голоса. До получения избирательного права женщинам предстояло бороться еще более 70 лет.
Право на аборт в США было закреплено решением Верховного суда по делу Roe v. Wade только в 1973 году, а в 2022 году это решение было отменено. История показывает, что даже права, существовавшие десятилетиями, могут быть пересмотрены.
Право женщин самостоятельно принимать решения о материнстве и контрацепции тоже появилось не сразу. В течение многих лет информация о контрацепции считалась непристойной и ограничивалась законом. Только в 1936 году Маргарет Сэнгер и ее сторонницы добились судебного решения, которое изменило ситуацию.
И это касается не только США. В Швейцарии женщины получили право голоса лишь в 1971 году. В Португалии замужние женщины не могли работать без разрешения мужа до 1974 года.
Поэтому аргумент «езжай в Иран» говорит не о положении женщин в Иране. Он используется для того, чтобы обесценить разговор о проблемах здесь и сейчас. Права женщин нигде не появились сами собой. Они существуют только потому, что их продолжают отстаивать.
Когда женщина говорит о несправедливости рядом с собой, это не отменяет проблем женщин в других странах. Борьба за права никогда не происходит только в одном месте. Она складывается из множества усилий людей, которые защищают свои права там, где живут сами.
Подготовила А. Курмычкина
#НемолчиУз
На первый взгляд это может звучать как призыв обратить внимание на более тяжелые ситуации. На практике такой аргумент часто используется, чтобы перевести разговор от обсуждаемой проблемы.
Он не работает по нескольким причинам.
Во-первых, он основан на ложной логике сравнения. То, что кому-то хуже, не означает, что у других нет проблем. Боль и несправедливость не нуждаются в сравнении, чтобы заслуживать внимания.
Во-вторых, такой аргумент предполагает, что права женщин существуют как некий конечный результат. Будто где-то они уже достигнуты, а где-то их нет. На самом деле права не появляются раз и навсегда. Их добиваются, защищают и иногда теряют.
В-третьих, этот аргумент редко связан с реальной заботой о женщинах в Иране или Афганистане. Чаще всего он используется для того, чтобы прекратить неудобный разговор. Люди, которые предлагают «ехать бороться туда», как правило, сами не участвуют в защите прав женщин ни там, ни здесь.
История показывает, что даже в странах, которые сегодня считаются образцом демократии, права женщин появились не сами собой.
В США долгое время действовала английская доктрина Coverture, согласно которой после замужества юридическая личность женщины фактически сливалась с личностью мужа. Каждый шаг к равноправию стал результатом многолетней борьбы, судебных процессов и политического давления.
Первая конвенция по правам женщин в США состоялась в Сенека-Фолс в 1848 году. Тогда 68 женщин и 32 мужчины подписали «Декларацию чувств», в которой требовали равного обращения перед законом и права голоса. До получения избирательного права женщинам предстояло бороться еще более 70 лет.
Право на аборт в США было закреплено решением Верховного суда по делу Roe v. Wade только в 1973 году, а в 2022 году это решение было отменено. История показывает, что даже права, существовавшие десятилетиями, могут быть пересмотрены.
Право женщин самостоятельно принимать решения о материнстве и контрацепции тоже появилось не сразу. В течение многих лет информация о контрацепции считалась непристойной и ограничивалась законом. Только в 1936 году Маргарет Сэнгер и ее сторонницы добились судебного решения, которое изменило ситуацию.
И это касается не только США. В Швейцарии женщины получили право голоса лишь в 1971 году. В Португалии замужние женщины не могли работать без разрешения мужа до 1974 года.
Поэтому аргумент «езжай в Иран» говорит не о положении женщин в Иране. Он используется для того, чтобы обесценить разговор о проблемах здесь и сейчас. Права женщин нигде не появились сами собой. Они существуют только потому, что их продолжают отстаивать.
Когда женщина говорит о несправедливости рядом с собой, это не отменяет проблем женщин в других странах. Борьба за права никогда не происходит только в одном месте. Она складывается из множества усилий людей, которые защищают свои права там, где живут сами.
Подготовила А. Курмычкина
#НемолчиУз
❤29👍2
Мухайё выдали замуж, как только ей исполнилось 18 лет – в 2018 году. Она ушла жить в дом мужа, со свекровью и золовкой. Через год после свадьбы она родила сына, в 2021 году — дочь. Её муж, Рузметов Равшан, 1998 г.р., подрабатывал частным извозом. Скандалы в молодой семье стали настолько привычными, что в день убийства золовка услышала шум, решила «опять ругаются» — и ушла обратно в свою комнату.
Равшан контролировал жену, запрещая ей пользоваться Instagram и социальными сетями, а также сломал её мобильный телефон. Со слов убийцы, 24 июня 2024 года он увидел, что на компьютере детей был открыт Instagram и потребовал у жены логин и пароль. Она отказалась, сказав, что не заходит туда. Далее он обвинил её в том, что она стала ругаться, а когда он резал арбуз на кухне, сказала, что «не хочет с ним жить и ненавидит его», потребовала забрать детей из садика и направилась к выходной двери. По его словам, он «устал от этих ситуаций и впал в сильное психическое угнетение», из-за чего «несколько раз» ударил жену ножом, которым резал арбуз. Проверить достоверность его слов невозможно, поскольку, как отмечалось ранее, к ссорам в доме никто не прислушивался, а единственная свидетельница произошедшего мертва.
Однако то, что Рузметов склонен искажать факты, показали следующие заседания. Подавая на апелляцию и кассацию, он утверждал, что ударил жену 2–3 раза, а остальные раны образовались потому, что нож скользил по телу, когда она сопротивлялась. Эта ложь легко опровергается заключением судебно-медицинской экспертизы: женщина умерла на месте от внутреннего кровотечения вследствие множественных проникающих ранений грудной и брюшной полостей с повреждением обоих лёгких, сердца и желудка. 8 проникающий ранений грудной клетки, 3 проникающих ранения брюшной полости, рана на руке (она пыталась защититься) и другие травмы.
4 декабря 2024 года суд по уголовным делам Пастдаргомского района признал Равшана Рузметова виновным в убийстве с особой жестокостью и приговорил его к 17 годам лишения свободы в колонии общего режима. Опеку над несовершеннолетними детьми передали их бабушке, матери Мухайё. Кассационная и надзорная инстанции оставили приговор без изменений.
#НемолчиУз
Равшан контролировал жену, запрещая ей пользоваться Instagram и социальными сетями, а также сломал её мобильный телефон. Со слов убийцы, 24 июня 2024 года он увидел, что на компьютере детей был открыт Instagram и потребовал у жены логин и пароль. Она отказалась, сказав, что не заходит туда. Далее он обвинил её в том, что она стала ругаться, а когда он резал арбуз на кухне, сказала, что «не хочет с ним жить и ненавидит его», потребовала забрать детей из садика и направилась к выходной двери. По его словам, он «устал от этих ситуаций и впал в сильное психическое угнетение», из-за чего «несколько раз» ударил жену ножом, которым резал арбуз. Проверить достоверность его слов невозможно, поскольку, как отмечалось ранее, к ссорам в доме никто не прислушивался, а единственная свидетельница произошедшего мертва.
Однако то, что Рузметов склонен искажать факты, показали следующие заседания. Подавая на апелляцию и кассацию, он утверждал, что ударил жену 2–3 раза, а остальные раны образовались потому, что нож скользил по телу, когда она сопротивлялась. Эта ложь легко опровергается заключением судебно-медицинской экспертизы: женщина умерла на месте от внутреннего кровотечения вследствие множественных проникающих ранений грудной и брюшной полостей с повреждением обоих лёгких, сердца и желудка. 8 проникающий ранений грудной клетки, 3 проникающих ранения брюшной полости, рана на руке (она пыталась защититься) и другие травмы.
4 декабря 2024 года суд по уголовным делам Пастдаргомского района признал Равшана Рузметова виновным в убийстве с особой жестокостью и приговорил его к 17 годам лишения свободы в колонии общего режима. Опеку над несовершеннолетними детьми передали их бабушке, матери Мухайё. Кассационная и надзорная инстанции оставили приговор без изменений.
#НемолчиУз
🤯34😢23🤬3
Сегодня утром в автобусе №42 в Ташкенте произошел случай, который, к сожалению, стал чем-то обычным для многих.
На видео можно увидеть, как мужчина прямо в салоне автобуса начал мастурбировать, наблюдая за девушками. Рядом находились не только взрослые пассажирки, но и дети. Только после окрика девушки, которая сняла все на видео, мужчина прекратил свои действия.
Подобное поведение сложно назвать поведением психически здорового человека. Желание демонстрировать свои гениталии и заниматься мастурбацией в общественном месте, на глазах у незнакомых женщин и детей, говорит о серьезных проблемах. Разумеется, диагноз может поставить только специалист, но общество имеет право задавать вопрос, достаточно ли просто оштрафовать такого человека и отпустить?
Увы, но подобные истории со страшной периодичностью повторяются:
➡️ Стоял и спокойно мастурбировал на переходе
➡️ Таксист мастурбировал на глазах у пассажирки и после потребовал у нее справку о девственности
➡️ Мужчина мастурбировал перед женским общежитием
Если человек представляет опасность для окружающих, возможно, в подобных случаях необходимо обязательное психиатрическое обследование и, при наличии показаний, лечение по решению суда. Потому что речь идет не только о наказании, но и о предотвращении новых случаев.
Женщины и дети должны иметь возможность ехать на работу, учебу или домой, не опасаясь стать объектом чьих-то сексуальных фантазий.
Подготовила: Заря Эргашева
#НемолчиУз
На видео можно увидеть, как мужчина прямо в салоне автобуса начал мастурбировать, наблюдая за девушками. Рядом находились не только взрослые пассажирки, но и дети. Только после окрика девушки, которая сняла все на видео, мужчина прекратил свои действия.
Подобное поведение сложно назвать поведением психически здорового человека. Желание демонстрировать свои гениталии и заниматься мастурбацией в общественном месте, на глазах у незнакомых женщин и детей, говорит о серьезных проблемах. Разумеется, диагноз может поставить только специалист, но общество имеет право задавать вопрос, достаточно ли просто оштрафовать такого человека и отпустить?
Увы, но подобные истории со страшной периодичностью повторяются:
Если человек представляет опасность для окружающих, возможно, в подобных случаях необходимо обязательное психиатрическое обследование и, при наличии показаний, лечение по решению суда. Потому что речь идет не только о наказании, но и о предотвращении новых случаев.
Женщины и дети должны иметь возможность ехать на работу, учебу или домой, не опасаясь стать объектом чьих-то сексуальных фантазий.
Подготовила: Заря Эргашева
#НемолчиУз
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
🤬24🤯21😢6
Пенсионный фонд Узбекистана напомнил о праве, о котором знают не все. Период ухода за ребенком с инвалидностью с детства может быть включен в трудовой стаж при назначении льготной пенсии.
Это право закреплено в пункте «з» части 2 статьи 12 Закона Республики Узбекистан «О государственном пенсионном обеспечении граждан». Согласно закону, мать ребенка с инвалидностью с детства, воспитавшая его до восьми лет и имеющая не менее 20 лет трудового стажа, может выйти на пенсию в 50 лет, на 5 лет раньше обычного пенсионного возраста для женщин.
Льгота распространяется не только на родных детей. Если женщина воспитывала пасынка или падчерицу не менее пяти лет до достижения ими восьмилетнего возраста, это также учитывается при назначении пенсии.
Для получения льготы одновременно должны выполняться три условия:
• ребенок имел инвалидность с детства и воспитывался матерью до восьми лет,
• фактический трудовой стаж матери составляет не менее семи лет,
• общий стаж с учетом периода ухода составляет не менее 20 лет.
Подход Узбекистана к зачету периодов ухода в пенсионный стаж соответствует международной практике. Во многих странах государство учитывает время, которое родители посвящают уходу за детьми с инвалидностью, поскольку такой уход нередко ограничивает возможности для работы и влияет на будущий размер пенсии.
Механизмы поддержки различаются. Во Франции родитель, воспитывающий ребенка с инвалидностью, может получить до восьми дополнительных пенсионных кварталов, что позволяет раньше выйти на пенсию. В Швеции периоды ухода могут засчитываться в стаж на срок до 15 лет. В Аргентине матерям детей с инвалидностью дополнительно начисляют два года страхового стажа.
Общая логика этих мер одинакова. Уход за ребенком с инвалидностью признается социально значимым трудом, который должен учитываться пенсионной системой.
Подготовила А. Курмычкина
#НемолчиУз
Это право закреплено в пункте «з» части 2 статьи 12 Закона Республики Узбекистан «О государственном пенсионном обеспечении граждан». Согласно закону, мать ребенка с инвалидностью с детства, воспитавшая его до восьми лет и имеющая не менее 20 лет трудового стажа, может выйти на пенсию в 50 лет, на 5 лет раньше обычного пенсионного возраста для женщин.
Льгота распространяется не только на родных детей. Если женщина воспитывала пасынка или падчерицу не менее пяти лет до достижения ими восьмилетнего возраста, это также учитывается при назначении пенсии.
Для получения льготы одновременно должны выполняться три условия:
• ребенок имел инвалидность с детства и воспитывался матерью до восьми лет,
• фактический трудовой стаж матери составляет не менее семи лет,
• общий стаж с учетом периода ухода составляет не менее 20 лет.
Подход Узбекистана к зачету периодов ухода в пенсионный стаж соответствует международной практике. Во многих странах государство учитывает время, которое родители посвящают уходу за детьми с инвалидностью, поскольку такой уход нередко ограничивает возможности для работы и влияет на будущий размер пенсии.
Механизмы поддержки различаются. Во Франции родитель, воспитывающий ребенка с инвалидностью, может получить до восьми дополнительных пенсионных кварталов, что позволяет раньше выйти на пенсию. В Швеции периоды ухода могут засчитываться в стаж на срок до 15 лет. В Аргентине матерям детей с инвалидностью дополнительно начисляют два года страхового стажа.
Общая логика этих мер одинакова. Уход за ребенком с инвалидностью признается социально значимым трудом, который должен учитываться пенсионной системой.
Подготовила А. Курмычкина
#НемолчиУз
👍6❤4
Жовлиев Шахбоз и его жена поженились в 2023 году, когда ей было около 22 лет. Муж не работал - женщина содержала семью сама: салон красоты, торговля на рынке, кондитерский магазин. В июле 2024 года родился сын, и финансовое давление на неё только усилилось. Жовлиев не работал, следил за женой, контролировал её передвижения и устраивал сцены из-за того, где она находится и с кем разговаривает.
В январе 2026 года жена сказала, что больше так не может. Потребовала, чтобы муж либо начал зарабатывать, либо уходил, и пригрозила судом. Жовлиев уехал в Ташкентскую область на заработки, проработал неделю на мебельной фабрике, вернулся без предупреждения - и снова скандал. После очередного выяснения отношений жена 28 января попросила его уйти окончательно и в тот же день обратилась в районные органы внутренних дел.
Суд вынес приказ о взыскании алиментов. Женщине выдали охранный ордер - документ, запрещающий Жовлиеву приближаться к ней и беспокоить её. Мужчина получил ордер на руки, выслушал разъяснения об ответственности за нарушение и ушёл.
Через две недели, 12 февраля 2026 года, в полночь, Жовлиев пришёл к дому, где жена жила с сыном. Чтобы не быть замеченным, залез на балкон по газовой трубе и проник в квартиру через кухню. Женщина была в спальне с закрытой дверью, слушала музыку. Потом музыка стихла, и мужчина услышал, как она с кем-то разговаривает по телефону.
Жовлиев вошёл в комнату и потребовал разблокировать телефон, но женщина отказала, тогда он ударил её кулаком в лицо несколько раз, сломал ей челюсть. Их полуторагодовалый сын находился рядом и видел всё происходящее.
После этого Жовлиев вынес ребёнка в гостиную, взял на кухне нож, вернулся в спальню и выключил свет. Муж нанёс ей 18 ударов ножом - в спину, поясницу и гениталии. Позже он сам сдался в органы внутренних дел.
На суде защита настаивала на переквалификации убийства на статью об аффекте, и психиатрическая экспертиза формально зафиксировала состояние сильного душевного волнения, но суд эти доводы отклонил: человек в состоянии аффекта не выносит ребёнка из комнаты, не идёт на кухню за ножом и не выключает свет перед тем, как нападает на лежащую женщину.
Суд квалифицировал произошедшее как умышленное убийство с особой жестокостью и приговорил Жовлиева к 17 годам лишения свободы в колонии общего режима. Прокурор и семья погибшей просили пожизненного. В качестве смягчающих обстоятельств суд учёл частичное признание вины, отсутствие судимостей и наличие несовершеннолетнего ребёнка. С осуждённого взыскано 100 миллионов сумов морального вреда в пользу матери погибшей. В компенсации материального ущерба семье отказали - не хватило подтверждающих документов. Семья, потерявшая дочь, должна была ещё собирать справки.
Покойная сделала всё, что от неё требовала система: обратилась в органы внутренних дел, получила ордер, подала на алименты через суд. Исполнительный лист поступил к судебным исполнителям 5 февраля. Жовлиеву отправили СМС-уведомление. К исполнителю муж не явился, его никто не вызвал и никаких мер не принял. Охранный ордер запрещал Жовлиеву приближаться к жене, но механизма контроля за его соблюдением не существовало: ни мониторинга, ни проверок, ни системы реагирования на нарушение.
Через две недели после получения ордера муж залез в квартиру жены через балкон - и никто этого не предотвратил, потому что система умеет выдавать бумаги, но не умеет их исполнять. Нет электронного мониторинга, нет обязательных проверок, нет механизма, который срабатывал бы раньше, чем женщина окажется мертва. Никто не сложил два факта - мужчина, которому запрещено приближаться к жене, одновременно игнорирует исполнительный лист по алиментам - никакого сигнала тревоги. Система отчиталась, что меры приняты, закрыла папку и больше не интересовалась, что происходит дальше?
#НемолчиУз #НетНасилию
В январе 2026 года жена сказала, что больше так не может. Потребовала, чтобы муж либо начал зарабатывать, либо уходил, и пригрозила судом. Жовлиев уехал в Ташкентскую область на заработки, проработал неделю на мебельной фабрике, вернулся без предупреждения - и снова скандал. После очередного выяснения отношений жена 28 января попросила его уйти окончательно и в тот же день обратилась в районные органы внутренних дел.
Суд вынес приказ о взыскании алиментов. Женщине выдали охранный ордер - документ, запрещающий Жовлиеву приближаться к ней и беспокоить её. Мужчина получил ордер на руки, выслушал разъяснения об ответственности за нарушение и ушёл.
Через две недели, 12 февраля 2026 года, в полночь, Жовлиев пришёл к дому, где жена жила с сыном. Чтобы не быть замеченным, залез на балкон по газовой трубе и проник в квартиру через кухню. Женщина была в спальне с закрытой дверью, слушала музыку. Потом музыка стихла, и мужчина услышал, как она с кем-то разговаривает по телефону.
Жовлиев вошёл в комнату и потребовал разблокировать телефон, но женщина отказала, тогда он ударил её кулаком в лицо несколько раз, сломал ей челюсть. Их полуторагодовалый сын находился рядом и видел всё происходящее.
После этого Жовлиев вынес ребёнка в гостиную, взял на кухне нож, вернулся в спальню и выключил свет. Муж нанёс ей 18 ударов ножом - в спину, поясницу и гениталии. Позже он сам сдался в органы внутренних дел.
На суде защита настаивала на переквалификации убийства на статью об аффекте, и психиатрическая экспертиза формально зафиксировала состояние сильного душевного волнения, но суд эти доводы отклонил: человек в состоянии аффекта не выносит ребёнка из комнаты, не идёт на кухню за ножом и не выключает свет перед тем, как нападает на лежащую женщину.
Суд квалифицировал произошедшее как умышленное убийство с особой жестокостью и приговорил Жовлиева к 17 годам лишения свободы в колонии общего режима. Прокурор и семья погибшей просили пожизненного. В качестве смягчающих обстоятельств суд учёл частичное признание вины, отсутствие судимостей и наличие несовершеннолетнего ребёнка. С осуждённого взыскано 100 миллионов сумов морального вреда в пользу матери погибшей. В компенсации материального ущерба семье отказали - не хватило подтверждающих документов. Семья, потерявшая дочь, должна была ещё собирать справки.
Покойная сделала всё, что от неё требовала система: обратилась в органы внутренних дел, получила ордер, подала на алименты через суд. Исполнительный лист поступил к судебным исполнителям 5 февраля. Жовлиеву отправили СМС-уведомление. К исполнителю муж не явился, его никто не вызвал и никаких мер не принял. Охранный ордер запрещал Жовлиеву приближаться к жене, но механизма контроля за его соблюдением не существовало: ни мониторинга, ни проверок, ни системы реагирования на нарушение.
Через две недели после получения ордера муж залез в квартиру жены через балкон - и никто этого не предотвратил, потому что система умеет выдавать бумаги, но не умеет их исполнять. Нет электронного мониторинга, нет обязательных проверок, нет механизма, который срабатывал бы раньше, чем женщина окажется мертва. Никто не сложил два факта - мужчина, которому запрещено приближаться к жене, одновременно игнорирует исполнительный лист по алиментам - никакого сигнала тревоги. Система отчиталась, что меры приняты, закрыла папку и больше не интересовалась, что происходит дальше?
#НемолчиУз #НетНасилию
😢38🤯10❤4🤬4